Русская армия в Первой мировой войне
Архив проекта -> Военно-Исторический сборник. Выпуск 4.
Русская армия в Великой войне: Военно-Исторический сборник. Выпуск 4.

Организация военного шпионства в Австрии во время войны 1914-1918 г.г.

Обший взгляд воевавших держав на военное шпионство.

Основываясь на мнении писателей и авторитетов о пользе и необходимости военного шпионства и на исторических данных о применении его в различные эпохи, державы- участницы минувшей Великой войны -- признавали следующие три принципа:
1) При правильной, систематичной oрганизации шпионства в мирное время оно приносит плоды с минуты объявления войны и до ее окончания, давая государству постоянную осведомленность о намерениях и силах, как материальных, так и нравственных, своих соседей.
2) В военное время на фронте и на флангах противника тайнаяя разведка дополняет войсковую в особенности при затяжных действиях в позиционной войне; в тылу противника, в области его предначертаний и его подготовленных к бою ... тайная разведка незаменима войсковою.
3) Важно знать намерения врага, но не менее важно не обнаруживать своих. По образному выражению одного из авторов, писавших о шпионстве, оно представляет гриб, подтачивающий крепостной гранит и раз'едающий сталь оружия.
Поэтому военное ведомство обязано принимать все зависящие от него меры для раскрытия неприятельских шпионов: для успешного разрешения этой задачи необходимо хотя бы общее знакомство с организацией шпионства у соседей.
Первою на путь широкой и систематичной постановки военного шпионства вступила Германия в конце 50 годов минувшего столетия. Опыт войн 1866 и 1870 1871 гг. дали ей возможность еще более расширить и усовершенствовать выработанную организацию тайных разведок, могущую и ныне служить образцом для других государств.
[94]
Союзница и ученица Германии - Австрия отнеслась также серьезно к выработке системы шпионства. Наученная горьким опытом войны 1870-1871 гг. Франция постаралась сравняться в этом отношении с своей соседкой и соперницей - Германией.
В хвосте прочих воевавших держав шла Россия. На войну мы явились в отношении тайной разведки совершенно неподготовленными. Наши тайные агенты оказались людьми случайными, а не заранее подготовленными, разведка велась без системы и умения; в заведующих разведкой не было ни призваниz, ни энергии к такой сложной работе. Первая попытка систематизировать военное шпионство была сделана военным министрcтвом в 1895 г., когда от военных округов были затребованы проекты организаций с указанием примерных сумм, которые могут быть ассигнованы на это дело. Один уже размер этих сумм позволял предсказать, что ничего серьезного из возникшей затеи не выйдет. И к данному факту вполне применимы слова писателя, которою мы уже цитировали: "Все походило на то, как будто мы, зная, что серьезные люди без тайной разведки войну не ведут, завели ее у себя больше для отбытия номера и очистки совести, чем для надобностей дела. Вследствие этого она играли у нас роль той же приличной обстановки, "какую играет роскошный рояль, поставленный в квартире человека, не имеющего понятия о клавишах".
А как смотрело начальство на тайные разведки уже во время войны, можно судить по следующему факту: в 1915 году команд. арм. 4. через ком. корп. XVI. поставил в упрек нашта корпуса недостаточное внимание к такого рода разведкам, что доказывалось, по мнению командарма, скромными расходами на этот предмет. Нашта удвоил или утроил расходы в следующие два месяца, но, конечно, суть дела от этого не изменилась: несмотря на обещанные крупные вознаграждения. лазутчики, люди случайно набранные и к своей роли не подготовленные, исчезли бесследно вместе с выданным им денежным авансом.
Несколько лучше была поставлена у нас контр-разведка, что отчасти доказывается довольно обширным списком австрийских шпионов, зарегистрированных у нас, и не малым количеством пойманных: так, в одном XVI. корпусе менее, чем в течение года, было арестовано по подозрению в шпионстве в пользу
[95]
австрийцев 8 чел., из коих вина 7 чел. точно ycтановленa кopпусным полевым судом, и они были преданы смертной казни. Обратимся к организации австрийского военного шпионства.

