Русская армия в Первой мировой войне
Архив проекта -> Военно-Исторический сборник. Выпуск 3.
Русская армия в Великой войне: Военно-Исторический сборник. Выпуск 3.

Операция частей XXX армейского корпуса на пруте и в предгориях Карпат между Делятин - Коломыя 19-24 мая (1-6 июня) 1915 года (Прутская операция).
(Составлено по кратким заметкам и воспоминаниям).

Цель настоящей статьи-осветить в общих чертах эту операцию, представляющую собой, как мне кажется, известный интерес с точки зрения военного искусства. Кроме того, этим путем хотелось бы запечатлеть ту высокую доблесть и самоотверженность, которую проявили здесь части XXX корпуса и в особенности 80. пех. дивизии в самую тяжкую пору для ю.-з. фронта.
Поучительность Прутской операции (так будем ее называть) заключается в следующем: она была весьма смелой, произведена быстро, почти без подготовки, окончилась для нас полным успехом и принесла пользу общему делу, т. к. привлекла на себя внимание и силы неприятеля, теснившего нас в это время на Днестре и у Сана; проявленные скрытность и быстрота, в связи с выбором направления, хотя и весьма трудным по местным условиям, но бившим по слабому, относительно, пункту в расположении неприятеля,-привели к тому, что удар этот явился для него совершенно неожиданным; переправа через значительную реку в непосредственной близости от противника, демонстрации, ряд ожесточенных штурмов укрепленных горных позиций, соединенных с охватами и обходами и в результате-разгром неприятеля с прорывом его общего расположения, наконец, - отход наш, поздно замеченный им, произведенный в порядке и почти без потерь, с обратной переправой-все это еще более подтверждает сказанное.
Чрезвычайно трудная задача, выпавшая здесь на долю наших войск и тяжкая местность, которую пришлось им преодолевать, не помешали нашему успеху; это лишний раз подчеркивает первостепенное значение в боевом деле крепкого воинского духа, внутренней связи и спайки.
[43]
В общем Прутская операция явилась верно расчитанным, неожиданным и больным для неприятеля ударом, притянувшим на себя его силы и тем облегчившим трудное положение других наших войск, ударом, закончившимся быстрым и скрытым отходом.
К середине (концу) мая XXX корпус был расположен на позициях у северных предгорий Карпат, от д. Пнюв (впереди г. Надворная) и далее на восток и юго-восток по линии ур. Буковинка - высоты 553-503-447-Ур. Запуст. На этих позициях корпус находился около двух недель. К сер.-западу, в горах, был расположен XI, а на юго-восток, против района г. Коломыя, - ХХХIII корпус.
Стоявшие против нас австрийцы занимали крутые северные склоны Карпат, прикрывая горные проходы к Мармарош - Сигот через Рафаилов-Корешмёзо и Делятын; восточнее этого города позиции их шли по горам правого берега Прута, круто изменявшего тут направление своего течения.
Предшествовавшая боевая обстановка была такова: в двадцатых числах апреля (начале мая) XXX корпус, стоявший тогда на позициях южнее Станислав - Нижниув, после упорных боев отбросил неприятеля к Карпатам и, захватив г. Надворная, закрепился у их предгорий; последовавшие затем вскоре сильные контратаки австрийцев против нашего правого фланга и центра были отбиты.
Общее положение ю.-з. фронта в половине и двадцатых числах мая (конце мая начале июня) было крайне тяжелое: правый фланг 9. армии, к составу которой принадлежал XXX корпус, отходил с боем к Днестру, а прочие войска фронта отошли уже за р. Сан и к району Львова; 21 мая (8 июня) нами был оставлен Перемышль. Напор превосходных сил неприятеля в этих направлениях был самый ожесточенный.
Части XXX корпуса были расположены на позициях следующим образом: на правом фланге, захватывая д. Пнюв и ур. Буковинка, несколько не доходя до высоты 553, стояла 80. пех. дивизия в составе 21/4 полков с артиллерией (317. и 318. полки и батальон 320. полка); восточнее была расположена 2. стрелковая, а еще дальше-71. пех. дивизия. Остальные части 80. пех. дивизии находились: 3. бат. 320. полка-в д. Парище, в корпусном резерве, а 319. полк еще не возвратился из 3. армии, куда был послан, в середине (конце) апреля в числе других, на подкрепление, т. к. неприятель сильно теснил нас в этом направлении. Штаб 80. пех. дивизии стоял в д. Тарновица-Лесна, а штаб корпуса - в м. Оттыниа. Район между левым флангом
[44]
[45]
71. див. и ХХХIII корпусом охранялся бригадой второочередной Терской казачьей дивизии.
15 или 16 мая (28-29 июня) все начальники дивизий были срочно вызваны в штаб корпуса. Нам было об'явлено, что боевая обстановка на фронте армий настоятельно требует быстро нанести сильный удар по расположенному против нас неприятелю, с целью притянуть на себя часть его сил с других направлений и тем облегчить тяжелое положение отходящих войск ю.-з. фронта.
Предложено было тут же обсудить этот вопрос и высказаться, как и в каком направлении следует оказать помощь.
