Русская армия в 1914-1915 гг. потерпела ряд крупных неудач и поражений. Руководящие круги действующей армии, перекладывали все неудачи на счета недостаточности боевого снабжения в связи с тою доминирующей ролью, какую начала играть артиллерия на полях сражений. "Союзники" стали опасаться, как бы Россия не вышла из войны, и вследствие этого стремились помочь ей в области снабжения с соответствующим, конечно, контролем и прибылями для себя.

К тому времени в распоряжении Ставки имелись два документа, дававшие яркую картину дезорганизации и разрухи в области артснабжения, относящиеся: один к 1914 г. - отчет ген. Карачана о причинах большого расхода огнеприпасов, другой к 1915 г. - отчет генерал-инспектора артиллерии об артиллерийском снабжении армий Юго-западного фронта, в которых совершенно определенно указывалось на необходимость иметь в Штабе главковерха специальный орган, регулирующий артиллерийское снабжение и руководящий артиллерийским делом вообще.

Все это вместе взятое, в связи с состоявшейся сменой верховного командования, привело к необходимости пересмотреть вопрос организации самого управления артиллерийский делом на театре военных действий.

[226]

5 января 1916 г. было утверждено Временное положение о полевом генерал-инспекторе артиллерии при верховном главнокомандующем.

Проект этого положения был разработан по указанию генерал-инспарта начальником его управления и после некоторых трений был согласован с дегенверхом ген. Кондзеровским.

Сущность Временного положения сводилась к следующему.

Полевому генерал-инспектору артиллерии вверялось:

I. Общее руководство и наблюдение за своевременным и планомерным снабжением действующих армий оружием, огнеприпасами и прочими предметами артиллерийского довольствия из запасов, находящихся в пределах театра военных действий.

II. Наблюдение: а) за правильным использованием в бою артиллерии в техническом отношении; б) за боевою подготовкою и за благоустройством артиллерийских частей; в) за подготовкою на театре военных действий личного состава артиллерийских пополнений; г) за формированием и подготовкою на театре военных действий новых артиллерийских частей.

Он был обязан: а) иметь общий технический надзор за исправным состоянием оружия и материальной части артиллерии действующих армий; б) производить, когда признавал необходимым, лично или через состоящих при нем чинов для поручений, а равно через начальника и чинов своего управления осмотр и проверку артиллерийским частям, управлениям, учреждениям и заведениям, находящимся на театре военных действий, заблаговременно уведомляя об этом наштаверха и соответственных командующих армиями; в) иметь наблюдение за правильностью назначений на высшие командные должности в артиллерии до командиров парковых бригад и дивизионов, командиров батарей и отдельных батальонов крепостной артиллерии включительно (все представления на указанные выше должности о боевыми аттестациями кандидатов доставлялись на заключение полевого генерал-инспарта).

На полевого генерал-инспарта возлагалась разработка вопросов о мерах, касающихся усовершенствования всех отраслей боевой готовности, вооружения и материальной части

[227]

артиллерийских частей, а также вопросы вооружения и снабжения войск прочими техническими средствами артиллерийского поражения.

По всем вопросам организационно-штатного характера и формирования, касающимся как строевых артиллерийских частей, так и соответственных органов полевого управления и тыловых артиллерийских учреждений, полевой генерал-инспарт давал свое заключение.

За полевым генерал-инспартом в отношении внутренних областей сохранялись обязанности и права генерал-инспарта, установленные Положением о генерал-инспекторах (приказ по В. В. 1910 г. № 664), а равно права, предоставленные генерал-инспарту по отношению к артиллерийскому комитету (ст. 21, 37 и 39 Положения о ГАУ, объявленного при приказе по В. В. 1914 г., № 603).

Упарт служил органом полевого генерал-инспарта: а) по сбору, содержанию и обработке сведений, необходимых ему для выполнения всего на него возложенного; б) по разработке его указаний по различным вопросам службы артиллерии и артиллерийского снабжения действующих армий; в) по передаче по принадлежности его распоряжений.

В Упарте сосредоточивались: а) данные о степени обеспеченности фронтов и отдельных армий оружием, огнестрельными припасами и прочими предметами артиллерийского снабжения; б) разработка, в соответствии с оперативными предположениями, соображений и распоряжений по своевременному и достаточному артиллерийскому снабжению упомянутых войсковых соединений; в) сношения с военным министром и ГАУ о заготовлении и своевременной высылке в район военных действий необходимых огнестрельных припасов, оружия и других предметов артиллерийского довольствия; г) разработка и установление норм артиллерийских запасов и распределение этих запасов между фронтами и отдельными армиями в связи с оперативными соображениями; д) проверка и регулирование требований предметов артиллерийского снабжения названными войсковыми соединениями соответственно действительным их потребностям и поставленным боевым задачам; е) сношения с соответственными лицами и учреждениями по вопросам артиллерийского снабжения и боевой готовности артиллерии; ж) сношения по правильному

[228]

использованию в техническом отношении артиллерии, ручного оружия и вспомогательных средств борьбы, а также по содержанию их в исправности; з) сведения о состоянии частей артиллерии действующих армий и вновь формируемых частей артиллерии, а также о подготовке артиллерийских пополнений.

Начальник Упарта был обязан представлять: а) полевому генерал-инспарту сведения о степени обеспечения действующих армий по части артиллерийской; б) наштаверху, с доклада полевому генерал-инспарту, все сведения но части артиллерийской, необходимые для разработки соображений оперативного характера.

С разрешения полевого генерал-инспарта начальник Упарта испрашивал указания наштаверха о предположениях по части оперативной, необходимые для согласования деятельности полевого генерал-инспарта с боевыми задачами действующих армий.

Начальник Упарта, по указанию и с разрешения полевого генерал-инспарта, имел личный доклад у наштаверха по важнейшим вопросам службы артиллерии и артиллерийского снабжения действующих армий.

Начальник Упарта, в соответствии с указаниями полевого генерал-инспарта, разрабатывал и направлял по принадлежности все распоряжения по части артиллерийской.

Управление полевого генерал-инспектора артиллерии со стояло из помощника начальника управления, чинов для делопроизводства и поручений, переводчика и журналиста, всего 22 офицера и чиновника и 17 писарей.

Упарт подразделялся па 4 делопроизводства: 1-е - по личному составу артиллерии, 2-е - организационное, 3-е - по снабжению артиллерийскими орудиями с материальной к ним частью и выстрелами, 4-е - по снабжению винтовками, пулеметами и патронами к ним, химическим имуществом и пр.

