Русская армия в Первой мировой войне
Архив проекта -> Сарыкамыш
Русская армия в Великой войне: Сарыкамыш

САРЫКАМЫШ

Н.Р.
(Краткий очерк декабрьской операции 1914 года)

Война на Кавказском фронте 1914-1917 гг. до сего времени мало освещена в литературе, и об'ясняется это тем, что она заслонялась в общем представлении более грандиозной панорамой Западного Фронта, из-за которой многие не различали значительности азиатского театра войны, где действия развивались в исключительных условиях горной войны. Автор предполагает дать несколько очерков, начав с Сарыкамышской операции, исход которой предопределил дальнейшее течение войны.
Кавказ, отдав с началом мировой воины два корпуса на Западный фронт, остался с I кавк. корпусом и 2-й кавк. стр. бригадой, расположенной в персидском Азербайджане, поэтому, тотчас же приступлено было к новым формированиям с целью создать Кавказскую армию, так как вступление Турции в войну было лишь вопросом времени; притом I кавк. корпус, как ядро армии, был сосредоточен в районе Сарыкамыша на нашем главном операционном направлении. Во главе армии номинально стоял главнокомандующий (он же наместник Кавказа), ген. гр. Воронцов-Дашков, совершенно больной человек, дышащий, что называется, на ладан и поддерживающий свою жизнь только периодическими операциями; фактически, во главе командования стоял и распоряжался именем главнокомандующего его помощник, ген. Мышлаевский, известный военный теоретик, принадлежащий к старой школе генерального штаба. Штаб армии находился в Тифлисе и был связан с фронтом телеграфом и радио. Вслед за вступлением Турции в войну, которая; как известно, началась обстрелом "Гебеном" и "Бреслау" наших черноморских портов, Кавказская армия вторглась в пределы Турции в направлении на Эрзерум от Сарыкамыша (Сарыкамышский отряд) и на Баязет от Игдыря (Эриванский отряд). Сарыкамышский отряд отбросил передовые части турок от границы и, быстро продвинувшись вперед, занял Кеприкей (где имеется большой старинный каменный мост через р. Аракс), но встретил здесь сильное сопротивление турок; дальнейшее наступление было невозможно, и отряд отступил на переход назад, где и оставался все время, вплоть до сарыкамышской операции. К декабрю Кавказская армия занимала широкий фронт от Черного моря до Урмийского озера, протяжением свыше 350 верст по прямой линии, при чем на всем этом фронте она имела три железнодорожные линии: 1) Тифлис - Батум, 2) Тифлис - Александрополь - Сарыка-
[158]
мыш и 3) Тифлис - Александрополь - Улуханлу - Джульфа. Ее главные силы (т.-е. Сарыкамышский отряд), под командой командира 1 кавк. каз. дивизия, 3 кавказский каз. полк, кавк. морт. арт. дивизион с приданными частями, всего 561/4 бат., 120 пушек, 12 гаубиц и 37 сотен (20, 39 пех. дивизии, 4 и 5 турк. стр. дивизии, 1 и 2 куб. пласт. бригады, 1 кавк. каз. дивизия, 3 кавказский каз. полк, кавк. морт. арт. дивизион, кавк. жел.-дор. батальон, пешая и конная пограничные сотни и 4 армейск. батальон), развернулись на фронте Маслагат - Хоросан - Дели-баба.
Для обеспечения правого фланга был выделен Ольтинский отряд на так называемое Ольтинское направление, которое, через Ардаган, выводило в обход Карса; Ольтинский отряд под командой начальника 20 пех. дивизии, ген. Истомина, в составе 1-й бригады 20 пех. дивизии. 1-го Горско-Моздокского каз. полка и 4-го армянского батальона, был расположен в Ид, от которого отходила дорога через Ханский перевал к Сарыкамышу. В тылу, для обеспечения Панжуретского перевала, был выдвинут из Карса только-что сформированный 9-й кавк. стр. полк. Связь Ольтинского отряда с главными силами, поддерживалась при посредстве беспроволочного телеграфа. Связь Сарыкамышского отряда с Эриванским отрядом, который, форсировав хребет Агры-даг, занял Баязет, а затем овладел диадинскои и алашкертской долинами, - была живая, через Карадербентский проход и сел. Даяр (схема № 1).