В результате ком-р корпуса Г. Л. Зайончковский утвердил мое предложение-атаковать правый фланг расположенного против нас неприятеля в районе Ланчин-Ивановцы-Млодятын, с переправой через Прут, с тем, чтобы соседние части нашего и ХХХШ корпуса оказали содействие путем наступления от Ланчин-Добротув и против района Коломыя.
Предполагалось, что удар в этом направлении по неприятелю, силы которого группировались, главным образом, для обороны указанных выше горных проходов и г. Коломыя, будет наиболее успешен, как вследствие относительной слабости его на этом участке, так - и вероятной неожиданности нашего появления тут, обусловливаемой труднодоступною местностью; овладение же горным районом между Прутом и д. Млодятын могло вести к прорыву общего фронта неприятеля, раз'единению Коломыйской группы от войск, оборонявших доступы к горным проходам и, наконец,-давало нам выгодное исходное положение для дальнейшего развития операции, как в направлении на Делятын, совместно с прочими частями нашего корпуса, так-и для действий в тыл Коломыя, вместе с наступлением туда XXXIII корпуса. К западу от района, избранного для удара, местность почти недоступна, а восточнее, - хотя и гораздо удобнее для наступления, но зато с этой стороны легко было привлечь внимание неприятеля.
Начальником сводного отряда, на который возлагалось выполнение этой операции, был назначен я. Ком-ший армией очень торопил ее выполнением, действия приказано было начать через день; однако, в виду очевидной невыполнимости этого (предстояло сменить часть войск с позиций, а некоторым из них сделать почти целый переход в новые районы), начальник отряда настоял на том, чтобы начало операций было отложено еще на день.
Отряд был составлен из следующих частей: всей 80. пех. дивизии (319. полк возвратился из командировки за два дня до
[46]
начала операции и был наскоро укомплектован), двух полков 2. стрелковой дивизии (7 и 8), полка 71. пех. дивизии (283), двух батарей 71 арт. бриг., двух гаубичных батарей III тяжелого арт. дивизиона, двух пеше и двух конно-горных батарей и Терской казачьей бригады с конной батареей. В составе 80. дивизии имелась 31. отд. саперная рота, а из корпуса нам было придано отделение легкого мостового парка. Общий состав отряда-26 бат., 82 орудия (48 полевых, 6 конных, 8 тяжелых и 20 горных), 10 сотен, саперная рота и мостовое отделение.
Боевые качества назначенных войск были высокие: 80. дивизия не раз уже проявляла себя в боях с лучшей стороны, 7. и 8. стрелковые полки также были вполне хороши, а 283.- пользовался в корпусе прекрасной репутацией. Это как бы возмещало собою, до некоторой степени, те обычные невыгодные стороны, которые присущи всяким сборным, случайным соединениям. Остовом отряда явилась 80. дивизия, как хорошо известная начальнику отряда, а потому самые ответственные, активные задачи были возложены именно на ее полки.
Поставленная боевая задача была определена следующим образом:
Переправиться через Прут у дд. Ланчин-Садзавка-Ивановцы, разбить неприятеля и овладеть его позициями на правом берегу реки в горном районе между ею и д. Млодятын (высоты 474-477-443-462-441-485), с тем, чтобы, закрепившись там, быть в полной готовности к дальнейшему движению в одном из указанных выше направлений.
Для содействия нам остальные части 2. стр. дивизии (западнее) и ХХХIII корпуса (восточнее) должны были также перейти Прут и атаковать находившегося против них неприятеля.
Задача, данная отряду, являлась чрезвычайно трудной:
Прежде всего нужно было скрытно и быстро сменить и передвинуть в новый район сосредоточения наиболее удаленные части (правый фланг 80. див.), чтобы не обнаружить преждевременно своих намерений. Затем,-еще более осторожно подвести к дд. Ланчин - Садзавка по местности открытой и склоняющейся к Пруту и развернуть на линии этой реки отряд силою почти в корпус.
Все это было крайне важно, т. к. очевидно, что успех такой тяжелой операции мог быть обеспечен только при условии скрытности всех передвижений и действий, быстроты их
[47]
исполнения и неожиданности самого нападения. Далее, необходимо было переправить отряд через довольно широкую (до 150 шагов) и весьма быструю горную реку вблизи от неприятеля, занимавшего противоположный ее берег и подходящие к нему крутые горы, сильно командующие окружающею местностью. После этого предстояло преодолеть не только сопротивление неприятеля, укрепившегося особенно тщательно на главных позициях (высоты 474 и 477), но и труднодоступную, пересеченную и неизвестную нам горную местность, почти лишенную путей и покрытую большею частью лесом; наконец,- пройдя все это с боем, - закрепиться в районе высот 485-441-462 в готовности к дальнейшему наступлению.
Тяжесть задачи увеличивалась еще и тем, что нас, в силу сложившейся на фронте обстановки, очень торопили с производством удара и потому на подготовку войскам, выдержавшим до того значительные бои и большею частью стоявшим на позициях, дали в сущности всего только день, тогда как, очевидно, что в такого рода операциях подготовительная сторона дела играет решающую роль. Таким образом тщательностью подготовки приходилось жертвовать в пользу быстроты и неожиданности действий, на которых преимущественно и основывался весь расчет.