Вопросы боевого применения артиллерии и вопросы технического характера, а также артиллерийские уставы, наставления и пр. разрабатывались состоящими для поручений при полевом генерал-инспекторе и привлекаемыми известными специалистами артиллерийского дела от строевых частей и от Арткома ГАУ, а также при участии представителей штаба главковерха. Иногда в целях ускорения разрешения того или

[229]

иного вопроса в Ставке под руководством тех же специали стов в присутствии представителей от войск и штаба делались испытания различных предметов артиллерийской техники, во в большинстве случаев опыты производились Арткомом на Главном артиллерийском полигоне.

Работа Упарта протекала в соответствии с теми оперативными планами, какими задавался Штаб главковерха, и с этой целью начальник Упарта, согласно Положению, являлся наравне с генквартом и дегенверхом докладчиком наштаверха по всем важнейшим вопросам артиллерийской части и боевого снабжения армии.

Для более тесной связи работы по артиллерийской части с общевойсковыми запросами помощником начальника Упарта назначен был штаб-офицер генерального штаба (с должности начальника оперативного отделения штаба Северо-западного фронта, бывший артиллерист); начальник Упарта был избран генерал-инспартом из артиллеристов, получивших высшее военное образование также в Академии генерального штаба. Большинство личного состава Упарта состояло из лиц с высшим образованием, главным образом артиллерийским, но были инженеры-технологи, инженеры-механики, генштабисты и даже юристы; остальные ответственные лица были подобраны из числа выдающихся работников по артиллерийской части (Н. Н. Старцев, о котором упоминалось, переведен был из Управления дегенверха в Упарт на ответственную должность но заведыванию снабжением ручным оружием и патронам).

Деятельность полевого генерал-инспарта и его исполнительного органа Упарта была весьма обширная и многосторонняя, обнимавшая все отрасли сложного артиллерийского дела как по части боевого использования артиллерии и по части применения новейших средств военной техники, так и по частя боевого снабжения.

[230]

В этом труде уместно остановиться только на тех важнейших мероприятиях, какие были проведены в жизнь полевым генерал-инспартом по части артиллерийского снабжения.

В первую очередь полевой генерал-инспарт стремился осуществить те меры по упорядочению снабжения, какие были им намечены в 1915 г. в его отчете по артиллерийскому снабжению армий Юго-западного фронта (см. выше).

В целях "достижения более планомерного и своевременного снабжения действующих армий оружием, огнестрельными припасами и прочими предметами артиллерийского довольствия" - 31 января 1916 г. установлен был следующий порядок артиллерийского снабжения (см. приложение 10, схема 4).

1. Требования от частей войск и учреждений действующих армий на все предметы артиллерийского довольствия поступают непосредственно к заведующим артиллерийскою частью этапно-хозяйственных отделов штабов армий и должны быть удовлетворяемы из состоящих в их распоряжении армейских подвижных артиллерийских запасов, кои надлежит образовать из артиллерийского имущества первейшей необходимости.

(Временный штат армейских подвижных артиллерийских запасов и ведомости подлежащему к содержанию в них имуществу были составлены Упартом и объявлены дополнительно).

2. С требованиями о пополнении армейских подвижных артиллерийских запасов, а также об отпуске таких предметов артиллерийского снабжения, кои не положено содержать в армейских запасах, заведующие артиллерийскою частью входят к начальникам артиллерийского снабжения армий фронта. К ним же поступают требования на отпуск предметов артиллерийского довольствия от военно-окружных артиллерийских управлений, починочных артиллерийских мастерских и прочих тыловых артиллерийских учреждений, находящихся на театре военных действий в районе соответствующего фронта армий.

[231]

Поступающие к начальникам артиллерийского снабжения требования удовлетворяются из состоящих в их ведении передовых артиллерийских запасов и других артиллерийских складов тылового района.

3. Пополнение передовых и тыловых артиллерийских запасов армий фронта производится распоряжением Управления полевого генерал-инспектора артиллерии при верховном главнокомандующем по требованию начальников артиллерийского снабжения армий фронтов, обращаемых к названному Управлению периодически - не более раза в неделю; с требованиями о снабжении огнестрельными припасами обращаться во всякое время.

Кроме начальников артиллерийского снабжения армий фронта, ни войсковые части, ни заведующие артиллерийской частью в армиях, ни прочие учреждения и заведения, находящиеся на театре военных действий, не могут обращаться ни с какими требованиями в Управление полевого генерал-инспектора артиллерии.

4. Начальники артиллерийского снабжения армий фронта, начальники военно-окружных артиллерийских управлений на театре военных действий, заведующие артиллерийской частью этапно-хозяйственных отделов штабов армий, все находящиеся на театре военных действий войсковые части, учреждения и заведения, за исключением арсеналов и заводов, не входят ни с какими требованиями по артиллерийской части в ГАУ, с коим сносится лишь Управление полевого генерал-инспектора артиллерии при верховном главнокомандующем.

Существенным новшеством в этом порядке являлось приближение запасов артиллерийского имущества к потребителям в виде образования армейских подвижных артиллерийских запасов из имущества первейшей необходимости. Это давало возможность уже заведующим артиллерийской частью ЭХО удовлетворять большинство потребностей войсковых частей. Об отпуске недостающего имущества и о пополнении своего армейского артиллерийского запаса заведующий артиллерийской частью по вновь установленному порядку обращался непосредственно к начартснабу фронта, минуя начальника ЭХО. Этим достигалось ускорение артснабжения войск, причем значительно сокращалась переписка

[232]

как в самой армии, так и у начартснаба фронта. Вопрос об опасениях утяжелить тыл армии и затруднить ее подвижность разрешался тем, что передовой подвижной армейский запас размещался в вагонах и в любой момент мог быть двинутым в необходимом направлении. Следующим весьма важным установлением являлся порядок сношения с ГАУ, который мог проводиться только через Упарт. Впервые представленный в виде наглядной схемы порядок этот быстро был усвоен как органами снабжения, так и войсками. В деле, где подшита переписка по проведению этого порядка, почти не встречается запросов о неясности или потребности в разъяснениях нового порядка. Разработанный Упартом штат армейского подвижного артиллерийского запаса был объявлен в приказе наштаверха 22 марта 1916 г., № 390 (в дополнение к приказу № 122). Подвижной армейский артиллерийский запас размещался в 18 вагонных кузовах (из них 4 предназначались для жилья) для перевозки на железнодорожных платформах.

Положение о передовом артиллерийском запасе, установленное законом (Св. В. П. 1869 г., изд. 3, ст. 262-270), не отвечало современным условиям войны (например, предусмотренное законом назначение передового артзапаса обеспечивать артиллерию людьми и лошадьми не применялось и пр.). В Положения о полевом управлении 1914 г. никаких определенных указаний о передовом артзапасе нe имелось.