Против Сарыкамышского отряда, по нашим сведениям, развернулась 3-я турецкая армия, состоявшая из IX (17, 23 и 29 дивизии). X (30, 31 и 32 дивизии) и XI (33, 34 и 36 дивизии и жандармский батальон) корпусов, при чем XI корпус группировался на фронте Сарыкамышского отряда, IX корпус стоял в резерве у Гасанкала, а X корпус - в районе Эрзерума (фактически он был у Тортума),- всего около 28 батальонов, свыше 200 пушек, 9 эскадронов сувари (т.-е. регулярной конницы) и неопределенное количество курдских полков гамидиэ.
6 или 7 декабря был взят в плен командир гамидийского полка, который, на первоначальном опросе в штабе 1-й кавк. каз. дивизии, показал, что Энвер-паша прибыл в армию и отправился в Нариманский (т.-е. Идский) район, так как там будет наступление. Пленный курд тотчас же был отправлен в штаб корпуса, но туда доставлен не был, так как впоследствии выяснилось, что сопровождавшие казаки по дороге зарубили его. Штаб дивизии, не зная ничего об участи пленного и полагая, что в корпусе будет произведен детальный опрос гамидийца, глухо упомянул в разведывательной сводке о предполагаемом, со слов пленного, наступлении турок на Ольтинском направлении и о приезде Энвер-паши, чему в штабе корпуса не придали значения, так как, не зная ничего о пленном офицере, сочли это за обычную болтовню рядовых.
[159]
Энвер-паше, который в конце ноября действительно прибыл в Эрзерум, обстановка рисовалась так: на важнейшем - Эрзерумском направлении развернулись главные силы русских - Сарыкамышская группа, силой около 60 батальонов и 30 казачьих сотен с многочисленной артиллерией, выдвинувшаяся. далеко вперед; в обход правого фланга этой группы. В направлении от Эрзерума на Тортум идет дорога Ольты - Мерденек - Ардаган, выводящая мимо крепости Карс через Борчало и Сомхетию, с сочувствующим туркам мусульманским населением, прямо к Тифлису; южная Аджария с гор. Артвином уже занята турками, на сторону которых перешла часть мусульман-аджарцев. На основании этой обстановки был создан план: наступая XI корпусом на фронт Сарыкамышской группы, двумя другими (IX и X), выдвинутыми из резерва, сбить боковой русский отряд в Нариманском районе и обходить правый фланг русских, при чем IX корпус должен наступать через Бардус на Сарыкамыш, головную станцию железной дороги Сарыкамыш - Карс - Александрополь - Тифлис и занять Сарыкамыш, а X корпус, наступая через Ольты, левее IX корпуса, выйти к железной дороге Сарыкамыш - Карс; для обеспечения левого фланга X корпуса предполагалось занять Ардаган, двинув к нему отряд из Аджарии. Тогда главные русские силы, будучи отрезаны от единственной дороги
[160]
и имея у себя в тылу два корпуса, вынуждены будут спешно пробиваться в бездорожном районе на Кагызман, под угрозой участи Сольдау. с той только разницей, что на всем Кавказе от русской армии, кроме слабой Эриванской группы, которая также спешно должна была бы уходить через снежные и еще плохо разработанные перевалы Агры-дага, остались бы только гарнизоны Карса и Батума. Таким образом, Энвер-паша правильно оценил обстановку, и турки приступили к выполнению плана, поведя IX корпусом наступление на отряд Истомина и обходя правый фланг Сарыкамышского отряда в направлении на Бардус (схема № 1).
Первое сведение о начавшемся наступлении турок на Ольтинском направлении относится к 6 декабря, когда Экрек был занят турецким батальонам, а к западу, на Сивричайском направлении, появилась пехота и конница. 8 декабря Ольтинский отряд подвергся сильному нападению турок и стал отступать к Ольты; по показаниям перебежчиков (армян), наступали передавне части IX и X корпусов. 10 декабря на фронте Сарыкамышского отряда турки (XI корпус) перешли в наступление, и в этот же день получено было от Истомина донесение, что он у Ольты мог задержать турок только три часа, и спешно отступает далее, теснимый превосходными силами противника.