Сама действительность, как оказалось впоследствие, еще более усложнила выполнение задачи, т. к. наши соседи переправили через Прут только незначительные части, которые, разумеется, не могли продвинуться вперед и оказать содействие нам, как войскам, наносившим главный удар. Это обстоятельство позволило неприятелю направить против нас значительные подкрепления.
Сосредоточение отряда в новый район было произведено постепенно, в зависимости от назначений, полученных войсками: в первую очередь направлялись полки боевой части, а затем-те, которые должны были составить резерв; это было сделано, как для удобства смены, так, главным образом и в целях скрытности, т. к. появление сразу большего отряда в новых местах не могло пройти незаметным для неприятеля.
Районом сосредоточения полков 80. дивизии был назначен Майдан Средний - Кубаювка. Что же касается до остальных частей, то их вовсе не пришлось собирать в тылу, а направить впоследствие прямо к Пруту, на линию, избранную для развертывания отряда, т. к. 8. стрелков. полк был расположен недалеко от д. Ланчин, куда ему было назначено следовать, а
[48]
[49]
7. предназначался в резерв и должен был подтянуться к Пруту позже всех других частей.
В боевую часть отряда первоначально были назначены: 318. и 320. полки 80. див., 8. стрелковый и 283. все остальные составляли резерв.
В ночь на 18(31) мая части 80. див. (317, 318 полки и батальон 320) были сменены с позиций впереди г. Надворная и ур. Буковинка и постепенно оттянуты в тыл, сначала к Тарновица-Лесна, затем-к д. Майдан-Средний и далее поочередно к Кубаювка (кроме батальона 320. п., присоединенного к своему полку). 320. полк, возвращенный в состав дивизии, был направлен из д. Парище через Майдан-Средний-Кубаювка на смену 283. полка, занимавшему до того позицию восточнее дороги Кубаювка - Садзавка, которому предстояло начать действия раньше других. 319. полку приказано было следовать с похода прямо к Майдан-Средний. Штаб отряда (штаб 80. п. див.) перешел также в эту деревню, где были сделаны все распоряжения для развертывания и боя, а затем-в Кубаювка, откуда начальник отряда руководил операцией.
В целях скрытности сосредоточения в новый район было выполнено следующее: большинство полков (особенно 80. див., как более удаленные) совершило передвижение ночью, а те, которым пришлось идти днем, были направлены небольшими эшалонами (по 1-2 батальона) и притом разными путями, часть которых проходила лесами; кроме того, запрещено было вести артиллерию и обозы по мощеным дорогам, чтобы избежать грохота и располагаться биваками, особенно на открытых местах.
Все это удалось совершить скрытно; неприятель не мoг нас обнаружить, несмотря на то, что, видимо, подозревал что-то, т. к. его аэропланы усиленно работали в эти дни, освещая район Надворная-Майдан-Средний.
К вечеру 18 (31) мая части отряда развернулись на линии Прута, заняв исходное положение следующим образом: 283. полк, составлявший левый фланг-в районе д. Ивановцы, 320. п.- в центре, в д. Садзавка, 318.-в западной половине того же селения и 8. стрелковый - д. Ланчин; последние два полка образовали правый фланг отряда.
Части резерва в это время были: 317. полк-в д. Кубаювка, в полной готовности немедленно двинуться к Пруту, 319. - Майдан-Средний, а 7. стрелковый оставался еще в районе своей дивизии. Казачья бригада находилась в районе
[50]
д. Тлумачик и восточнее, поддерживая связь с частями XXXIII корпуса.
Артиллерия расположилась по широкой дуге, несколько охватывавшей неприятельские позиции, по линии высот 447- 423 - 399-ур. Запуст; впоследствие часть легких батарей была продвинута вперед для лучшей поддержки пехоты при наступлении.
Подход частей к Пруту и занятие исходных пунктов также удалось совершить незаметно для неприятеля. Все передвижения производились исключительно с наступлением темноты или ночью; пользоваться мощеными дорогами Кубаювка - Садзавка, и Ланчин-Ивановцы было запрещено; части войск (в особенности артиллерия и обозы) следовали по грунтовым путям, при чем пехота накапливалась в исходных пунктах по батальонно; в артиллерии у всех повозок колеса были обмотаны соломой; движения происходили тихо, курить не позволяли; по достижении Прута войска и обозы располагались в деревнях возможно более скрытно, запрещались излишние передвижения, соблюдалась большая осторожность в разведении огней. Скрытное расположение частей при развертывании много облегчали большие селения-Ланчин, Садзавка и Ивановны.
Однако одной быстроты и скрытности всех наших передвижений все же еще было недостаточно, чтобы ввести неприятеля в заблуждение: как стало известно потом от пленных офицеров, австрийцы совсем не ожидали таких дерзких против них действий, предпринятых в значительных силах, при явно неблагоприятных для нас и, наоборот, весьма выгодных для них местных условиях. Неприятель принял наш удар за демонстрацию (так определенно и говорили пленные офицеры, считавшие настоящую атаку здесь невозможной); он ожидал нападения, повидимому, с другой стороны, скорее всего на район Коломыя, где местность гораздо более доступна и имеются хорошие пути для наступления и разубедился в этом тогда, когда был уже разбит.