Поэтому, по представлению Упарта, существовавшие передовые запасы были упразднены, а личный состав их и имущество были использованы на сформирование, вновь учреждаемых тыловых артиллерийских запасов - по одному на каждый фронт действующих армий.

Временное положение и штат тылового артиллерийского запаса, а также ведомости артиллерийского имущества, подлежащего к содержанию в этом запасе, были объявлены 13 (26) апреля 1916 г.

[233]

По Временному положению тыловой артзапас имел назначением обеспечить безостановочное и своевременное: а) пополнение армейских подвижных артиллерийских запасов предметами артиллерийского довольствия, за исключением огнестрельных припасов, ручного оружия и пулеметного имущества и б) снабжение через армейские подвижные артиллерийские запасы войсковых частей всеми предметами артиллерийского довольствия, за исключением упомянутых в п. "а".

Артиллерийское имущество должно было содержаться только указанное в ведомостях, приложенных к Временному положению.

Ведомости эти могли быть "изменяемы и дополняемы, в зависимости от численности и состава артиллерии фронта, с разрешения полевого генерал-инспарта", по представлению начартснаба через главначснаба фронта.

Временным положением подробно определялись права и обязанности должностных лиц. Прием и отпуск артимущества в тыловом артзапасе фронта производился по нарядам начальника запаса, основанным на предписаниях начартснаба фронта.

Относительно приема, хранения и отпуска предметов в тыловом артзапасе соблюдались правила, установленные для артскладов, за теми изменениями, которые, по обстоятельствам военного времени, признавались необходимыми начальником артснабжения фронта.

В отношении ведения материального счетоводства и отчетности соблюдались правила, установленные для артскладов. Но для облегчения войск вместо квитанций на принятые предметы войсковые части возвращали в тыловой артзапас вторые экземпляры накладных с надписью в приеме предметов за печатью части.

По вопросам, не предусмотренным Временным положением, предлагалось руководствоваться постановлениями об артиллерийских складах (Св. В. П., кн. XIII 1869 г., изд. 3 1910 г.), но с тем изменением, что разрешение всех вопросов, превышающих права начальников тылового артзапаса фронта, принадлежало начартснабу.

[234]

Несомненно, наиболее существенным достоинством этого мероприятия, проведенного Упартом, являлись объявленные в ведомостях Временного положения нормы имущества, подлежащего к содержанию в складе тылового запаса. Наконец, найдена была какая-то исходная данная как для работы ГАУ по заготовлению имущества, так и для умеренна аппетитов особо хозяйственных начартснабов, думавших и действовавших с высоты местной колокольни - "лишь бы у меня всего было с избытком, а до остальных мне дела нет". Принята была и мера к уменьшению делопроизвоства путем замены квитанций вторым экземпляром накладной.

Приказом наштаверха от 20 апреля (3 мая) 1916 г. № 571 были объявлены Временные правила о порядке требования и отпуска предметов артснабжения в действующих армиях. Эти правила упрощали получение смазочных веществ, пакли и ветоши, каковые должны были впредь выдаваться "в мере действительной надобности из армейских подвижных запасов по непосредственным чековым требованиям начальников частей, удостоверенным печатью части, которые с распиской приемщика заменам квитанцию".

Требования на предметы артимущества составлялись в трех экземплярах (два из них могли быть копированы), которые и являлись в дальнейшем и свидетельством, и нарядом, и квитанцией, что нельзя не признать остроумной и довольно радикальной мерой, в значительной части разрешавшей вопрос об устранении излишней формалистики и уменьшавшей поток бумаг, имевший место до введения этого порядка.

Из опроса штабов армий выяснилось, что начальники штабов шести армий, в числе которых были армии, имевшие наиболее длинные пути подвоза и бывшие в особенно трудных условиях артиллерийского питания (3-я и 8-я), считали выделение артиллерийской части в самостоятельный отдел "жизненно необходимым".

[235]

Полевой генерал-инспарт в своем докладе от 15 апреля 1916 г, № 3794 на имя наштаверха, между прочим, приводил следующие возражения на протесты дегенверха против образования самостоятельных артиллерийских отделов в штабах армий.

"1. Главной причиной нежелательности (выделения артиллерийской части из этапно-хозяйственного отдела указано "неминуемое возникновение трений при организации подвоза".

Как известно, главными средствами подвоза войскам артиллерийского довольствия являются железные дороги и войсковые парки. Начальник ЭХО ими не распоряжается. Перевозка транспортами составляет частный случай, о котором не приходится и говорить.

2. "Образование нового отдела утяжелит штаб армии". Это верно, но если обратиться к действительности, то увидим, что жизнь вынудила штабы армий расширить состав артиллерийских частей путем прикомандирования к ним многих офицерских чинов.

Хотя по Положению о полевом управлении войск у начальника штаба пять докладчиков, но на самом деле обычно привлекаются к докладу и заведующие частями, особенно заведующие артиллерийской частью.

3. Состоящий в штабе армии инспектор артиллерии отнюдь не призван для заведывания артиллерийским снабжением. Он является сотрудником начальника штаба по вопросам оперативным, связанным с боевыми действиями армий, а от вопросов артиллерийского снабжения он умышленно отклонен.

4. Что касается вопроса об "упразднения этапно-хозяйственного отдела, с выделением артиллерийской части", то, быть может, это было бы правильно, и если вопрос о возвращении к старому положению "невольно возникает", то. надо предположить, его выдвигает сама жизнь".

Однако, укоренившееся в генеральном штабе предубеждение в возможности работы каких-либо органов армии без непосредственного руководства офицеров генштаба и на этот раз одержало верх.

[236]

Дело кончилось личным изучением наштаверхом ген. Алексеевым всех материалов по вопросу преобразования заведующих артиллерийской частью в артиллерийские отделы, и ген. Алексеев, опираясь на отрицательное заключение около одной трети начальников штабов армий, названных им "наиболее вдумчивыми и опытными", отклонил ходатайство об образовании артиллерийских отделов в штабах армий. Но одновременно он подписал в апреле 1916 г. приказ № 574 о добавлении к штату ЭХО штаба армии 3 офицеров и 6 классных чинов, что почти утраивало штат, установленный Положением о полевом управлении 1914 г. Кроме того, Положение это дополнялось следующими 5 статьями:

[237]

Эти 5 статей развертывают широкую картину работы артиллерийского снабжения в армии, конкретизируя обязанности заведующего артиллерийской частью, служа ему руководством и гарантируя правильную постановку дела.