С целью оказать содействие Ольтинскому отряду (мысль об обходе еще не проникла в сознание штаба), Берхман приказал туркестанцам, составлявшим правый фланг отряда, перейти в наступление от Масла-гат, но трудные условия местности (глубокие, занесенные снегом ущелья, крутые склоны хребта Чахир-баба) и упорное сопротивление частей XI корпуса, укрепившихся в этом районе, скоро остановили это наступление, и в течение и декабря на фронте Сарыкамышскою отряда шли довольно вялые бои. Так как, с отходом Истомина, обеспечение правого фланга отряда было нарушено, то для восстановления этого обеспечения был двинут 18 турк. стр. полк через Ханский перевал к Бардусу.
Вечером, в штаб отряда, в русский (Верхний) Меджингерт, приехал Мышлаевский с начальником штаба армии, ген. Юденичем, и с начальниками оперативного и разведывательного отделений штаба, чтобы на месте ознакомиться с положением дела и выяснить размеры начавшегося наступления турок на Ольтинском направлении. С его приездом Берхман обратился к командованию I кавк. корпусом, так как Мышлаевский принял на себя общее руководство отрядом; во временное командование II турк. корпусом (до этого корпусом командовал инспектор артиллерии корпуса, ген. Слюсаренко, совершенно не подготовленный к занятию этой должности) вступил Юденич.
Ознакомившись с приказом Берхмана о наступлении Туркестанцев. Мышлаевский его одобрил, но на следующий день, 12 декабря, это наступление отменил и даже решил отвести весь отряд на фронт Зивин-
[161]
Нижний Меджингерт (турецкий) - Башкей, занимая зивинские высоты, столь известные по своей печальной памяти 1877 г. Однако, против этого отступления восстал Юденич, и, вследствие его горячих протестов, приказ об отступлении не был приведен в исполнение (вплоть до 16 декабря).
В этот же день, от пограничной сотни, расположенной в районе Бардус (важный пункт, от которого шла дорога через Бардусский перевал в Сарыкамыш), поступило донесение о появлении значительных сил турок у Бардуса.
После этого донесения, в связи с отсутствием сведений от Истомина, о котором было только известно, что он 10 декабря, т.-е. два дня тому назад, прошел Ольты, стало вполне ясный, что совершается глубокий обход на широком фронте, при чем в центре событий становится Сарыкамыш, как узел путей в тылу и головная жел.-дор. станция отстоящий от Бардуса всего в 25-30 верстах. Так как гарнизон Сарыкамыша состоял только из двух ополченских дружин, занятых охраной находящихся здесь армейских складов, а также штаб-квартиры 2 бригады 39 пех. дивизия, то, с целью обороны Сарыкамыша, Мышлаевский сделал распоряжение о немедленном направлении к нему ближайших частей, которые можно было бы снять с фронта, ибо резервов не было. Такими частями были пять батальонов 1 куб. пласт, бригады, 80 пех. Кабардинский полк, два батальна 154 пех. Дербентского полка, батальон 15 турк. стр. полка, 1 Запорожский каз. полк, терская каз. батарея и кавказский мортирный артиллерийский дивизион. Так как всем этим частям приходилось сделать от мест их настоящего расположения до Сарыкамыша 70-100 верст, притом по горным дорогам, и головная (казаки) могла быть у Сарыкамыша только через сутки, к вечеру 13 декабря, а турки уже были в Бардусе и могли подойти к Сарыкамышу вечером 12 декабря, то необходимо было сейчас же и как-нибудь организовать оборону Сарыкамыша. Мышлаевский потребовал к телефону кого-либо из начальствующих лиц, находящихся в Сарыкамыше из переговоров выяснилось, что, кроме командиров ополченских дружин, железнодорожного и эксплоатационного батальонов и начальника этапного пункта, вообще находящихся в Сарыкамыше, имеется еще какой-то полковник, который приехал с последним поездом и теперь пьет чай на вокзале. Мышлаевский потребовал этого полковника к телефону - это был начальник штаба 2 куб. пласт. бригады, ген. штаба полковник Букретов, едущий в бригаду. Мышлаевский, ориентировав Букретова в обстановке, приказал ему немедленно организовать оборону Сарыкамыша до подхода резервов. В Сарыкамыше в это время, кроме
[162]
упомянутых выше частей, составлявших сарыкамышский гарнизон, случайно находились человек 250 прапорщиков, окончивших только-что школы и ехавших на укомплектование Сарыкамышского отряда, две пушки, отправляемые из туркестанского корпуса в Тифлис, 16 пулеметов 2 куб. пласт. бригады, направляемых в бригаду (которая до сих пор еще не имела пулеметов), при чем эти пулеметы еше не успели выгрузить из вагонов, и конная пограничная сотня, отходившая от Бардуса под давлением турок к Бардусскому перевалу (2-3 в. к северо-западу от Сарыкамыша). Из всех этих частей Букретов, уже под огнем турок, занявших Бардусский перевал и сбивших с него пограничников, начал формировать отряд, при чем трагизм его положения усугублялся еще тем, что ополченцы и эксплоатационный батальон имели на вооружении берданки и около 15 патронов на ружье, а на вокзале находились довольно значительные артиллерийские склады, представлявшие большую опасность, ибо атака турок, по местным условиям, должна была обрушиться на вокзал.