План операции состоял в следующем: приковать внимание неприятеля к обоим его флангам путем атак и разведывательных действий и, пользуясь этим, быстро нанести сильный и неожиданный удар по центру на высотах 474 и 477, составлявших главные позиции и прорвать общий фронт его расположения; затем, выдвинувшись в направлении д. Млодятын, действовать далее, в зависимости от обстановки, или на запад, во фланг войск, расположенных в районе Делятын, или же на
[51]
восток, в тыл Коломыйской группы. Для выполнения этого были отданы первоначально такие распоряжения:
Конной бригаде переправить через Прут у Тлумачика и восточнее отдельные партии, а затем-и сотни и, действуя на ур. Спуст-Княжий Двор и далее-на Печенижин, в связи с наступлением частей XXXIII корпуса, привлечь внимание неприятеля к его правому флангу, примыкавшему к району Коломыя.
В тех же целях 283. полку, сосредоточенному в Ивановцы, овладеть позициями австрийцев в районе высоты Луги (443) и обеспечить операцию с востока.
8. стрелковому и 318. полкам, первому из д. Ланчин, а второму- от Садзавки, овладеть языкообразным массивом между высотой 474 и р. Кобыльницей, с тем, чтобы привлечь на себя находящегося там неприятеля и прикрыть операцию с запада.
320. полку взять главную позицию неприятеля в районе высоты 474.
283. полку указано было начать действия несколько раньше, чем другим; 320. и 8. стрелковому переправиться почти одновременно, а 318. немного позже. Все эти части должны были перейти Прут вброд, т. к. ранняя наводка переправ могла обнаружить неприятелю наши намерения, да и мостовое отделение прибыло потом, а время было дорого.
Назначение двух полков на наш правый фланг и только одного в центр (первоначально) исходило также из необходимости ввести неприятеля в заблуждение относительно направления нашего главного удара.
Артиллерии было приказано открыть огонь с утра 19 мая (1 июня) с целью прикрыть переправу наших войск, отогнав противника, непосредственно оборонявшего реку и подготовить атаку в районе высоты 474 (затем-и 477). Все горные батареи были приданы полкам, находившимся в дд. Ланчин и Садзавка.
Управление войсками было организовано таким образом: 8. стрелковый и 318. полки находились под общим начальством ком-pa первого из них, полк. Рустановича. Остальные части не были сведены в более крупные соеденения; управление ими находилось все время непосредственно в руках начальника отряда, что было сделано в видах более тесной связи с полками, на которые возлагались самые ответственные задачи. Начальствование всей артиллерией было об'единено в лице ком-ра 80. арт. бриг. Полк Пыжевского.
[52]
Несмотря на краткость времени, все необходимые рекогносцировки были произведены начальником отряда и его начальником штаба, а также командирами частей и артиллеристами. В этом отношении были рекомендованы меры крайней осторожности, чтобы не привлечь внимание неприятеля, располагавшего отличным наблюдением с гор (производить рекогносцировки разновременно, не скопляясь в группы, пользоваться всевозможными укрытиями при передвижениях и наблюдении). От артиллеристов, кроме того, было потребовано скрытное оборудование наблюдательных пунктов, известное ограничение пристрелки и крайняя осторожность при ее ведении, чтобы противник не мог догадаться о развертывании против него значительного числа новых батарей.
Подступы к Пруту были предварительно изучены, а броды подысканы и скрытно обозначены; точно так же были высмотрены наиболее удобные доступы и всходы на высоты, которые предстояло штурмовать.
283. п., на который был возложен штурм труднодоступной высоты Луги (443), стоял здесь прежде на позициях, а потому знал местность лучше других. 320. п., коему приходилось атаковать главную позицию, располагал для ознакомления большим временем, чем прочие, т. к нарочно был направлен сюда раньше и поставлен почти против того района, которым должен был овладеть.
Боевые задачи и все необходимое были лично пояснены начальником отряда командирам полков и артиллеристам, специально собранным для того в д. Майдан-Средний за два дня до начала операции; было обращено особое внимание на необходимость самой тесной взаимной связи и постоянной ориентировки.
Все части были оповещены о чрезвычайной важности возлагаемой ва них задачи и о необходимости выполнить ее, как можно лучше; артиллерии указывалось на исключительные трудности, которые предстояло преодолеть нашей пехоте и на ее святую обязанность особенно горячо поддержать последнюю.
В боевую часть отряда, на долю которой выпадало наибольшая тяжесть, были назначены самые крепкие полки, а именно: 8. стрелковый, 283, 318 и 320.
Штурм главной позиции неприятеля на высоте 474 был возложен начальником отряда на 320. пех. Чембарский п., лучший из 80. див., хорошо воспитанный и подготовленный, во главе с энергичным и доблестным командиром подп. Даценко.
[53]
За неделю до операции, будучи на празднике в этом полку, я имел случай лишний раз убедиться в высоком духе и крепкой спайке полка и тогда же объявил, что, в случае надобности самую ответственную боевую задачу поручу именно чембарцам. Не безынтересно, полагаю, отметить следующую психологическую черту: когда я выехал в первый раз на рекогносцировку и увидел труднодоступные серые горы и утесы правого берега Прута, сильно возвышающиеся над подступами к реке и командующие окружающей местностью, в душу мою закрались известные сомнения в успехе операции; однако, как только мысли мои, совершенно непроизвольно, обратились к частям дивизии, с которыми был связан такою крепкою связью и дружбой и, в частности,-к чембарцам,-всякая нерешительность исчезла, глубокое доверие к войскам ободрило меня и я без колебаний, повел их на рискованное дело.