Австрийские органы шпионства. Главные и второстепенные разведывательные бюро.

Высшим учреждением, руководившим организацией австрийского военного шпионства, вербовкой шпионов и их подготовкой было "Осведомительное бюро Императорскою и Королевского Генерального штаба", находившееся в Вене.
Деятельность его имела характер преимущественно распорядительный к сводилась к направлению действий нисших органов, к их контролированию и к разработке и сводке в одно целое все х добыты х данных.
Следующую ступень составляли второстепенные бюро и отделы, ведавшие определенными районами и отраслями разведки по специальностям. Во главе бюро и отделов находились начальники-офицеры, имевшие от одного до пяти-шести помощников преимущественно, хотя не исключительно, офицеров. Исполнительными органами бюро были, во-первых, агенты и, во-вторых, вербовщики шпионов.
Агенты служили австрийскому правительству более или менее продолжительное время, были лично известны, испытанны и потому пользовались большим доверием. Продолжительная служба вырабатывала в них: наблюдательность, изворотливость и вообще, ловкость по отношению к шпионству. Они исполняли разнообразные поручения, как-то: личные тайные разведки, руководство и контроль нисшей категории шпионов, наконец, набор последних, а равно и новых агентов. Часть их проживала в пределах Австрии, выезжая в Россию по мере надобности дли исполнения того или иного поручения, часть же находилась на жительстве в Румынии или в самой России.
Некоторые агенты заведывали даже отдельными группами шпионов и самостоятельно посылали их в Россию.
Вербовщики шпионов занимались, как показывает самое наименование их, подыскиванием и приемом на австрийскую службу шпионов.
К некоторым бюро, например, Черновицкому, прикомандировывались жандармские вахмистры.
[96]
На схеме показаны все бюро, работавшие против России, Особенного внимания заслуживают:
1) Черновицкое, под начальством полковника Фишера, на которого было возложено главное руководство шпионством в России. Оно располагало большим количеством агентов, вербовавшихся в Буковине, Румынии и России, и имело в своем распоряжении значительные денежные суммы. Кроме обычного сбора сведений по военной разведке, Черновицкое бюро занималось политической пропагандой в пользу Германии и Австрии против России, ставило себе задачей порчу русских магистральных железнодорожных линий (напр., подготовлялся взрыв железнодорожного моста у Жмеринки) и склоняло русских солдат к дезертированию в Румынию. Из видных агентов бюро пятеро жили до войны в России; Адам Хаскалович и Станислав Кубик - в Варшаве, Бурдин- купец в Одессе, Гольдштейн - тоже купец в Кишеневе, Цукерман - переплетчик в Одессе.
2) Львовское бюро, состоявшее под начальством капитана Ведерина, обслуживалось почти исключительно женщинами, снабженными подложными русскими паспортами.
3) Бухарестское, два агента которого, Кунин и Рубинштейн, жили до войны в Москве. В Бухаресте румынской полицией было зарегистрировано более 700 германских и австрийских шпионов; здесь австро-германское шпионство свило себе прочное гнездо.
4) Бюро в Оршове, где Начальником был ген. штаба капитан Кляр, имело в своем ведении Сербию, Румынию и часть Черного моря. .
При штабах армий, корпусов и даже дивизий состояли также особые разведывательные бюро и отделения; так, в армии Линзингена начальником бюро был обер-лейтенант Фелькель, имевший четырех сотрудников-помощников; армию Бэм Эрмоли обслуживало Львовское бюро капитана Ведерина; в 48. германской дивизии, действовавшей против нашей 9, армии, разведкой заведывал Фехтнер; и т. .д.
Контр-разведывательные бюро, числом 5 против границ России, находились в Мункаче, Ужгороде, Мармарош-Сигете, на железнодорожной узловой станции Уйхелы и в Станиславове, Во главе их стояли гражданские, не военные лица; например, Ужгородским бюро заведывал доктор прав Барецкий, Стани-
[97]
славшим-Птачевский, лицо без другой определенной должности, остальными - полицейские комиссары:
Контр-разведывательным бюро армии Линзингена, находившимся в Мункаче, начальствовал капитан Фридман, а в армии Бэм-Эрмоли ротмистр Себастиан, причем его бюро помещалось во Львове.