Для завершения реорганизации фронтовых и армейских учреждений артиллерийского снабжения 4 мая 1916 г. был

[238]

нздан приказ наштаверха за № 589, в котором объявлялись разработанные Упартом временные штаты и положения: а) о тыловой оружейной мастерской фронта со складом ручного оружия и пулеметного имущества; б) об армейской оружейной мастерской со складом ручного оружия и пулеметного имущества.

На сформирование этих мастерских и при них складов были обращены оружейно-пулеметные отделы подвижных починочных артмастерских и склады ручного оружия передовых артзапасов фронтов, а также отделы ручного оружия Варшавского и Бобруйского артскладов, находившихся в районе Западного фронта.

На складах при тыловых и армейских оружейных мастерских должны были держаться запасы ручного оружия и пулеметов согласно ведомостям, составленным Упартом и приложенным к приказу № 589.

Тыловая оружейная мастерская фронта предназначалась для исправления в ручном оружии и пулеметах таких повреждений, которые, требуя сравнительно сложных и продолжительных работ, не могли быть исполнены средствами полковых или армейских мастерских, но в то же время по характеру своему не вызывали безусловной необходимости прибегать к помощи заводов.

Состоящий при мастерской склад имел назначением обеспечить безостановочное и своевременное снабжение армейских мастерских ручным оружием, пулеметами, запасными к ним частями и принадлежностью.

Тыловая оружейная мастерская подразделялась на собственно мастерскую и склад.

Тыловая оружейная мастерская, входя в состав тыловых средств фронта действующих армий, перемещалась в те или иные пункты тылового района фронта по усмотрению начартснаба, Правила ведения в мастерской и ее складе отчетности устанавливались начартснабом, в зависимости от местных условий.

Во Временном положении подробно регламентировались права и обязанности должностных лиц тыловой оружейной мастерской, как-то: начальника, его помощника, классных мастеров, начальника команды, заведующего складом, делопроизводителя и бухгалтера.

[239]

К Временному положению приложены были составленные Упартом ведомости запасного ручного оружия, огнестрельного и холодного, запасных частей 3-лин. винтовки, карабина и принадлежности к ним, и ведомость запасов пулеметного имущества и запасных частей пулеметов, положенных содержать в складе тыловой оружейной мастерской фронта. Ведомостями предусматривалось содержание 15% винтовок для действующей пехоты систем, состоящих на. вооружении войск фронта, и 5% винтовок для тыловых и других войск, шашек и пик положено было иметь по 10%, пулеметов Максима и Кольта по 15% без станков и отдельно станков и треног к ним по 20%; кроме того, полагалось содержать пулеметные и патронные двуколки, колеса к ним, вьюки для пулеметов и запас смазочных материалов для ручного оружия и пулеметов. Ведомости имущества склада мастерской могли быть изменяемы и дополняемы лишь с разрешения Упарта.

Согласно штату мастерской было положено иметь два грузовика-самохода.

Армейская оружейная мастерская по Временному положению о ней со складом ручного оружия и пулеметного имущества входила в состав тыловых средств армии, в каждой по одной, и при необходимости делилась на два самостоятельных отделения.

В мастерской производились следующие работы:

а) сортировка оружия и пулеметов, доставленных с полей сражения и от войск, на годное, требующее исправления и негодное;

б) чистка и смазка оружия и пулеметов, исправление неисправного оружия и пулеметов, если починка могла быть произведена средствами мастерской путем постановки запасных частей;

в) отправление в тыловую оружейную мастерскую фронта оружия и пулеметов, которые не могли быть исправлены средствами армейской мастерской.

Имущество склада армейской оружейной мастерской определялось особыми ведомостями, составленными Упартом, которые могли быть изменяемы и дополняемы с разрешения начартснаба фронта, по представлению заведующего артиллерийской частью.

Имущество армейской оружейной мастерской пополнялось

[240]

из склада тыловой оружейной мастерской фронта, а также частями от негодного оружия, сдаваемого войсками или собираемого с полей сражения.

Армейская оружейная мастерская, входя в состав тыловых средств армии, перемещалась в целом своем составе или частями по отделениям распоряжением заведующего артиллерийскою частью, с доклада начальнику штаба армии.

Правила ведения в мастерской и ее складе отчетности устанавливались заведующим артиллерийской частью.

Временным положением определялись права и обязанности должностных лиц и предусматривалось разделение мастерской на два отделения. В числе имущества, подлежащего содержанию, имелся в виду запас винтовок в размере 5% для пехотных частей и 2% для тыловых частей; равно полагалось иметь в запасе до 5% пулеметов Максима и Кольта. Мастерской были положены 2 полуторатонных грузовика. Для размещения мастерской на станциях железных дорог она снабжалась 16 съемными вагонными кузовами.

Снабжение действующей армии специальным химическим имуществом газовой борьбы и противогазами было возложено на Упарт. Это совершенно новое дело налаживалось Упартом не без труда и не без трений, особенно по снабжению противогазами, находившемуся некоторое время в ведении санитарного ведомства.

14 ноября 1916 г. приказом наштаверха за №1567 объявлено было разработанное Упартом Временное положение о снабжении войск противогазами. Положение устанавливало нормы запасов и указывало, что органами, которые должны были снабжать противогазами, являлись санитарная часть фронта и санитарный отдел штаба армии; на Упарт возлагалось распределение противогазов между фронтами. Положение перечисляло обязанности снабжающих органов, а также обязанности по применению противогазов командного состава и врачебного персонала в войсках.

9 декабря 1916 г. Упарт провел приказ наштаверха за № 1712 о сформировании фронтовых и армейских складов химического имущества, причем в приказе объявлялись:

[241]

1) ведомость специального химического имущества склада;

2) Временное положение о снабжении войск вспомогательным противогазовым имуществом (гидропульты, вещества для пульверизации, улавливатели и т. п.); 3) дополнение и изменение в табелях имущества химической команды; 4) схема порядка снабжении войск специальным химическим имуществом и противогазами (см. схему 5 в приложении 11).

Завершением организации химического дела на фронте явился разработанный Упартом приказ наштаверха от 14 марта 1917 г. за № 435, заключавший в себе: а) дополнение к временному штату управления инспектора артиллерии армии, заведующего средствами химической борьбы в армии и его помощника; б) временный штат дивизионной противогазовой команды (офицер, метеоролог и 10 солдат); в) временные положения: о заведующих средствами химической борьбы в армии и на фронте (штат был введен ранее - приказ наштаверха 1916 г. № 1203); о боевом применении химических команд и об организации противогазовой обороны в войсках.

