Русская армия в Первой мировой войне
Архив проекта -> Праснышское сражение -> Глава IV
Русская армия в Великой войне: Праснышское сражение

IV. ПОДГОТОВКА К СРАЖЕНИЮ.

Подготовка германцев. Ко времени Праснышского сражения ни одна из воюющих армий еще не имела точных правил для выполнения прорыва укрепленной позиции. Произведенный в мае 1915 г. прорыв фронта 3-й русской армии, так называемый прорыв Макензена, был первым опытом. Некоторые практические из него выводы послужили находящемуся в рядах армии Гальвица полковнику Брухмюллеру (начальник артиллерии 86-й пехотной дивизии в XI корпусе) отправной точкой для новых опытов в применении артиллерии при прорыве. Праснышское сражение и потом подготовка штурма Пултуских укреплений дали ему полную возможность составить обоснованную теорию для прорывов укрепленных полос.
Задача подготовки сводилась:
а) к выбору мест для расположения легких и тяжелых батарей при условии достигнуть наивыгоднейших результатов огня, к распределению по батареям целей, к снабжению батарей огнестрельными запасами для ведения непрерывного и самого интенсивного огня;
б) к постройке окопов в таком расстоянии от окопов русских, чтобы штурмующие могли в одну перебежку достигнуть до цели и тем предохранить себя от излишних потерь, уклонившись от заградительного огня батарей противника;
в) к соединению этих штурмовых окопов ходами сообщения с главной позицией;
г) к заготовке материалов, нужных для закрепления за собой захваченных окопов противника.
Все эти работы тщательно обсуждались и потом проводились в жизнь. Почти все работы в целях скрытности приходилось вести по ночам. По мере установки батарей начиналась их пристрелка. При обилии орудий и при узком фронте участков для прорыва пристрелка принимала вид бомбардировки, и Гальвиц опасался, что русские могут дога-
[25]
даться о подготовке прорыва и принять меры противодействия.
На участке ударной группы, шириною до 35 км, нельзя было разрушить все препятствия, поэтому дли прорыва намечены отдельные участки. На фронте XIII армейского корпуса было намечено два участка: в направлении на Еднорожец (схема № 1) и в направлении на Осовец Шляхецкий; на фронте XVII армейского корпуса-также два участка: в направлении на Обромб и к верховью р. Венгерка; на фронте XI корпуса-восточнее и западнее Грудуск. Таким образом, каждая дивизия, стоящая в первой линии, имела свой участок для прорыва. Ширина такого участка намечалась около 1 км, что позволяло сосредоточить против них подавляющий огонь разнородных орудий от легких до 21 см.
Все перечисленные работы затянулись, и Гальвиц должен был отложить начало наступления на целые сутки. Эти подготовительные работы были обнаружены русской разведкой, но скрытность передвижений войск все - таки подготовила внезапность удара и скрыла от русских превосходство сил.
Окончательные распоряжения Гальвица. Опасения Гальвица за проникновение русских в замысел германцев, а равно стремление не дать им времени для усиления войск в передовых окопах путем подтягивания резервов заставили сократить время артиллерийской подготовки до минимума. Основываясь на этом, были выработаны такие указания:
а) артиллерийскую подготовку начать с рассветом 13 июля (30 июня) и вести ее самым интенсивным образом в продолжение трех часов (300-500 выстрелов на орудие);
б) после этого сделать перерыв в стрельбе на полчаса, в течение которого должна быть выполнена разведка для выяснения результатов стрельбы;
в) затем, после внесения поправок, продолжать вновь такой же интенсивный огонь (еще 300-500 снарядов на орудие) и начать стрельбу из минометов, доканчивая ими начатые разрушения убежищ;
г) момент начала штурма предоставлено определить командирам корпусов, но не позже 10 часов;
Эти указания окончательно определяли план действий каждой дивизии на ее участке, назначенном для прорыва. Предполагалось, что интенсивный огонь батарей (ураганный огонь) не только разрушит все препятствия и укрытия, но и настолько деморализует защитников окопов, что овладение ими будет в значительной степени облегчено. При таких условиях одновременность штурма на всем фронте ударной группы не имела значения.