Школы шпионства. Для подготовки агентов и шпионов в Австрии существовало три школы: в Вене, Кракове и Кошице (Кашау).
Во время войны школы комплектовались жителями занятых нами областей, вербовавшимися особыми агентами, состоявшими при школах, или людьми, поступавшими в них по собственному почину, по об'явлениям частного характера, публиковавшимися и рассылавшимися капитаном Моравским. Контингент учеников по прежним их профессиям был самый разнообразный: тут были актеры и шансонетные певички, фабричные рабочие и парикмахеры, проститутки и воры, словом - яркий калейдоскоп.
[98]
Курс для агентов продолжался 2-3 недели, а для обычных шпионов - от 8 до 10 дней. Заключался он в кратких сведениях о русской армии и в изложении обязанностей и приемов работы шпионов; в школе в Кашау преподавалось и подрывное дело.
По выдержании краткого экзамена, окончившие курс школ командировались, распоряжением Венского Центрального Отделения школы, частью с определенными поручениями, прямо в Россию, под видом беженцев или бежавших из плена, частью же в штабы армий по требованию их, причем штабы посылали за ними в Вену приемщиков - нижних чинов.
Переход шпионов в пределы Рассии и возвращение их в Австрию.
Все шпионы, отправлявшиеся в район наших армий, снабжались для свободного следования через австрийское сторожевое охранение особыми письменными пропусками (пассиршейн), отбиравшимися на передовых постах. Для обратного перехода давались особые пропуски, отпечатанные на папиросной бумаге и легко прятавшиеся в мундштуки, пряжки подтяжек, между пальцами ног, в ушах, в кусках ваты и т. п. Иногда такие пропуски заменялись русскими кредитными билетами, намеченными тремя буквами "S. H. С."; в некоторых случаях те же буквы ставились на полотне левого кармана брюк.
В тех районах, где наше охранение было особенно бдительно и где шпионы пробирались только с большим трудом, рискуя быть задержанными, австрийцы прибегали к следующей хитрости для водворения их у нас: выпуская шпионов из своих окопов, они приказывали им бежать по направлению к нам и открывали по ним огонь, якобы в подтверждение их бегства.
Тайные агенты, отправлявшиеся не в район армий, а вглубь России, следовали обыкновенно через Румынию, или по железной дороге на Унгены, или переходя через Дунай преимущественно между Тульчей и Измаилом при помощи местных жителей - "липован", перевозивших дезертиров и агентов через реку за 20 рублей. В Тульче их встречали австрийские агенты, направлявшие их в Галац, составлявший как бы этапный пункт для шпионов, где их снабжали паспортам и и деньгами.
Подложные паспорта и беженские пропуски имелись в достаточном количестве, так как они были похищены в Львове из канцелярии Главного Краевого благотворительного комитета. Более серьезные агенты получали паспорта французские, английские, американские и даже турецкие.
[99]
С целью распознавания австрийских шпионов иногда для каждой шпионской организации устанавливались особые секретные фразы, как бы пароли; например, для посылавшихся в район Сокаля фраза была такая: "Двадцать семь Ц". Большинство шпионов узнавали друг друга, обмениваясь при встрече словами: "Расплата", на что следовал ответ: "Хвала Богу".
