Русская армия в Первой мировой войне
Архив проекта -> Торнау С.А. С родным полком -> VII
Русская армия в Великой войне: Торнау С.А. С родным полком

Глава VII.
Продвижение по Галиции. - Поход к Ивангороду. - Бои под Ивангородом 9-13 октября 1914 года

Пока гвардия, потеряв соприкосновение с противником без выстрела продвигалась по Галиции, германское командомание задумало нанести Русской Армии сокрушительный удар, целью которого было занятие Варшавы. О том, что положение на Варшавском направлении было чрезвычайно серьезным, мы узнали, лишь подойдя к Ивангороду. Пограничную реку Сан полк перешел против Самдомира, эффектно расположенного на берегу Вислы. Осенняя распутица давала себя знать во время этих переходов. И люди и лошади сильно измотались, так как приходилось пользоваться почти исключительно грунтовыми дорогами. Не доходя несколько верст до Ивангорода, полк остановился на большой привал. Где-то издалека раздавались звуки тяжелых орудий.
Перед наступлением темноты полк уже переходил реку Вислу, по наведенному понтонному мосту, и продолжал движение в направлении, откуда раздавались орудийные выстрелы.
В совершенно разоренной деревне, находящейся в районе крепостной обороны, и из которой все жители были выселены, был дан приказ остановиться на ночлег. По колено в жидкой грязи, роты расходились по отведенным им помещениям. Расквартиро-
[41]
вав своих людей, я вернулся к командиру, которого нашел в какой-то полуразвалившейся хате. Никого из офицеров при нем не было, и он очень обрадовался моему появлению.
Поздно вечером, к командиру приехал офицер из штаба крепости и передал пакет. При свете нeбольшого огарка, гр. Игнатьев вскрыл пакет и, прочтя его, сделался сразу очень озабоченным. Пакет содержал диспозицию, данную полку на следующий день.
Из разспросов офицера выяснилось, что только, что закончившийся бой окончился не в нашу пользу. Армейская пехота, составленная из второочередных полков не устояла против натиска, наступавших на нее венгерских гонведов и отходила на крепость, преследуемая неприятелем. Преображенскому полку было приказано немедленно занять линию впереди фортов и преградить наступление противника. По сведениям офицера, деревни, которые надлежало полку занять, могли уже быть заняты венграми, так как связь с передовыми частями была очень плохая и точно в штабе крепости не было известно на какой линии остановились наши отходившие части.
Потребовав проводника для проводов полка, мимо, фортов и различных оборонительных, сооружений, от которых могли пострадать незнакомые с планом воинские части, граф Игнатьев отдал приказ полку выступить для исполнения данного боевого задания.
В кромешной темноте, меся грязь, поливаемые сверху дождем, баталионы начали расходиться по боевым участкам. Командир очень волновался, хотя
[43]
наружно казался спокоен. Обстановка на фронте была настолько неясна, что можно было ожидать всяких неожиданностей.
С разсветом, полк без выстрела уже занимал указанный ему участок. Противник пока не был обнаружен. Позиция полка находилась вблизи дер. Сарнев и проходила далее к Сарновскому озеру. Разобрав обстановку при свете уже яркого солнечного утра, командир приказал 3-му баталиому продвинуться вперед ближе к Сарновскому озеру. В виду того, что взводный командир приданного 3-му баталиону пулеметного взвода, был не всегда на высоте, я лично принял командование этим взводом и двинулся совместно с баталионом. Едва цепи 10-ой и 11-ой роты стали наступать через лес к берегу озера, по ним был открыт с близкой дистанции сильный ружейный огонь. Противник находился совсем близко и потому цепи были остановлены и людям был дан приказ начать окапываться. Во время этой перестрелки были ранены оба младших офицера 10-ой роты Хвощинский и Зборомирский. Быстро окопавшись, наши солдаты стали отвечать нa огонь венгров, который постепенно затих. На этой импровизированной позиции полк пробыл до утра 12-го октября. Окопы местами были настолько близкими от неприятеля, что малейшее движение на участке 11-ой роты, при которой я находился, вызывало немедленную стрельбу со стороны противника. С наступлением темноты, неприятельские стрелки стреляли даже на огонек от папиросы, в чем я лично убедился, когда, высунувшись из окопа с папиросой
[43]
в зубах, был тотчас же обстрелян неприятелем. За этот промежуток времени, Семеновский полк ходил в ночную атаку. Начальство хотело, чтобы наш полк пошел в такую же атаку и командиру полка стоило больших усилий уговорить штаб дивизии отказаться от этой затеи. Действительно, большинство ночных атак кончаются неудачей и влекут за собой громадные потери, не достигнув существенного результата. Среди убитых офицеров в этом бою, значился и мой товарищ по Пажескому корпусу Якимович. 12-го утром наши войска перешли в общее наступление на всем фронте. Противник, не выдержав стремительного удара, стал поспешно отходить на свои главные позиции. На следующий день, часов около 4-х дня, настyпил незабываемый по красоте и подъема духа последний период Ивангородских боев. Все поле покрылось бегущими вперед, с винтовками на перевес, частями гвардии. Всюду раздавалось громовое русское ура. Противник, предпочитая сдачу в плен смерти, толпами выбегал из окопов и строился в колонны, выкидывая большие белые флаги. Другая его небольшая часть, покинув окопы, стремглав бежала назад, пытаясь скрыться в так называемом "Чарном Лясе". Легкая наша артиллерия, с большим искусством меняя установки дистанционных трубок, посылала целый дождь шрапнелей, которые разрывались, казалось, над самыми спинами беглецов. К этому моменту к штабу полка подошли пришедшие на пополнение убыли две маршевые роты из Петрограда, под командой пор. Мирковича. Вид наступающих вперед наших
[44]
победоносных полков, произвел сильное впечатлениe на этих необстрелянных солдат. Победа была полная и решительная. Лучшие гонведные полки, в четырехдневном бою были разбиты на голову. Как в августе гвардия спасла Люблин, так и сейчас, два месяца спустя, она грудью отстояла небольшой и слабо вооруженный Ивангород от взятия его неприятелем. Не одна гвардия так отличалась за эти дни; во имя справедливости необходимо отметить блестящие действия нашего соседа справа, 3-го Кавказского корпуса, под командой своего испытанного вождя ген. Ирманова. Стойкость этого славного корпуса в бою под Козеницами была поистине изумительной. 9-ая apмия ген. Лечицкого, в которую гвардия тогда входила, взяла за несколько дней одними лишь пленными свыше 15 тысяч человек, не считая других трофеев. Доблесть подоспевших во-время сибирских полков, в бою под Пясечной, и блестящие действия остальных корпусов опрокинули все разсчеты германского командования.
Варшава прочно находилась в наших руках и, походившие почти до самых ее предместий неприятельские apмии, под напором наших войск, начали отступление на широком фронте, которое было остановлено лишь на р. Варте.
[45]












Пользовательского поиска
 
Архив проекта -> Торнау С.А. С родным полком -> VII
Designed by Alexey Likhotvorik 21.07.2012 02:44:45
copyright (c) 2003 Alexey Likhotvorik