В 5 час. дня турки повели атаку от Бардусского перевала в направлении к вокзалу; это были передовые части 28 дивизии, шедшей в авангарде IX корпуса через Бардус. Атака была отбита; вскоре сгустились декабрьские сумерки, наступление турок не возобновлялось и бой затих (схема № 2). Командующий 28 дивизией, полковник Зиа-бей,
[163]
согласно известной ему обстановки, полагал, что в Сарыкамыше он не встретит сильного сопротивления, между тем, судя по силе пулеметного огня, там оказались значительные силы с артиллерией; поэтому Зиа-бей решил, за ночь подтянуть части своей дивизии и утром овладеть Сарыкамышем. Для отряда Букретова наступил критический момент: все понимали, что атака турок должна возобновиться, отступать была нельзя, и весь вопрос состоял в том, сможет ли отряд удержаться перед Бардусским перевалом до прибытия помощи, которая ожидалась только к вечеру; притом надо было еще освободить вокзал от артиллерийских окладов, которые, как выше сказано, находясь в районе боевых действий, представляли большую опасность. Поэтому, как только бой затих. Букретов приступил к вывозу складов с вокзала в штаб-квартиру 156 пех. Елисаветпольского полка на грузовиках и лошадях, пользуясь даже людьми, а также перевооружил часть ополченцев трехлинейками. найденными на этапном пункте. На рассвете 13 декабря, в тумане, началась сильная атака турок на Сарыкамыш, ополченцы разбежались, а прапорщики, конные пограничники и железнодорожники, несмотря на действительно героические усилия каждого отдельного бойца и на искусную поддержку своих пулеметов и пушек, не смогли сдержать наступления значительно превосходных сил турок и вели уже бой за вокзал. Сарыкамышский кризис угрожал разрешиться в самую неблагоприятную для нас сторону; верхний Сарыкамыш был уже занят турками, но в это время подошел Запорожский полк, шедший, где только это было возможно, на рысях, и казаки, введя в бой свои пулеметы и 4 пушки, подкрепили уже изнемогавший отряд Букретова. и турецкая атака вновь остановилась. Этот недостаток энергии со стороны Зиа-бея отчасти об'ясняется тем, что его дивизия была утомлена трудным горным походом, и тем, что он вынужден был оглядываться на выдвинутый к Ханскому перевалу 15 турк. стр. полк, который, хотя и не мог продвинуться, все же приковывал внимание турок к этому району.
В этот день, в штабе Сарыкамышского отряда, после двухдневного отсутствия известий от Истомина, были получены от него донесения, что 11 и 12 декабря он имел бои с турками у Сол. Промысла и у Пеняка, откуда он свернул на Мерденек для прикрытия дороги на Ардаган и, преследуемый турками, выдержав бой у Панжуретского перевала, где к нему присоединился 9-й кавк. стр. полк, отступил к Мерденеку, но, в виду появления турок у Ардагана, он перешел на карсскую дорогу.
К вечеру в штаб был доставлен приказ по турецким войскам, подписанный Энвером, в котором ставилась задача - IX корпусу овладеть 15 декабря Сарыкамышем, а X корпусу наступать левее IX корпуса в направлении на тору Аллаикпар и жел.-дор, станцию Ново-Селим и захватить ее.