Этим же приказом учебные отряды для обучения войск противогазовой борьбе из подчинения начальнику санитарного отдела штаба армии передавались в ведение заведующего средствами химической борьбы в армии, а военно-метеорологические отделения при штабах армий из подчинения генерал-квартирмейстеров - в подчинение инспекторам артиллерии армии. С изданием этого приказа как руководство химическим делом, так и химическое снабжение, а равно и дело противогазовой защиты объединялись в одном артиллерийском ведомстве, чем достигалась увязка всех отраслей дела газовой борьбы.

Об изготовлении и применении удушающих средств (У. С.) сведения, относящиеся к ноябрю 1916 г., приведены в приложении 12.

Помимо вновь организованных артиллерийских учреждений, на театре военных действий находился целый ряд артскладов и арсеналов, управление которыми осложняло деятель-

[242]

ность фронтовых учреждений, имевших назначением непосредственное снабжение войск действующей армии, и которые должны были оставаться в ведении ГАУ. Эти причины побудили Упарт возбудить вопрос об изъятии из ведения начальников артснабжения фронтов ряда складов и арсеналов. В докладе начальника Упарта от 14 мая 1916 г. за № 653 наштаверху этот вопрос освещался следующим образом.

"На основании Положения о полевом управлении войск в военное время (артиллерийские склады и арсеналы, расположенные на театре военных действий, подчиняясь соответствующим главным начальникам военного округа, обратились в местные исполнительные органы главных начальников снабжения фронта и подчиненных ему управлений начартснаба фронта.

Наряду с этим некоторые артиллерийские склады и арсеналы фактически продолжают выполнять распоряжения и ГАУ, которое, в силу своего исключительного значения в деле снабжения всей армии артиллерийсвими средствами, вынуждено отдавать распоряжения этим учреждениям, хотя они ему по закону и не подведомственны.

Таким образом, артиллерийские склады и арсеналы, расположенные на театре военных действий, находятся в нежелательной двойственной зависимости, вредно влияющей на их деятельность: нередко арсенал или склад, получив заказ или наряд от ГАУ и приступив уже к его выполнению, приостанавливает эту работу, так как получает в это время заказ от главного начальника военного округа или начартснаба фронта.

В частности, например, Киевский арсенал, как это было установлено при поездке генерал-инспектора артиллерии в июле 1915 г. на Юго-западный фронт, находится, благодаря указанной двойственной зависимости, в крайне затруднительном положении. Многочисленные и разнообразные наряды фронта (перечень нарядов за первую половину 1915 г. занимал более 200 страниц) совершенно нарушили планомерность в работах этого арсенала.

[243]

Исполнение заказов ГАУ (вследствие этого откладывалось на неопределенное время. Между тем заказы ГАУ, по их значению, несомненно, надо признать более важыми, нежели заказы фронтов: главные начальники снабжения, давая свои наряды, руководствуются местными потребностями, а ГАУ при своих заказах учитывает насущные нужды всей армии.

Для устранения указанной ненормальности арсеналы и артиллерийские склады, хотя бы они и находились на театре военных действий, должны быть в .ведении одного центрального учреждения, которое, с одной стороны, в зависимости от средств всех арсеналов, могло бы соответственно распределять заказы, а с другой - планомерно распределять запасы по всем артиллерийским складам. Таким центральным учреждением является ГАУ".

Наштаверх согласился с указанными доводами и того же числа последовал его приказ № 652 о передаче в ведение ГАУ Киевского и Варшавского арсеналов и Петроградского, Двинского (в Брянске), Курского, Кременчугского и Киевского артскладов и складов огнестрельных припасов. Ранее уже был передан Бобруйский склад.

Здесь же необходимо отметить, что кроме арсеналов в ремонте, а частью и в изготовлении артиллерийского имущества для фронтов принимали участие 8 тыловых артиллерийских мастерских (подвижных починочных): на Северном фронте - мастерская № 1, на Западном фронте - мастерские № 2 и 3, на Юго-западном фронте - мастерские № 4, 5 и 6, на Румынском фронте - мастерская № 7, на Кавказском фронте - мастерская № 8.

Для характеристики работы тыловых артиллерийских мастерских во время войны приводятся таблицы производительности двух из них: № 2 и 7.

Мероприятия по артиллерийскому снабжению, проведенные Упартом, отвечали запросам обстановки, вследствие чего в дальнейшем организационная структура их почти не подвергалась изменениям.

Единственной поправки потребовал штат тылового артзапаса фронта. Значительный износ материальной части ар-

[244]

[245]

тиллерии привел к большому увеличению нарядов на отпуск различного имущества строевым частям. Согласно приказу наштаверха 1916 г. № 571 просимое имущество отправлялось с конвоирами-сдатчиками, которых нехватало. Поэтому 6 января 1917 г. последовал приказ наштаверха за № 35 о добавлении в штат тылового артзапаса фронта 4 военных чиновников и 100 солдат из числа неспособных нести службу в строю.

Приказом наштаверха 12 января 1917 г. № 66 была объявлена к руководству схема организации артиллерийского тыла, которая наглядно показывала как порядок движения артиллерийских запасов, так и подчиненность тыловых артиллерийских учреждений (см. схему 6, приложение 13).

Двухлетнее беспризорное состояние артиллерийского снабжения на театре войны требовало разрешения, помимо основных организационных, ряда других назревших вопросов. К числу таких следует отнести вопросы, связанные с новыми видами вооружения. Обычно новые образцы вооружения или новые средства защиты попадали в войсковые части без какого-либо штатного оформления. Это приводило к организации в частях случайных команд, введению нештатного обоза и к фантастическим расчетам оружия, примеры чего на Юго-западном фронте уже приводились. Первой серьезной попыткой привести к одному знаменателю вооружение явился приказ наштаверха 29 мая 1916 г. № 716 о введении временного штата 4 и 3 батальонных пехотных полков. В этом приказе, составленном при участии Упарта, объявлена была ведомость вооружения. Только с этого времени являлась возможность как правильно подсчитать потребность, так и выяснить действительную обеспеченность вооружения.

В штатном расчете пехотных полков, объявленном в упомянутом приказе 1916 г. № 716, среди различных команд полка стала официально фигурировать "команда траншейных орудий", а в полковой обоз по настоянию Упарта были включены соответствующие перевозочные средства. Характерно в этом приказе признание фактического существования в полках больших нештатных обозов и нештатных лошадей, которых согласно приказу вменялось полкам "в безусловную

[246]

обязанность использовать для запряжки нового штатного обоза".

Затем 10 июля 1916 г. Упарт провел приказ наштаверха за № 937, которым усиливался штат полевого артпарка 4 парными повозками и в котором была объявлена "ведомость распределения вспомогательного артиллерийского имущества на фронте, порядок перевозки его и питания им". Эта ведомость давала ясную картину снабжения бомбометами, минометами, ручными гранатами, сигнальными ракетами и осветительными средствами, причем указывались нормы содержания их в запасах фронта, армии и в войсках.