Особо доверенные агенты, командировавшиеся в нейтральные государства, снабжались запонками с рельефным изображением на каждой бюстов Вильгельма и Франца Иосифа. По пред'явлении этих запонок военным агентам, консулам и посольствам воевавших с нами держав, эти последние обязаны были оказывать во всем содействие командированным лицам. Приемы работы шпионов. Способ действий австрийских шпионов при выполнении ими своих задач не отличался в общем от обычных в этих случаях приемов. Отметим лишь некоторые детали.
Профессия, избранная шпионом при проживании в районе наших армий или в глубине России, определяла его способ работы. Большинство нисших шпионов играли роль беженцев или дезертиров, некоторые занимались мелочной торговлей. Более крупные агенты выдавали себя за подрядчиков и коммерсантов.
При штабе ген. Пфлянцера был сформирован отряд шпионов, состоявший из калек и стариков, выпрашивавших себе милостыню.
Очень часто австрийцы вербовали в число шпионов 15-16 л. мальчиков; они терлись около штабов и обозов, подслушивали разговоры наших офицеров и солдат, рвали и портили телефонные провода; многие из них раз'езжали по железным дорогам в эшелонах под видом добровольцев и, пользуясь симпатиями воинских чинов, легко получали нужные им сведения, а при случае выкрадывали бумаги у везших их и зазевавшихся писарей или ординарцев.
В австрийских школах шпионства давались следующие практические советы. Сведения от солдат получать так: узнать чайную или столовую, где обыкновенно собираются нижние чины, постоянно посещать ее и заводить знакомства, обращая особенное внимание на служащих в телеграфных ротах, в искровых частях и в штабах. Для получения сведений не расспрашивать их, а вызвать спор, выдумав что-нибудь о ходе
[100]
военных действий или о распоряжениях высшего начальства. Рекомендуется также угощать солдат под предлогом патриотизма и симпатии к военным и, затем, как бы из любопытства, добиться нужных сведений из разговоров. Женщинам советуется заводить знакомства с офицерами. Когда они приходят в компании - требовать вино. Беседуя между собою и вступая в споры, офицеры могут выболтать военные тайны, между тем как один офицер ничего не скажет важного малознакомой женщине, в особенности проститутке.
В школах шпионства подчеркивалось, что пользование проституткам и на театре военных действий особенно выгодно, так как на них подозрения в шпионстве не падают, и в этом отношении все внимание устремляется только на мужчин. По Этим-то соображениям агентам и шпионам советуется скрываться у проституток и в публичных домах.
Любопытно то, что пропаганду сдачи в плен и дезертирства из русской армии взяли на себя 4 студентки Львовского университета. Они поступили добровольцами в австрийскую армию с целью периодической сдачи нам в плен и соответствующей пропаганды среди наших солдат.
Политическая пропаганда производилась агентами - эмигрантами из Малороссии, организовавшими Союз для освобождения Украины, субсидировавшийся австрийским правительством. Задача агентов этого союза заключалась в том, чтобы в случае отступления русской армии в Малороссию всячески вредить ей, препятствуя работе земств и городов на пользу армии, взрывая мосты, склады, магазины и т. п. Соответствующие указания для этой работы давались австрийским генеральным штабом.