[26]
Подготовка русских. Разведка русских уже 6 июля (23 июня) из опроса пленных выяснила усиление германцев на Хоржельском направлении. За шесть дней до начала прорыва можно было о нем догадываться, так как подозрительные признаки были налицо. Разведывательное отделение штаба армии тотчас распорядилось об усилении мер как войсковой, так и воздушной разведки.
Вскоре воздушная разведка обнаружила слабые признаки перемещения войск противника, а войсковые наблюдатели ночью замечали более значительное движение и слышали подозрительный грохот повозок. Эти наблюдения подтверждали показания пленных о сосредоточении сил на Хоржельском направлении и об ослаблении их на Серпецком направлении. В ночь на 11 июля (28 июня) было окончательно установлено, что германцы выдвигают вперед свои окопы под прикрытием охраняющих работы частей. В стычках русские разведчики почти каждую ночь захватывали пленных, по которым документально устанавливалась переброска из 9-й германской армии XVII арм, корпуса. В ночь на 12 июля (29 июня) было точно определено передвижение до 100 шестилошадных запряжек (подвоз снарядов к батареям) перед правым флангом I Туркестанского корпуса.
Из всех полученных за неделю сведений о германцах был сделан окончательный вывод, что на участке от р. Оржиц до Вислы, т.-е. перед фронтом 1-й армии, находятся следующие силы: а) XII сводный корпус (в действительности был XIII корпус из трех дивизий), б) три полка 36-й пех. дивизии из XVII корпуса (в действительности был весь XVII корпус и рядом с ним XI, не попавший в сводку), в) 1-я гвардейская резервная бригада из гвардейского резервного корпуса (в действительности была вся 1-я гвардейская резервная дивизия), г) ландверный корпус Сурена и д) сводный корпус Дикгута.
Из этого перечня видно, что принятые германцами меры скрытности были удачны, русские не смогли обнаружить действительных сил противника и считали его слабее, чем он был. Однако штаб армии полагал, что германцы "широко ведут подготовку к активным действиям", так как замечены: постройка новых полевых железных дорог с конной тягой", и "увеличение числа тяжелых и легких орудий на Хоржельском направлении, а также стягивание сюда частей, способных к наступлению", что и было окончательным выводом из всех данных о противнике.
Такой вывод очень далек от проникновения в намерения противника, но он давал достаточное основание для принятия решения.
[27]
Распоряжения Литвинова. Выводы разведывательного отделения штаба армии приковывали все внимание к Хоржельскому направлению, и все ожидали наступления на участок I Сибирского корпуса, Литвинов ожидал атаки с утра 12 июля (29 июня) и поэтому в течение ночи передвинул свой резерв (1-ю Сибирскую дивизию) из д. Луково в район г. Маков, а резерв I Туркестанского корпуса приказал переместить к д. Голяны на случай поддержки 2-й Сибирской дивизии. Выполнение этого приказания встретило возражения со стороны Шейдемана, так как, по его мнению, перед фронтом 11-й Сибирской дивизии находятся превосходные силы германцев, и для удержания занимаемой позиции нужны немедленные подкрепления. Успокаивая Шейдемана, ген.-квартирм. Рычков сообщил ему, что, в случае наступления немцев, будет приведен в исполнение "определенный план". В чем состоял этот план Шейдеман не знал, а все поиски в делах штаба армии не дали ни одной строчки, могущей бросить свет на этот загадочный намек.
12 июля (29 июня) германские батареи заканчивали пристрелку. При большом числе батарей их огонь принял вид бомбардировки, и некоторые наивные составители полковых журналов военных действий отмечают этот день, как день боя. Наблюдатели 2-й Сибирской и 11-й Сибирской дивизии выяснили появление новых батарей и новых пулеметных гнезд, что ясно указывало на подготовку к прорыву. Казалось, наступал момент для приведения в исполнение того "определенного плана", о котором Рычков говорил Шейдеману. Действительно в 21 час 50 мин. было сделано распоряжение: а) одну бригаду 1-й Сибирской дивизии возвратить в распоряжение командира I Сибирского корпуса и б) I Туркестанскому корпусу приказано расположить свой резерв в двух группах (по 2 бтл,) за центром 11-й Сибирской дивизии. Такой резерв (4 бтл.) признан для корпуса недостаточным, и штаб армии решил его увеличить. Для этого было решено на крайнем левом фланге этого корпуса снять два стрелковых полка (всего 4 бтл.), сменив их частями XXVII арм. корпуса и передав этот участок позиции в ведение последнего. XXVII корпусу приказано закончить смену втечение ночи на 13 июля (30 июня), дабы сменяемые полки могли к утру 14 (1)июля прибыть к д. Голяны в резерв корпуса.