Среди других многочисленных мероприятий, проведенных Упартом в жизнь в 1916-1917 гг., соприкасающихся с областью артснабжения, обращают на себя внимание следующие:

1. Принятое по настоянию Упарта решение производить новые формирования войсковых частей, в особенности артиллерийских, не на фронте, а, главным образом, во внутренних округах. Мера эта, разгружая фронтовые организации артснабжения, направляла их внимание исключительно на снабжение существующих войск действующей армии.

До 1916 г. во внутренних округах формировались лишь единичные части артиллерии, а большинство формирований производилось на фронтах.

По сведениям Штаба главковерха, на 19 февраля 1917 г. формировалось всего во внутренних округах, распоряжением округов или ГАУ, 188 батарей, в то время как на фронте лишь заканчивали свое формирование 112 батарей.

2. Вторым крупным мероприятием, проведенным Упартом, являлось формирование тяжелой артиллерии особого назначения (ТАОН).

Самый вопрос о необходимости иметь подобную артиллерию и об использовании ее в сражениях был выдвинут полевый генерал-инспартом в докладе наштаверху 22 октября 1916 г. за № 1774.

Организация ТАОН была разработана особой комиссией, образованной под председательством начальника Упарта ген. Барсукова. Формирование производилось в Царском Селе под

[247]

руководством ген. Фонштейна и в глубоком тылу Западного фронта под руководством ген. Шейдемана.

3. Упартом осуществлены были меры по сбору на полях сражений оружия и других предметов артснабжения (см. приложение 14) и организованы корпусные и армейские тыловые команды по сбору оружия (приказ наштаверха 1916г. № 1201).

В марте 1916 г. приказом наштаверха объявлены к руководству составленные Упартом "Некоторые указания для сбережения и исправного действия пулемета". Б 1916 г. Упартом были впервые составлены и изданы для руководства указания для выбраковки и разделения на категории каналов орудий. В том же 1916 г. 6 (19) июля была утверждена наштаверхом и объявлена к руководству составленная Упартом секретная брошюра "Свойства орудий и краткие указания для их применения". В течение года и 3 месяцев брошюра эта выдержала три издания. Настолько велик был голод в подобных указаниях.

В 1917 г., по указанию Упарта, был произведен осмотр материальной части артиллерии всех фронтов и сделана была общая сводка, характеризующая состояние и пригодность для боевой службы материальной части артиллерии, определяющая нормы износа каналов орудий, предельное число выстрелов, какое могут выдержать разные орудия, и пр. Собранные Упартом данные по этому вопросу были обсуждены Арткомом ГАУ (журналы Арткома 22 июня 1916 г., № 2496 и другие).

Помимо указанных главнейших мероприятий по артснабжению, Упартом за 1916 и 1917 гг. было издано и проведено много более мелких распоряжений, иногда вызываемых требованиями жизни, а иногда инициативных. Перечислить все эти распоряжения затруднительно, да и нет надобности, так как это была в сущности повседневная работа, вызванная стремлением улучшить дело.

Возможно отметить только неудачную попытку Упарта улучшить положение со снабжением армии огнеприпасами за счет накопившихся запасов военного морского флота.

Переписка по этому вопросу с морским ведомством тянулась с июня 1916 г. до февраля 1917 г. и кончилась ничем, несмотря на все старания наштаверха получить от флота

[248]

огнеприпасы для орудий более крупных калибров, в которых сильно нуждалась сухопутная армия.

Характерна резолюция наштаверха ген. Алексеева на сношении по этому поводу морского министра от 13 июня 1916 г за № 120: "Все-таки не сказано ничего, в какой мере обеспечен флот. Сравнения сделать нельзя". При существовавших тогда параллельных организациях боевого снабжения - отдельно для флота и отдельно для армии, по существу своему являющихся совершенно однородными, и при полной изолированности морского и военного ведомств друг от друга, это было естественным. Условия старого режима позволяли просто умалчивать об обеспечении флота, чтобы ничего не уступить для армии.

В 1916-1917 гг. Управлением полевого генерал-инспектора артиллерии установлен был следующий порядок питания армии огнестрельными припасами на театре военных действий (см. схемы 4 и 6 в приложениях).

В каждой армии в распоряжении заведующего артиллерийской частью армии образован был свой армейский тыловой склад огнеприпасов, расположенный в тыловом районе армии, обычно при головной станции железной дороги, питающей армию.

В зависимости от протяжения фронта и глубины армейского района, от наличия и состояния путей сообщения и транспорта, от боевых задач, возлагаемых на входящие в состав армии корпуса, и от прочих условий обстановки - распоряжением заведующего артиллерийской частью армии из тылового армейского склада огнеприпасов выделялись вперед, ближе к войскам, армейские передовые склады огнеприпасов, большею частью по одному на корпус, а иногда и больше.

Огнестрельные припасы армейского тылового склада огнеприпасов составляли резерв командующего армией и по его указаниям отпускались распоряжением заведующего артиллерийской частью на пополнение запаса армейских передовых складов огнеприпасов или для образования новых передовых

[249]

и промежуточных складов огнеприпасов в ближайшем тылу войсковых частей, получающих особо важную боевую задачу.

При войсках состояли носимые и возимые боевые комплекты - на людях, в полковых двуколках, в зарядных ящиках батарей, в дивизионных резервах и в артиллерийских парках (подвижных).

Пополнение войсковых боевых комплектов производилось, руководствуясь "Наставлением для действия полевой артиллерии в бою", изд. 1912 г. (§ 99-114).

От головного эшелона артиллерийских парков до войск огнеприпасы подавались средствами войсковых частей, т. е. войсковые двуколки и зарядные ящики посылались по мере надобности распоряжением войсковых начальников за огнеприпасами назад, в места расположения головных эшелонов артиллерийских парков. Головной парковый эшелон располагался обычно в 3-5 верстах от боевой линии войсковых частей, получающих от него огнеприпасы.

Головной парк посылал за огнеприпасами свои зарядные ящики и патронные двуколки назад, в промежуточный эшелон артиллерийских парков, располагающихся в 10-15 верстах за головным эшелоном, или непосредственно в тыловой эшелон артиллерийских парков, если промежуточный эшелон не был образован. Тыловой парковый эшелон располагался обычно на полпути между промежуточным эшелоном и передовым складом огнеприпасов (местным парком), а если промежуточного эшелона не было, то на полпути между головным артиллерийским парковым эшелоном и передовым складом огнеприпасов.

Эшелоны артиллерийских парков располагались на кратчайших и удобнейших путях от войск к соответствующему складу огнеприпасов.