Доставление сведений, добытых шпионами.

Все собранные данные доставлялись в австрийские войска, в бюро или же в определенные пункты самими шпионами, или же специальными почтальонами. Важную передаточную роль играли 2 конторы Линде. Сам Линде, австрийский артиллерийский офицер, числился директором Бухарестского филиального отделения якобы коммерческого учреждения в Араде (в Венгрии) под фирмою "Виктория", имевшего целью посредничество между пленными австрийцами и их родными для пересылки посылок и корреспонденции. В конторах Линде служило несколько германских и австрийских офицеров. Шпи-
[101]
онская корреспонденция, поступавшая в Бухарестскую контору, пересылалась оттуда специальными курьерами в Арад, где тщательно просматривалась, цензуровалась и затем рассылалась по принадлежности.
Для доставки шпионских донесений австрийцы пользовались также почтовыми голубями; таковые были обнаружены в Подволочиске и в Радоме.
В шпионских школах рекомендовалось запоминать все собранные сведения наизусть, а при невозможности записывать себе на память непременно условными буквами или цифрами; например, каждый род оружия обозначать условной буквой, номера полков - цифрой, иногда умноженной в несколько раз; всей записи придавать вид счета, чередуя слова с цифрами; например, 122. пех. полк записать так "Печение, 1 руб. 22 к."
Бюро посылали донесения на условном коммерческом языке. Для обозначения вновь формируемых корпусов и цифрам прибавлялись нули, для корпусов Европейской России - три, для Сибири - два, для Кавказа - один.
Донесения писались по возможности на папиросной бумаге секретными чернилами, в обыкновенном виде незаметными на белой бумаге и проступавшими наружу только при нагревании; папиросная бумага вкладывалась затем под внутреннюю цветную подкладку конверта.
Иногда донесения писались на конверте под внутренней подкладкой.

Денежные расходы по австрийскому шпионству.

Мы не располагаем данными, позволяющими судить о расходах Австрии на содержание шпионской организации. Судя по некоторым цифрам, австрийцы щедростью не отличались: так, например, шпионам, посылаемым в Россию, они выдавали на расходы авансом только 80-150 рублей русскими кредитными билетами; за взрыв моста у ст. Жмеринка, которому они придавали большое значение, или за развинчивание рельсовых гаек перед самым мостом они предлагали 25 тысяч рублей. Наряду с этим шпион Бурдин, купец из Одессы, получил в апреле 1915 года 16 тысяч рублей.
[102]
Но как бы велики ни были расходы Австрии на организацию шпионства, они во всяком случае ничтожны по сравнению с общими громадными расходами, вызванными Великой войной, и несомненно окупились достигнутыми результатами.
В. Клембовский.

Приложение 1
Документ, оказавшийся при арестованном и сознавшемся в шпионстве Хаиме Левентоне.
Одесса:
  • сера - Кавказские войска.
  • шерсть - Петроградские войска.
  • шерсть - Харьков - Тула.
Образец: сера (шерсть) прибыла или не прибыла, можно найти баржи для Рени или нельзя найти. Ячмень - поезда.
Знаменка: - номер полка.
Цена образца - количество поездов.
Тула: полотно - Сибирские войска.
Овес возможно продать - формирование новой армии.
Новые образцы - номер полка формируемого или существующего.
Золотое: - Севастополь.
Рафалович: - Лемберг.
Серебров: - Варшава.
Осадное положение об'явлено - Золотов дома.
Осадное положение об'явлено - не об'явлено - Золотова нет дома.
Осадное положение об'явлено - предполагается - Золотов приходит домой.
Настроение подавленное - урожай ячменя хорош.
Николай смещен - урожай пшеницы хороший.
Николай болен - урожай ржи хороший.
В Сороках есть укрепления - шерстяные чулки продаются.
В Сороках нет укреплений - шерстяные чулки не продаются. (Дальше следовали те же два вопроса по отношению к Могилеву, Окнице и Бельцам, причем укрепления обозначались в первом пункте шерстяными рубашками, во втором - перчатками, в третьем - кофточками).
[103]
Приложение 2.
ТЕЛЕГРАММА
Посланная задержанным и сознавшимся в шпионстве Фишем.
Текст:
Роберту Бухарест гостиница Континенталь.
Ремни негодны к продаже 400 п. ржи но 478 коп. и 150 пуд. по 98 коп.

Об'яснения Фиша:
Войск мало 400 человек 478 пешей дружины и 150 чел. 98. конной сотни.
Мошкович.
[104]












Пользовательского поиска
 
Архив проекта -> Военно-Исторический сборник. Выпуск 4.
Designed by Alexey Likhotvorik 21.07.2012 02:44:46
copyright (c) 2003 Alexey Likhotvorik