Характер местности, на которой нам пришлось действовать в эти дни, был, отчасти, очерчен выше. К сказанному я добавлю лишь, что горы на правом берегу Прута, против участка Ланчин-Ивановцы, подходят к нему почти вплотную только в районе высоты Луги (443), где они спускаются к реке чревычайно круто и западнее высоты 474, где приближаются к ней в виде языкообразного массива. Что же касается до высот 474 и 477, то они несколько отходят от Прута, первая-от 1/4-1/2 версты, а вторая-до версты, оставляя между своими подошвами и рекой более открытое и ровное пространство. Северные склоны высоты 474 весьма круты, а с востока и запада она отделяется от других высот (477 и языкообразного массива) глубокими изрезанными оврагами; часть ее, как равно и всех других высот, кроме некоторых отрогов выс. 477 и района западнее выс. Луги (443), покрыта лесом. Местность, непосредствено примыкающая к правому берегу реки, образует кое где мертвые пространства, в которых накоплялись и находили себе известные укрытия части наших полков после переправы от сильного флангового огня.
Р. Прут на участке Ланчин-Ивановцы весьма извилиста и дробится местами на рукава; течение ее настолько быстро, что многих наших раненых во время переправы сбивало с ног и сносило водой. Ширина-100-200 шагов. Бродов-много, и глубина их в большинстве случаев не превосходит половины роста человека. Южный берег реки-обрывистый, что также несколько
[54]
прикрывало наши переправившиеся части от флангового огня, особенно вредившего нам тут.
Район к югу от высот 474-477 покрыт почти сплошным лесом, что еще более увеличивает общую пересеченность местности. За линией выс. 485-441-462 начинаются обратные склоны горного массива, заключенного между Прутом и его притоком Лучка; они более пологи, но изрезаны многими оврагами, идущими по направлению селений Млодятын и Печенижин. По долине р. Лучка проходит дорога Коломыя-Делятын, являющаяся вполне удобной для движения войск; других путей почти нет, есть только несколько плохих дорожек, вернее троп, да лесные просеки.
Местность между р. р. Кобыльница и Ослава (выс. Дул и отроги хребта Федоринчин с Ур. Переступ и Кобыльница), примыкающая к району г. Делятын, является еще более пересеченной и почти недоступной с фронта. От линии Тлумачик-Печенижин в направлении Коломыя местность значительно понижается и становится гораздо удобнее для действия войск.
Силы и расположение находившегося против нас неприятеля нам вообще точно известны не были. Мы знали только, что сюда, после апрельских боев, отошли те австрийские части, с которыми мы имели дело и раньше, когда стояли на позициях южнее Станислава-Нижниува (полки 16, 47, 78, 87 и др.); однако, судя по сильным и ожесточенным атакам неприятеля в первой половине мая в районе Ур. Буковинка-выс. 553, можно было предполагать, что он получил известные подкрепления после своего отхода к Карпатам.
По всем данным главная масса войск противника группировалась преимущественно по обе стороны г. Делятын, для защиты горного прохода на Мармарош-Сигот, а также - для обороны ущелья, ведущего на Рафаилов и района Коломыя.
В частности, в районе, в котором нам предстояло действовать после переправы через Прут, австрийцы, повидимому, занимали сильнее всего выс. 474-477 и языкообразный массив; значительных сил здесь во всяком случае быть не могло.
Как оказалось впоследствие, судя по захваченным пленным, против нас действовало сначала 10-12 батальонов (дальше приведены более подробные сведения о составе неприятеля).
Позиции противника, расположенные на высоких горах, были хорошо применены к местности и имели в некоторых местах ярусную оборону; обстрел всюду был превосходный. Оборона переправ и подступов к позициям была развита сильно; в особенности хорошо был использован фланговый огонь.
[55]
Сильнее всего был укреплен район высоты 474, где, как оказалось потом, имелось 4 линии окопов, усиленных проволочными заграждениями, позади которых находился редюит. Подступы к выс. 474 и 477 хорошо фланкировались с уступов гор, расположенных по обеим сторонам р. Кобыльницы и с вершины Луги (443).
Артиллерия австрийцев группировалась, главным образом, в районах высот 474-477; некоторые батареи и отдельные орудия были блиндированы (напр., у выс. Луги.)
Общее протяжение позиций неприятеля на атакованном фронте, считая от р. Кобыльница до района выс. Луги (443), доходило до 6-ти верст.
Впереди главных позиций находились только охранительные части. Деревни, расположенные на левом берегу Прута, неприятелем не занимались; туда ходили только его разведчики, да назначались иногда отдельные посты.
Слабою стороною расположения австрийцев являлась пассивность их обороны и во всяком случае - отсутствие непосредственной охраны ближайшей местности противоположного берега реки, что облегчило скрытность и быстроту нашего сосредоточения на Пруте; кроме того, - трудность сообщения между некоторыми участками позиций и с тылом.