Такой порядок питания войск огнеприпасами, как показал опыт мировой войны на русском фронте, был вполне удобен, и войска, за весьма редкими исключениями, получали огнеприпасы своевременно и в необходимом для них количестве (разумеется, при условии наличия огнеприпасов на армейских складах).

Подача огнеприпасов войскам посылкой за огнеприпасами назад, установленная "Наставлением 1912 г." для маневренной войны, отличалась от способа огнепитания, установлен-

[250]

ного во французской армии, в которой принят был порядок подачи огнеприпасов подвозом из тыла вперед. Не заимствовали этого порядка у французов потому, что не считали себя настолько богато снабженными, чтобы подавать войскам огнеприпасы с началом боя во всех случаях, не считаясь с тем, израсходованы ли войсками их боевые комплекты и нужно ли их пополнение или нет.

При относительной бедности в огнеприпасах в царской армии считалось более целесообразным и отвечающим экономному расходованию огнеприпасов, чтобы подвозили их с тыла сами войска, нуждающиеся в огнеприпасах.

Для позиционной войны в русской армии принят был несколько иной порядок питания войск огнеприпасами, установленный "Наставлением для борьбы за укрепленные полосы" (изд. 1917 г., ч. II, § 117-126, ч. III, § 114).

Для нанесения мощных ударов при прорыве укрепленной полосы подача артиллерийских выстрелов малыми порциями считалась недопустимой.

Производились заблаговременно расчеты огнеприпасов, необходимых для выполнения той или иной боевой операции.

Огнеприпасы, необходимые для предполагаемого расхода на первый день операции, выкладывались накануне на батареях. В 3-5 верстах от батарей устраивались головные склады, обеспечивающие суммарно потребность в огнеприпасах второго дня операции. Подвоз из головного склада до позиций производился средствами батарей (при удобстве подвоза при батареях огнеприпасы не выкладывались, а в головном складе имели запас на первые два дня операции).

В расстоянии не более 15 верст от головных складов устраивались промежуточные склады, обеспечивающие в сумме работу артиллерии еще на три последующие дня. Подвоз огнеприпасов из этих промежуточных складов в головные выполнялся средствами артиллерийских парков.

Наконец, в расстоянии не более 30 верст от промежуточных складов, обычно на станции железной дороги широкой колеи, располагался армейский передовой склад (местный парк) с двухдневным запасом выстрелов. Подвоз огнеприпасов из армейского передового скла-

[251]

да в промежуточные выполнялся транспортами (конными или автомобильными) и по узкоколейной железной дороге. В тех случаях, когда удаление от армейского передового склада огнеприпасов до головных складов было не велико (верст 15-20), промежуточные склады не устраивались и совпадали с передовым армейским, в котором в этих случаях сосредоточивался запас выстрелов на 5 дней операции.

При обороне укрепленной полосы разрешалось выкладывать при батареях для отбития атак огнеприпасы на однодневную потребность (по расчету, указанному в приложении IV к части III "Наставления для борьбы за укрепленные полосы"), но с оговоркой, что выкладывание таких больших запасов на батареях крайне нежелательно, так как хранение в погребах вредно отражается на баллистических качествах пороха, а в случае неудачи запасы выстрелов будет трудно вывезти.

Отпуск огнеприпасов войскам из головных эшелонов артиллерийских парков или из головных складов производился по требованиям войск. Пополнение запасов артиллерийских парков или головных и промежуточных складов производилось по их требованиям из армейских передовых складов огнеприпасов.

Пополнение огнеприпасов в армейских передовых складах производилось по их требованиям из армейского тылового склада огнеприпасов, но не иначе как по распоряжениям заведующего артиллерийской частью, согласованным с оперативными указаниями командарма. Подача огнеприпасов из тылового армейского склада в передовые склады производилась по железным дорогам и транспортами.

Тыловые и передовые армейские склады огнеприпасов нередко размещались при станциях железных дорог, в вагонах на колесах или в вагонных кузовах, устанавливаемых для перевозки на вагонные платформы.

На каждом фронте армий по распоряжению начальника артиллерийских снабжений фронта, основанному на оперативных указаниях штаба фронта, образованы были склады огнеприпасов армий фронта (один, два или несколько в зависимости от условий обстановки). Склады эти располагались при узловых станциях железных дорог в постоянных помещениях, устроенных в довоенное время, или во временных,

[252]

устраиваемых по мере надобности в период войны, а иногда в железнодорожных вагонах на колесах или в вагонных кузовах, устанавливаемых для перевозки на вагонные платформы.

Запасы этих складов составляли резерв огнеприпасов фронта, расходуемый по распоряжению начальника артиллерийского снабжения фронта как для пополнения запаса армейских тыловых складов огнеприпасов по проверяемым требованиям заведующих артиллерийской частью, так и с целью образования в них особого резерва огнеприпасов для той или иной армии соответственно потребности выполнения боевых операций по заданию главнокомандующего армиями фронта. Подача огнеприпасов из оклада армий фронта в армейские тыловые склады огнеприпасов производились по железным дорогам, а в некоторых исключительных случаях автомобильным транспортом тылового артиллерийского подвижного склада фронта, образованного на фронтах распоряжением Упарта, согласно приказу наштаверха 22 декабря 1916 г., № 1776.

Наконец, в распоряжении Управления полевого генерал-инспектора артиллерии всегда находился резерв огнеприпасов верховного главнокомандующего, расходуемый по указанию начальника Штаба главковерха как для пополнения складов огнеприпасов армий фронтов, так и с целью сосредоточения на том или ином фронте армий резерва огнеприпасов, необходимого для выполнения оперативных заданий, поставленных фронту главковерхом.

Резерв огнеприпасов главковерха располагался по распоряжениям Упарта, основанным на указаниях наштаверха, или при некоторых складах огнеприпасов армий фронта, более удаленных от армейских районов, или в глубоком тылу, на складах ГАУ; в обоих случаях огнеприпасы резерва главковерха состояли па особом счету Упарта и без его разрешения не могли расходоваться.

Пополнение запасов складов армий фронтов производилось иногда (для ускорения) доставкой огнеприпасов непосредственно из огнестрельных складов ГАУ в склады фронтов, но не иначе, как по требованиям Упарта.

Пополнение резерва огнеприпасов главковерха производилось по требованиям Упарта, предъявляемым к ГАУ.

[253]

Подвоз огнеприпасов на склады армий фронтов и на склады, в которых сосредоточивался резерв огнеприпасов главковерха, производился по железным дорогам.

С 1916 г. боевое снабжение армий огнеприпасами было в полной мере сосредоточено в Упарте (заготовление же огнеприпасов производилось распоряжением военного министра и ГАУ).