[164]
Содержание этого приказа произвело жуткое впечатление, так как теперь с очевидностью выяснялся план турок и притом близкий к осуществлению. В общем, обстановка после получения этого приказа рисовалась так: Истомин, повидимому, небоеспособен и уходит к Карсу, у Ардагана турки, пути к Тифлису открыты; IX корпус, согласно своей задачи, сосредоточивается к Бардусу, и части его на следующий день подкрепят турок, сражающихся в двух верстах от Сарыкамыша, где уже сутки идет бой, а к Букретову на помощь подошли только запорожцы, которые пока отсрочили взятие Сарыкамыша. вероятно, на день; левее IX корпуса X корпус наступает на жел. дорогу между Сарыкамышем и Карсом, т.-е. совершается глубокий обход, при чем особенная тяжесть положения состоит в том, что, в случае занятия турками Сарыкамыша, нашим войскам остаются пути отхода только через Каракурт на Кагызман по арбным дорогам, так как в этом районе колесных дорог нет.
Вечером, в Верхн. Меджингерте был собран командный состав, и, после обсуждения подробностей вышеочерченной обстановки Мышлаевский продиктовал директиву, в которой указывалось Сарыкамышскому отряду, в случае занятия Сарыкамыша пробиваться к Кагызману, уничтожив артиллерию и все колесные обозы. Отдавая эту директиву, Мышлаевскнй был повидимому, уверен во взятии Сарыкамыша турками и считал, в противность мнению Берхмана и Юденича, что в этом случае наступает для Кавказской армии катастрофа, поэтому он имел в виду, главным образом, сохранить 30 дивизию, как ядро для сформирования новой армии.
Когда директива была написана, Мышлаевский ее прочел но так как он ее не подписал, то она не была принята к исполнению и осталась лишь, как исторический документ этого дня.
Между тем, в Сарыкамыш с ночи на 14 декабря стали прибывать резервы, и во главе их шел 80 пех. Кабардинский полк; за ним, с промежутками, тянулись батальоны дербентцев и туркестанских стрелков и гаубицы кавказского морт. арт. дивизиона. В течение всего 14 декабря 28 дивизия стремилась, владея Бардусским перевалом, захватить Сарыкамыш, но здесь сосредоточилось уже около 10 батальонов, 7 сотен, 6 пушек и 12 гаубиц, и турки не могли продвинуться далее, при чем Верх. Сарыкамыш вновь перешел в наши руки; вообще же чувствовалось утомление обеих сторон, изнуренных тяжелыми горными переходами в зимнее время.
В этот день, после полудня, Мышлаевский в сопровождении генерал-квартирмейстера штаба армии, ген. Болховитинова, прибывшего накануне, выехал на парной повозке из Меджингерта и, переночевав в Каракурте, 15 декабря прибыл в Кагызман: отсюда уже на автомобиле вызванном из IV кавк. корпуса, они отправились в Карс, при чем по дороге были обстреляны турецкими конными раз'ездами, выдвинутыми от X корпуса к жел. дороге и попортившими путь в нескольких местах. В Карсе Мышлаевский сделал распоряжение о выдвижении к Сарыкамышу полка 66 пех. дивизии и частей формируемой 3 кавк. стр. дивизии и затем поехал в Тифлис.
Таким образом, Мышлаевский, распоряжения которого были целесообразны, не нашел в себе силы характера разделить участь армии, в спасение которой он, видимо не верил, и уехал из нее, чтобы формировать новую; но этот от'езд, имевший вид бегства, наложил на него в глазах армии неизгладимое пятно.