19 мая (1 июня) с рассветом переправа через Прут началась. Вскоре после этого артиллерия наша открыла огонь. Трудно передать все те затруднения, которые пришлось преодолевать головным полкам, переходившим реку вброд под сильным артиллерийским, пулеметным и ружейным огнем с фронта и флангов; роты, шедшие впереди теряли до половины своего состава. Переправа производилась в каждом полку сначала поротно, с промежутками; затем, по оттеснении передовых частей неприятеля, она производилась уже в нескольких местах. После устройства саперами легких мостков, и в особенности при помощи двух более солидных мостов, наведенных потом прибывшим отделением парка, переправа всех остальных частей пошла много легче и скорее.
Первым перешел реку и завязал бой 238. Павлоградский п.; хотя ему и не удалось овладеть самой высотой Луги (443), но тем не менее он отбросил неприятеля от реки и роты его продвинулись до половины горы; закрепившись там с крайним затруднением, они доблестно и настойчиво продолжали атаку, постепенно отбивая каждый шаг под самым ближним действительным огнем, чем и притянули на себя внимание противника.
[56]
Несколько раньше начали свои действия и терские казаки. 320. и 8. стрелковому полкам удалось закончить переправу только перед вечером, а 318. к утру следующего дня. Части их завязали упорнейшие бои для закрепления на том берегу и, хотя медленно, но настойчиво продвигались вперед.
Тяжкая двухдневная борьба с неприятелем, находившимся в чрезвычайно выгодном положении и упорно оборонявшимся тут, закончилась орлиным взлетом чембарцев на высоту 474 и овладением главной позицией австрийцев. Неприятель, видимо, хорошо сознававший значение этой высоты и получивший некоторые подкрепления, предпринял на другой день ряд самых ожесточенных контр-атак, число которых против одного из участников полка доходило до двадцати. Однако, чембарцы доблестно отстоялись и окончательно закрепились на занятой позиции.
Успеху этого штурма весьма способствовали отличные действия нашей артиллерии, нанесшей значительные потери австрийской пехоте и совершенно разгромившей неприятельские батареи, расположенные в районе выс. 474. Пленные офицеры рассказывали нам потом, что артиллерия их была настолько расстроена, что прислуга и прикрытие побросали орудия и только наступившая темнота, да тяжелая местность, замедлявшая наши движения, позволили увезти их потом. Особенно большую помощь оказали нашей пехоте горные батареи, очень удачно справлявшиеся с наиболее ядовитыми неприятельскими пулеметами, оборонявшими подступы к главным позициям; некоторые из них впоследствие были продвинуты вперед вместе с 320. полком.
8. стрелковый п., перешедший Прут почти одновременно, с помощью головных рот 318. п. Черноярского полка, овладел северной частью языкообразного массива и, продвинувшись несколько дальше, закрепился там. Эти действия привлекли внимание неприятеля к нашему правому флангу и облегчили 320. п. выполнение его трудной задачи.
С наступлением темноты 317 п. Дрисский п. был передвинут в д. Садзавка, а на его место, в лес у д. Кубаювка, подтянут 319 п. Бугульминский п.
С рассветом 20 мая (2 июня) дриссцы начали переправу, которая производилась уже по наведенным мостам и атаковали неприятеля в направлении выс. 477. Доблестный штурм и взятие этой последней окончательно утвердило наше трудное до того положение за Прутом и, в частности, обеспечило положение центра,
[57]
подвергшегося сильным контр-атакам. Закрепившись, полк приготовился к дальнейшему движению на юг.
Подошедший в этот день с темнотой 319. полк расположился в д. Саздавка, а после его перехода через реку сюда был тотчас же перемещен 7. стрелковый п.
Когда основная работа по овладению главными позициями была выполнена войсками, положение их упрочилось, а обстановка более или менее выяснена, начальник отряда счел своевременным нанести окончательный удар. Для выполнения этого были назначены 319. и 7. стр. полки, а равно - продвинувшиеся вперед части 317. полка.
С утра 22 мая (4 июня) 319. п. переправился через Прут. Ему было приказано прежде всего выслать батальон в обход высоты Луги (443), с тем, чтобы содействовать павлоградцам в овладении ею; батальон этот, кроме того, должен был своими действиями прикрыть наступление полка с востока. Остальные батальоны бугульминцев были быстро выдвинуты в направлении высоты 462, в обход правого фланга неприятеля, еще державшегося против Дрисского полка; этому последнему было приказано наступать одновременно через лес к выс. 441, для нанесения совместного удара с бугульминцами в этот фланг.
Быстрые и хорошо согласованные действия этих двух полков решили участь боя за Прутом; все то, что еще упорно держалось против 320. и центра 317. полков, систематически обходилось и охватывалось бугульминцами и левым флангом дриссцев.
Неприятель был разбит и отходил в беспорядке; центр его был прорван. Это сейчас же сказалось и на других участках боевого фронта: 320. п. стал продвигаться и теснить австрийцев в направлении выс. 485; на левом фланге обходное движение батальона 319. п., да огонь быстро переброшенной гаубицы, разбившей блиндированные горные пушки в районе Луги (443), скоро склонили успех на нашу сторону-неприятель очистил этот район без боя, побросав орудия и зарядные ящики; высота Луги (443) была занята частями 283. полка и двумя ротами бугульминцев (две другие присоединились к своему полку); этим последним операция была окончательно обеспечена с востока.