Упарт вел строгий учет всем огнеприпасам, состоящим в запасах армий, в резерве фронтов и в резерве главковерха.

Сведения о расходе, приходе и наличии огнеприпасов в армиях и резервах еженедельно представлялись Упартом для оперативных соображений наштаверху, от которого начальник Упарта получал указания о сосредоточении огнеприпасов в резерве главковерха и о направлении их на фронт.

Ни командующие армиями, ни начальники артиллерийского снабжения фронтов, ни даже главнокомандующие армиями фронтов не имели права обращаться, помимо Упарта, с требованиями к ГАУ, к ГУГШ или военному министру о подаче огнеприпасов.

С требованиями подачи огнеприпасов должны были обращаться только в Упарт, но не иначе как через начальников артиллерийского снабжения фронтов или через главнокомандующих армиями фронтов (последние обращались обычно к наштаверху, который давал соответствующее указание Упарту).

С 1916 г. совершенно прекратилось имевшее место в первый период войны разбрасывание наспех огнеприпасов, заготовленных ГАУ, по тем фронтам или армиям, откуда раздавались более "настойчивые вопли" или откуда поступали в ГАУ просьбы "своих людей" (например, от главнокомандующего Юго-западным фронтом ген. Иванова, служившего раньше в ГАУ и сохранившего там "знакомства" и "связи"). Прекратилось с 1916 г. и распределение огнеприпасов поровну между фронтами или пропорционально количеству артиллерии, находящейся на том или ином фронте, что широко практиковалось Штабом главковерха в 1914-1915 гг когда при нем еще не было Упарта. Прекратилась также импровизация системы огнепитания, практикуемая фронтами и отдельными армиями в те же 1914-1915 гг.

[254]

Упартом в отношении снабжения армий огнеприпасами была осуществлена идея резервов: войска имели при себе боевые комплекты всегда пополненными до положенной нормы сверх того в необходимое время огнеприпасы в количествах достаточных для выполнения оперативных заданий, доставлялись в резервы огнеприпасов на фронтах из резерва главковерха, а в резервы армий - из резервов фронтов.

Так, например, для выполнения прорыва укрепленной полосы австро-германцев, намеченного весною 1917 г. на Юго-западном фронте (в действительности неудачно осуществленного в июне при Керенском), приблизительный расчет огнеприпасов был произведен по директиве наштаверха Упартом совместно с инспартом Юго-западного фронта еще осенью 1916 г., и тогда же началось сосредоточение резерва необходимых огнеприпасов, в особенности выстрелов для тяжелой артиллерии (ТАОН), в тылу Западного фронта (с целью ввести в заблуждение шпионаж противника), откуда собранный резерв огнеприпасов был скрытно переброшен в 1917 г. на Юго-западный фронт.

Положение о полевом управлении 1914 г. оказалось крайне неудовлетворительным в отношении разрешения вопроса об организации артиллерийского снабжения во время войны. Составители Положения совершенно недооценили того значения, какое имело боевое снабжение для успеха военных действий.

Положение внесло сумбур в работу ГАУ и в его взаимоотношения с органами артиллерийского снабжения на фронте. Деятельность центральных фронтовых и армейских учреждений по боевому снабжению, никем не объединяемая и не регулируемая, привела к крайней неравномерности в обеспечении войск артиллерийским имуществом и к несоответствию этого обеспечения оперативным заданиям.

Мобилизационного плана боевого снабжения, согласованного с оперативным планом войны, не было разработано заблаговременно; планомерность в артснабжении продолжала отсутствовать и в первые 1914-1915 гг. войны, пока в Штабе главковерха не был создан специальный орган (полевой гене-

[255]

рал-инспектор артиллерии с его управлением), взявший в свои руки артиллерийскую часть всей действующей армии.

Подводя итоги очерку о "Порядке снабжения артиллерийским имуществом в 1914-1915 гг.", приходится притти к выводу, что должного порядка во всяком случае не существовало.

На местах - во фронтах и армиях - каждый создавал тот порядок, который ему нравился: кое-где он был лучше, кое-где хуже. Войска же верили только в своих ходоков, которые, не останавливались ни перед какими преградами, доходя до самого ГАУ, а если надо, то покупали необходимые им предметы артснабжения и на рынке, в случаях, когда это было возможно. В центрах - в Ставке и в Гау - дело обстояло еще хуже. Первая, забрав себе распределение особенно необходимых армии предметов (огнеприпасы, винтовки, тяжелую артиллерию), раздавала их без всякого плана, запутывая и ухудшая положение со снабжением, а во многих случаях проявляя полную неосведомленность и беспомощность в артиллерийских вопросах. ГАУ, лишенное ориентировки, делило все, что добывало, между потребителями в процентном отношении, почти не задаваясь вопросами правильной организации порядка снабжения, что, впрочем, нельзя поставить ему в особую вину, так как все подобные вопросы были монополизированы ГУГШ, а робко поставленные перед Ставкой (хотя бы отчетами ген. Карачана и генерал-инспектора) оставались неразрешенными в свое время.

Подытоживая работу по артиллерийскому снабжению за 1916-1917 гг., произведенную Управлением полевого генерал-инспектора артиллерии, можно сделать следующие общие выводы :

1. В течение первых 3-4 месяцев Упарт реорганизовал артиллерийское снабжение действующих армий, внеся в него ясность и планомерность.

2. Установленный Упартом новый порядок снабжения приближал запасы артимущества к строевым частям, причем подача этого имущества войскам производилась распоряжением армейских органов снабжения; этим облегчалось своевременное обеспечение войск боевым имуществом.

3. Установление разработанных Упартом норм содержания артимущества в войсках и различных запасах дало возмож-

[256]

ность определить общую потребность и соответственно ей производить заготовление предметов боевого снабжения.

4. Назревшие новые важные для армии вопросы технического характера и по организации боевого снабжения (сбор оружия, снабжение химическими, вспомогательными средствами и др.) или соприкасающиеся с артснабжением были проработаны и разрешены в определенных и ясных формах.

5. Проведены реальные меры к уменьшению бумажной волокиты и излишней формалистики и т. д.

Создание при Штабе главковерха Управления полевого генерал-инспектора артиллерии оправдалось как в работе боевого снабжения, так и в других отношениях, - тем более что деятельность Упарта протекала по указаниям наштаверха в соответствии с его оперативными замыслами. Отсутствие такого органа с начала войны было крупнейшей ошибкой ГУГШ, которое при разработке Положения о полевом управлении войск в военное время не предусмотрело необходимости целесообразной организации специального высшего руководства артиллерийской частью действующих армий.

[257]