В Тифлисе, в штабе армии, сведения о беспрерывном отходе Ольтинского отряда произвели очень тягостное впечатление, усилившееся после перерыва связи с Сарыкамышским отрядом, тем более, что в Сарыкамыш выехали все высшие чины штаба; взятие гурками Ардагана, откуда открывались никем не защищенные пути к Тифлису, а затем известия о появлении турецкой конницы между Сарыкамышем и Карсом, где ею был попорчен жел.-дор. путь, посеяли в городе панику; стали говорить об окружении нашей армии под Сарыкамышем, наступлении турок на Тифлис в обход крепости Карс и уже видели турецкие раз'езды перешедшими Мокрые горы и приближающимися к Манглису (60 в. по шоссе от Тифлиса). Дежурный генерал штаба армии, ген. Веселовзоров, вр. исп. начальника штаба, не имея никаких сведений от Мышлаевского, так как телеграфное сообщение было прервано, а радиограммы носили отрывочный характер или были запоздалыми повторениями, при чем названия местных пунктов, как это часто водится и радиограммах, были исковерканы, - должен был принять какое-нибудь решение. И он, поддавшись панике, отправил несколько панических телеграмм за подписью наместника в ставку верховного главнокомандующего и одновременно распорядился о спешной перевозке ополченских дружин и отдельных казачьих сотен, составлявших гарнизоны ceв. Кавказа, к Тифлису (только Болховитинов, по приезде своем в Тифлис, 17 декабря, отменил эти перевозки). В то же время было приступлено к эвакуации из Тифлиса семей служащих, архивов и ценностей; вследствие распространившейся паники, наиболее состоятельные слои армянского населения бросились уезжать из Тифлиса, заполняя поезда, уходящие на Баку, и пользуясь всеми средствами передвижения по военно-грузинской дороге.
Между тем, в Сарыкамыш 15 декабря прибыли пластуны, и командир 1 куб. пласт. бригады, ген. Пржевальский, об'единил оборону Сарыкамыша в своих руках; с этого дня наше положение было уже упрочено, хотя для участников оно представлялось тогда грозным, так
[166]
как они знали, что под Сарыкамышем сосредоточился весь IX корпус. левее которого наступал X корпус, перерезавший сообщения с Карсом. Так как XI корпус вел вялое наступление, то Берхман, вновь вступивший, как старший в чине, в командование Сарыкамышским отрядом. после от'езда Мышлаевского, не указавшего преемника, решил ослабить свой левый фланг, наименее опасный, и, составив из его войск отряд, двинуть его через Каракурт и Али-Софи, к Сарыкамьшу, на помощь Пржевальскому и для противодействий обходу X корпуса. Этот отряд был составлен из четырех батальонов 2 куб. пласт. бригады и трех полков 1 кавк. каз. дивизии с батареей, под командой начальника этой дивизии, генерала Баратова. В то же время Юденич, об'единявший действия на фронте Сарыкамышского отряда, настойчиво повел наступление туркестанцами своего правого фланга, особенно 18 турк. стр. полком у Ханского перевала в направлении на сел. Бардус.
16 декабря, с утра, IX корпус, подкрепленный подходившими слева частями X корпуса, вновь на всем своем фронте перешел в наступление, но все атаки были отбиты, и опять, среди снегов в ущельях и на лесистых вершинах, возобновился огневой бой. Когда турки, перешедшие в бурную атаку, на участке пластунов с высот западнее Бардусского перевала, были отбиты, они залегли за Сарыкамышским шоссе; тотчас же три сотни пластунов, бывших на этом участке, перешли в контр-атаку, турки дрогнули и начали отступать, но, под непрерывным натиском пластунов, не смогли подняться по глубокому снегу на крутые склоны, с которых недавно скатились, и были почти полностью уничтожены, оставив около 800 убитых. - лишь отдельным бойцам удалось уйти на высоты, так как пластуны никого в плен не взяли. Этот небольшой эпизод приведен, как характерный для горной атаки в зимнее время; он показывает, вообще, трудность наступления, так как люди проваливаются по пояс в снег, скользят, и часто делается невозможным поднять их по крутому склону.
В этот день Сарыкамышский отряд, в связи с ослаблением сил, вследствие выделения отряда Баратова, отступил на фронт Зивин - Нижн. Меджингерт - Башкей. XI корпус тотчас же продвинулся вперед, но его наступление было не настойчивым, а ограничивалось огне-вым преследованием.
В эти дни к северу от Сарыкамыша происходили события, весьма важные для общего положения. К Ново-Селиму из Карса двигался его гарнизон в составе 263 пех. Гунибского полка и 11 и 12 кавк. стр. полков, с 3 кавк. стр. арт. дивизионом под командой начальника 3 кавк. стр. дивизии, ген. Габаева, направленный Мышлаевским для содействия войскам, сражающимся за Сарыкамыш. К Ардагану приближалась сибирская каз. бригада под командой генерала Калитина, спешно высланная из Тифлиса с задачей овладеть Ардаганом; Калитин, по дороге, присоединил к себе отступивших от Ардагана пластунов 3 куб.