И только на языкообразном массиве неприятель, поддерживаемый с отрогов Ур. Переступ и Кобыльница, продолжал упорно держаться; здесь стрелкам и черноярцам с большим трудом удалось лишь несколько оттеснить его. Однако, сопротивление
[58]
австрийцев против них, в виду нашего успеха в центре, очевидно, не могло быть продолжительным.
К вечеру 22 мая (4 июня) неприятель был отброшен в направлениях на Млодятын-Печенижин; наши полки продвинулись вперед и, захватив с боем выс. 462, закрепились на линии перед выс. 441-485, на которых противник оказывал последнее отчаянное сопротивление.
Боевая задача была выполнена. В резерве оставался еще не израсходованным 7. стр. полк, который был уже к этому времени переправлен через Прут и выдвинут несколько в направлении за 319. полком. Кроме него, для развития дальнейших действий мог служить Бугульминский п., потери которого были значительно меньше других. Этими частями, совместно с выдвинувшимися вперед 317. и 320. полками и при известной поддержке нашего правого фланга, предполагалось разрешить следующие боевые задачи.
Группировка наших войск по окончании операции выразилась в таком виде: на правом фланге - 7 батальонов, на левом-4 и 12 батальонов в центре, за левым участком которого находились еще 3, а всего-15; при этом в ударной группе было сосредоточено до десяти батальонов.
Занятое отрядом положение, как исходное, являлось вполне благоприятным, т. к. простым фронтальным движением на самое короткое расстояние мы били в тыл Коломыйской группы неприятеля, а, перехватив путь Делятын-Коломыя,-получали, вместе с тем, возможность действовать и во фланг войск, оборонявших доступы к горному проходу, ведущему от Делятын на Мармарош-Сигот. При этом действия против района Коломыя, совместно с наступлением XXXIII корпуса, могли обещать разгром всего правого фланга австрийцев на Карпатах; положение, занятое нашим отрядом, более всего отвечало именно действиям в этом последнем направлении.
Конной бригаде было приказано выдвинуться в район Княжий-Двор-Печинижин и действовать в тыл неприятелю, расположенному у Коломыя, поддерживая связь между нашим отрядом и частями XXXIII корпуса.
Настроение австрийцев было, видимо, тревожное, хотя к ним и прибыли подкрепления, о чем мы узнали от пленных, взятых в последнем бою. Казачьи разведывательные части доносили о большом передвижении обозов от Коломыя на Печинижин, о скоплении людей на большой дороге в Делятын и пр. Было много данных, чтобы развить достигнутый успех в еще более крупный, но случилось иначе: перед вечером 23 мая (5 июня)
[59]
нам было приказано приостановить наступление и спешно отходить за Прут.
За время операции нами было взято в плен свыше 60 офицеров и 1.500 солдат, 3 горных орудия, 10 пулеметов, много зарядных ящиков, ружей и пр. Несомненно, что трофеи были бы еще больше, если бы преследование разбитого неприятеля не затруднялось крайне тяжелою и совершенно бездорожною местностью. Потери неприятеля, по словам пленных, особенно в центре, были весьма велики.
Разбитые нами силы состояли из следующих частей: 16, 47. и 66. полевых, 4. и 5. ландверных полков, всего из 10-12 батальонов; впоследствие они были постепенно усилены батальонами 78, 87 и 97 полевых, 2. ландверного, 11. и 12. гонведных полков и тремя ландштурменными частями, спешно снятыми и брошенными с других направлений (примерно - 8 бат-ов). Всего же действовало в эти дни до 20 австрийских батальонов против 23 наших.
Бои на Пруте и в Карпатах стоили нам 82 офицеров и до 6.000 н. ч., выбывших из строя; из этого числа на долю 80. пех. дивизии пришлось 65 оф. и 4.100 солдат. Наибольшие потери понес 320. полк, штурмовавший главную позицию на высоте 474 (20 оф. и 1.650 солд.), а наименьшие - 319, нанесший главным образом окончательный удар (11 оф. и 500 солд).
Успешное выполнение операции вызвало и соответствующую оценку старшего начальства: „Передайте вашим героям",- писал командир корпуса Г. Л. Зайончковский, „мое сердечное спасибо за их блестящие действия, которыми ком-щий армией весьма доволен. Поддержите их дух и внушите, что наши потери принесли армии большую пользу".
Потери были, действительно, велики, но зато дело было сделано и цель достигнута; что же касается до боевого духа, то он оставался превосходным до конца и поддерживать его не приходилось: одержанная победа и сознание исполненного до конца долга питали его.
Распоряжение об отходе за Прут было вызвано общим положением дел-армии наши должны были отступать дальше под натиском превосходного неприятеля. Сверху нас торопили и находили необходимым произвести отход в одну ночь, но т. к. это было очевидно невозможно (отряд был велик, углубился в горы и имел в тылу реку), то начальник отряда настоял
[60]
на отходе в течение двух ночей, что ему и было разрешено под его ответственностью. Таким образом, после трудных наступательных боев приходилось произвести не менее трудную отступательную операцию, на особую тонкость, „деликатность" которой указывал к-р корпуса.