Все эти меры нельзя назвать иными, как пассивными, ибо воле противника не создается встречное противодействие, а лишь подтягиваются с опозданием во времени слабые подпорки с тыла. Однако Литвинов продолжал считать свое по-
[28]
ложение прочным, так как силы германцев определялись менее действительно сосредоточенных Гальвицем, и донес Алексееву, что ожидается атака германцев и для ее отражения приняты все нужные меры. Таким образом Литвинов собирался остановить натиск германцев, имея на участке между p.p. Оржиц и Лыдыня 48 бтл. и 148 оруд. Он не знал, что на этом участке Гальвиц сосредоточил 102 бтл. и 872 оруд., т.-е. имел в два с половиной раза больше пехоты и почти в шесть раз больше орудий. Если считать по маневренным единицам (дивизиям), то германцы превосходили в четыре раза.
Сравнение окончательных планов сторон. В окончательном виде план Галъвица сводился к прорыву русского фронта в четырех пунктах на участке между p.p. Оржиц и Лыдыня (схема № 1). Гальвиц принял все меры для достижения тактического успеха при наименьших потерях, но считал, что имеющихся сил недостаточно для нанесения сразу решающего удара. Вследствие этого своей ближайшей целью он ставит прорыв русских позиций в четырех пунктах и затем захват всей 1-й линии укреплений. На участке 2-й Сибирской дивизии должны атаковать 4-я гвард. и 3-я пех. дивизии, имея 26-ю дивизию в резерве, а на участке 11-й Сибирской дивизии должны атаковать 35-я пех., 1-й гвард. резервн. и 86-й и 38-й пех. дивизии с ближайшей поддержкой 36-й пех. дивизии и ландв. бригады Пфейля, которые в течение ночи подтянуты ближе к фронту. Группировка сил показывает, что главный удар Гальвиц направил на 11-ю Сибирскую дивизию. Для достижения успеха сделано; а) сосредоточены превосходные силы пехоты и мощная артиллерия, б) тщательно все рассчитано и в) применена скрытность в пределах возможного.
Однако Гальвиц очень осторожно ставит цели и задается весьма ограниченной задачей-овладеть 1-й русской укрепленной линией. Он даже не думает немедленно развивать достигнутый успех, а скорее опасается неудачи, так как слишком близко подтягивает свой резерв.
Литвинов ожидал удара германцев на Хоржельском направлении, т.-е. против 2-й Сибирской дивизии. По этой причине армейский резерв-1-я Сибирская дивизия перемещена за фронт, угрожаемый германской атакой. Считая силы противника менее действительных, он рассчитывал удержать занятую дивизией позицию. Только в последнюю перед сражением ночь начинает выясняться возможность атаки также и на 11-ю Сибирскую дивизию. Однако все резервы армии получили предназначение, и штабу армии пришлось обратиться к перегруппировке на стыке I Туркестанского и XXVII корпусов.
В общем 8 1/2 германских дивизий с многочисленной артиллерией готовятся методически атаковать две русских дивизии
[29]
с небольшой артиллерией. Гальвиц опасается неудачи и принимает все меры избежать этого, а Литвинов уверен в успехе отражения атаки только потому, что силы противника считаются значительно меньше, чем было в действительности. Для 1-й армии атаки германцев не новость и лишь вначале июня была отбита сильная атака на Хоржельском направлении. Однако эта атака была демонстративной с целью помешать снятию с фронта армии II Сибирского корпуса. Теперь этого корпуса уже нет, сил в армии меньше и казалось бы следовало подумать не о пассивном отбитии атаки германцев, а о более решительном сопротивлении путем контр-маневра. В случае неудачи позади 2-й Сибирской и 11-й Сибирской дивизий имелась слабая 2-я линия обороны, тыловая позиция не готова, и германцам открывается путь к Наревским предмостным позициям.
[30]












Пользовательского поиска
 
Архив проекта -> Праснышское сражение -> Глава IV
Designed by Alexey Likhotvorik 21.07.2012 02:44:46
copyright (c) 2003 Alexey Likhotvorik