[167]
пласт. бригады с поршневой батареей и повел наступление на Ардаган с севера. Истомин, который находился в районе Мерденека, узнал о наступлении Калитина, повернул к Ардагану и, наступая с юга, поддерживал сибиряков и пластунов своей скорострельной артиллерией. Ардаган занимала бригада I турецкого корпуса, высадившаяся в Ризе, через Артвин подошедшая к Ардагану и выбившая отсюда пластунов; турки, охваченные с двух сторон и не позаботившиеся должным образом укрепиться в фортах, командующих над всей прилегающей местностью, были выбиты из Ардагана и понесли тяжелое поражение особенно пострадал 8 пех. полк, потерявший свое знамя и почти целиком уничтоженный сибирскими казаками, которые вообще отличались своей беспощадностью. Остатки турецкой бригады спешно отступили на Ардануч и далее, а Истомин на следующий день после взятия Ардагана повернул на юг и перешел в наступление на Ольты (схема № 2). Под Сарыкамышем кризис уже миновал, и Пржевальский, со свойственной ему методичностью, стал стремиться к овладению Бардусским перевалом, сгруппировывая на этом участке своих пластунов. Сильные морозы, глубокий снег, крайняя пересеченность местности, высота района (3-9 тыс. фут. над уровнем моря), затруднявшая дыхание, предыдущие бои и тяжелые переходы, - все это сильно утомило сражающихся, которые представляли собой жуткое зрелище почернелых и, исхудавших людей: действия были вялы, шла перестрелка, гулко раздававшаяся в морозном воздухе среди лесов, и только в районе Бардусского перевала было некоторое оживление.
Энвер-паша, который находился при IX корпусе, уже понял, что Сарыкамышская операция ему не удалась, так как вместо быстрого и легкого овладения Сарыкамышем. он встретил здесь сильное сопротивление, потому что русские, повидимому, постепенно перебрасывают сюда значительные силы с своего фронта. Поэтому Энвер спешно отправился в XI корпус, чтобы понудить его к более энергичным действиям, так как было понятно, что вялость XI корпуса позволяет русским снимать войска с фронта и отправлять их в тыл. По дороге на сел. Барду Энвер, ехавший под охраной небольшого конвоя, столкнулся с казачьим раз'ездом, высланным от 13 турк. стр. полка; при столкновении офицер, начальник, раз'езда, был убит самим Энвером или его ад'ютантом, и это спасло Энвера от плена, так как раз'езд отступил, и Энвер прискакал в Бардус, откуда отправился в XI корпус.
18 декабря пластуны заняли Бардусский перевал, и хотя турки еще держали в своих руках опорный пункт у перевала, однако, горлышко, из которого вылились на Сарыкамыш войска IX корпуса, было заткнуто. Тогда Пржевальский, уже представивший себе состояние и положение сторон и полагая, что Сарыкамыш он держит прочно, создает план - наступая от Бардусского перевала по дороге на Бардус отжимать турок к северу и отрезать им пути отступления.
[168]
В виду местных условии, времени года и полного утомления, исполнение этого плана идет крайне медленно; в то же время X корпус. под давлением наступления свежих частей Габаева, начинает отступать по направлению к Ольты. 20 декабря под Сарыкамышем появляется Баратов, который поворачивает к северо-западу и в течение 21 декабря довольно медленно нажимает на отступающих турок в стыке между IХ и X корпусами, главным образом, пластунами, так как его конница не играет роли. Этот день приносит осуществление плана Пржевальского, так как Истомин занимает Ольты и отрезает дорогу X корпусу, который сворачивает тогда на Бардус. Но к Бардусу подходит Габаев и X корпус, теряя свою артиллерию и обозы, уходит по арбным дорогам на Ид, при чем 31 дивизия, которая была в арьергарде, отрезывается целиком. В то же время Пржевальский занимает Бардус и входит и соприкосновение с туркестанцами Юденича (схема № 3).