Отход был произведен нами в течение ночей 22-24 (5-6) и 24-25 мая (6-7) июня. В первую из них были отправлены исключительно чужие части, скорейшего возвращения которых требовали сверху (283. и 7. стр. полки) и только 8. стр. полк был задержан еще на день, т. к. иначе трудно было вполне обеспечить операцию отвода за реку с запада. Отход в первую ночь был произведен вполне успешно, так что неприятель, ожидавший, несомненно, нашего дальнейшего наступления, совершенно его не заметил.
Отвод войск в следующую ночь был организован так: сначала были оттянуты 317. и 318. полки (с левой части центра и с правого фланга), затем-320. (центр); стрелки 8. полка и бугульминцы составили аррьергарды, при чем два батальона последних, заняли высоту 477, пропустили отходивших дриссцев, а два других сменили чембарцев на высоте 474 и прикрыли их отход. Затем, по мере переправы этих частей через Прут, сила аррьергардов постепенно уменьшалась и, в конце-концов, состояла из двух групп 319. полка, по батальону в каждой, которые, выждав отход стрелков 8. полка, были также отведены за реку.
К часу ночи, примерно, с 24-25 мая (6-7) июня все части отряда были уже на той стороне Прута. Отход последних аррьергардов был совершен также вполне успешно и в полном порядке, в присутствии начальника отряда и начальника его штаба. Неприятель нас не преследовал, и уход частей 319. п. заметил, повидимому, поздно; положение стрелков было труднее, т. к. на языкообразном массиве мы меньше всего продвинулись вперед, почему переправа обстреливалась сильнее.
Все трофеи и подобранное оружие были отправлены за реку, кроме трех пушек, сброшенных с кручи в Прут и части зарядных ящиков. Все раненые, свои и неприятельские, были заблаговременно вывезены.
Этим Прутская операция была закончена.
После отхода части 80. п. див. расположились: 320. полк занял позицию от выс. 447 до выс. 399, а 317-от этой последней до д. Тлумачик включительно. На линии Прута были оставлены
[61]
только передовые части и разведчики. 318. п. составил резерв в двух группах (по 2 бат.) за флангами (близ д. Кубаювка и у Слободка-Лесна). 319. п. был отправлен, по требованию корпусного Штаба, в м. Оттыниа, в резерв корпуса. Штаб дивизии оставался в д. Кубаювка.
Положение наших трех полков, сильно ослабленных кровопролитными боями, было очень тяжелое, т. к. позиция была растянута по пересеченной местности на 14 верст; боевой же состав дивизии к этому времени не превосходил 7.500 человек. Вскоре были взяты и терские казаки. Западнее нас стояли части 71. див., а на юг.-вост.-XXXIII корпуса.
Таково было положение ко дню происшедшего, затем наступления австрийцев. Мы были последними частями русской армии, задержавшимися в Карпатах, чтобы помочь своим товарищам. Чувствовалось, что неприятель, встревоженный нашим ударом, собрал здесь значительные силы и с минуты на минуту перейдет в стремительное наступление, что и случилось в действительности. Вечер 26 мая (8 июня) положил начало новому периоду боевой жизни 80. дивизии, а именно-доблестному и тяжелейшему недельному отступлению ее с непрерывными боями под напором превосходных сил неприятеля к Днестру; этот период я предполагаю описать в одной из последующих статей.
Победа, одержанная на Пруте и в предгориях Карпат вызвала необыкновенный под'ем в дивизии и еще более окрылила дух ее полков и батарей. Операция эта стала памятной для каждого участника; солдаты складывали про нее целые легенды, а впоследствие стали называть свою дивизию „железной".
Георгиевская Дума 9. армии присудила участникам этих боев свыше 30 офицерских крестов и такое же число Георгиевского оружия; столь же щедро были награждены и солдаты.
Внезапное распоряжение об отступлении после одержанного успеха, плоды которого оставалось только окончательно пожать, было совершенно непонятно для массы, вызвало нескрываемое неудовольствие всех участников и, несомненно, сказалось на состоянии духа дивизии; и хотя в дальнейших отступательных боях она держалась доблестно и с тем же самоотвержением, но боевой порыв был временно утрачен.
Описание Прутской операции составлено, преимущественно, по сохранившимся кратким заметкам и личным воспоминаниям; отчасти материялом для него послужил приказ 80. пех. див. от 5(18) июня 1915 г. № 114 а, отданный под свежим впечатлением, по окончании нашего отхода за Днестр. Имеющиеся, вероятно, в делах архива, полковые дневники разыскать до
[62]
сих пор не удалось; впрочем, вообще материалов по этой операции очень мало, т. к. почти все свои распоряжения, в видах быстроты и лучшего усвоения их подчиненными, я делал лично на словах и по телефону, или через нач. штаба дивизии генер. штаба полк. Лигнау, который во время этих боев, как и всегда, являлся моим незаменимым сотрудником.
Возможно, что в описании есть некоторые незначительные упущения, но все существенное изложено вполне точна.
Дм. Парский.
[63]












Пользовательского поиска
 
Архив проекта -> Военно-Исторический сборник. Выпуск 3.
Designed by Alexey Likhotvorik 21.07.2012 02:44:46
copyright (c) 2003 Alexey Likhotvorik