22 декабря командир IX корпуса, Эсхад-паша убеждается, что его корпус окружен, и сдается со своими начальниками дивизии. Потери турок были очень велики: вся артиллерия, штабы и обозы IX корпуса. штаб 31 дивизии, большая часть артиллерии и почти все обозы X корпуса - остались под Сарыкамышем, и по данным гражданских властей, которые весной приступили к очищению окрестностей Сарыкамыша от трупов, похоронено было 11 тысяч люден и 13 тысяч животных: в плен было взято только около 3,5 тысяч, так как много турок в послед-
[169]
ние три дня дезертировало, и вероятно, только небольшая часть их спаслась, а остальные погибли от мороза и голода в недоступных ущельях. Наши потери также были значительны; особенно пострадал командный состав, главным образом убитыми. Так окончилась Сарыкамышская операция, начатая турками столь успешно и закончившаяся такой катастрофой (схема № 4).
Каковы же были причины, обратившие успех турок в их поражение и готовящуюся катастрофу для русских в осуществленную катастрофу для турок? Для решения этого вопроса рассмотрим действия обеих сторон. План Энвера обойти правый фланг русских и занять Сарыкамыш сам по себе вполне соответствовал обстановке, так как обходная колонна выходила на единственную военную дорогу русских и захват Сарыкамыша знаменовал собой окружение, новый Сольдау. Но план создать нетрудно; для этого требуется только воображение и некоторое знакомство с событиями военной истории; обеспечить же плану успех - это труднее, и для этого требуется тщательная подготовка. При создании плана Сарыкамышской операции, повидимому, недостаточно были учтены трудные условия местности, и группировка турок не соответствовала заданию, вследствие чего обходные колонны растянулись, и 12 декабря основной бой операции IX корпуса был
[170]
веден с недостаточными силами, только головными частями, т.-е. наступательная задача решалась при оборонительной группировке. Затем, тяжесть всей операции лежала на левом фланге турецкой армии, т.-е на IX и X корпусах, значит, внимание противника должно было быть отвлечено от направлений их наступления; между тем, удар был нанесен турками раньше всего на Ольтинском направлении и потом развивался очень медленно в гористом районе Ид - Ольты - Бардус. При таком способе действий можно и должно было рассчитывать, что противник может, пользуясь дорогами от Караургана, Меджингерта и Башкея, перебросить в свой тыл значительные силы, обороняясь на фронте слабыми частями (что вполне соответствует условиям горной войны), или в крайности может даже применить "оперативный отскок" за Сарыкамыш, задержав тем дальнейшее наступление турок; и в том, и в другом случае операция срывалась. Самое, исполнение плана не отличалось энергией: XI корпус свое наступление на фронте вел во все время Сарыкамышской операции крайне вяло (командир корпуса за это впоследствии был казнен по настоянию Энвера), действия IX и X корпусов также не отличались решительностью и в последние дни носили печать инертности, что и повлияло на роковой исход. Основная ошибка русских в том, что при общем кордонном расположении Кавказской армии. вынужденной, при ее слабости, растянуться от Черного моря до Урмийского озера, группировка Сарыкамышского отряда не отвечала существующей обстановке: с 18 октября, когда был отдан приказ "Кавказской армии вторгнуться в пределы Турции", обстановка изменилась, но отряд, при создавшейся оборонительной задаче, продолжал сохранять наступательную группировку. Вторая ошибка была в недостаточном обеспечении своей единственной дороги, и Сарыкамыш, как узел путей, должен был быть занят более прочно, а не ополченцами с берданками. Зато надо отдать должное тем мерам, которые были приняты, когда командование отдало себе отчет в надвигавшейся катастрофе, и той энергии, которая была проявлена всеми участниками, а также и целесообразности плана Пржевальского.
Сарыкамышская операция подчеркнула сильнейшую зависимость в горной войне боевых действий от условий местности и времени года, значение обороны и способность долгого сопротивления со стороны сравнительно слабых сил, значение обходов и важность командующих точек, необходимость разработки тыловых путей и обеспечения тыла созданием опорных точек, а также необходимость во время перерыва между операциями иметь оборонительную группировку. Последние выводы тотчас же легли в основу дальнейших мероприятий, и с этих пор Кавказская армия. после окончания своих наступательных операции, соответственным образом группировала войска.
Кроме того, результат сарыкамышской операции повлиял на реорганизацию управления Кавказской армии в январе 1915 г.
[171]













Пользовательского поиска
 
Архив проекта -> Сарыкамыш
Designed by Alexey Likhotvorik 21.07.2012 02:44:46
copyright (c) 2003 Alexey Likhotvorik