Положение сторон. Начав операцию 11 ноября (29 октября), германцы в продолжение семи дней наступали с определенной целью. Все их перемещения протекали в стройной системе, и если они уклонялись от своих прямых путей, то только для.

[76]

решения очередной боевой задачи. Русские начали операцию 14 (1) ноября и в продолжение четырех дней наступали, отступали, меняли направления, словом метались и изматывались. Стройность германских передвижений была следствием обладания инициативой действий, т.е. они давили на волю противника с целью подчинения его своей воле. Русским приходилось подчинять свою волю развертывающимся событиям и стремиться противодействовать воле противника. Предвзятость Рузского и его стремление выполнить наступательный план для вторжения можно рассматривать как попытку подчинить волю противника, но эта попытка не удалась, и контрманевр явился результатом подчинения воле германцев. Несомненно было бы выгоднее сразу приз-

[77]

нать инициативу на стороне германцев, как это сделала ставка вечером 13 ноября (31 окт.), а еще лучше было бы начать контрманевр в ночь на 12 ноября (30 октября). В этом случае удалось бы не подвергать V сиб. и II корпуса отдельному поражению и, сосредоточив большие силы, нанести германцам серьезное поражение и тем вырвать из их рук инициативу. После этого можно было обратиться к вторжению в Германию.

Все действия сторон с начала операции до ночи на 18 (5) ноября составляли в сущности акт сближения сторон с целью занять более выгодное положение для окончательного решения операции большим сражением. К вечеру 17 (4) ноября главные силы сторон сблизились настолько, что начались боевые столкновения в районе Гомбина, у Стрыкова и у Згержа. Эти бои явились завязкой Лодзинского сражения.

9 герм. армия заняла растянутый фронт в 350 км от района Гостынина до района Злочева (схема 17), но силы были распределены неравномерно, а с интервалами. Заслон германцев против 1 рус. армии (70 б-нов, 300 ор.) был вдвое слабее ее (26 б-нов, 166 ор.) и отделен от ударной группы интервалом до двух переходов (55 км), имея в интервале лишь конницу. На линии Гловно - Стрыков собрана сильная группа (40 б-нов, 306 ор.), назначенная для удара и почти не имевшая перед собой противника. В районе Згерж - Александров три дивизии германцев (36 б-нов, 240 ор.) были противопоставлены более значительным силам русских (70 б-нов, 170 ор.). Между pp. Нером и Вартой германцы собрали сильную группу (36 б-нов, 72 эск., 206 ор.), но с подходом двух корпусов 5 армии русские неожиданно для противника получили и здесь перевес (64 б-на, 60 эск., 210 ор.).

Почти везде германцы имели преимущество в числе орудий, составляющих главнейший фактор тактического успеха. Германцы были утомлены семидневными маршами и боями, но русские не только утомлены, но и измотаны в четыре дня. Пять рус. корпусов (V сиб., VI сиб., II, XXIII и II сиб.) были уже расстроены и ослаблены потерями, что перед новым сражением являлось крупным недостатком. Моральное состояние германцев, верящих в восходящую звезду Гинденбурга, было повышено, а у рус. армий было понижено форсированными маршами, бессонными ночами, неполучением горячей пищи и непониманием происходящего.

План германцев. Перехваченный германцами план русских для вторжения в Германию был детально изучен в штабе Вост. германского фронта. Из него с полной ясностью было видно, что австро-германцы в общем с большим приближением предвидели подобный план, и поэтому принятые меры для противодействия осуществлению замыслов русской ставки оказывались правильными. Из действительного плана можно было убедиться, что никакой опасности для крепостей Познань и Бреславль ожидать нельзя, и потому проект сформирования корпусов из гарнизонов этих крепостей оказывался осуществимым. Оба корпуса с 14 (1) ноября начали наступление на Калиш и Кемпен.

[78]

Разгром V сиб. и II рус. корпусов открывал путь ударной группе 9 армии к линии р. Бзуры, откуда намечалось начать тот фланговый удар, который должен был остановить дальнейшее наступление рус. массы и тем предотвратить вторжение рус. войск в провинции Познань и Силезию. Однако обстановка к вечеру 17(4) ноября представлялась более благоприятной, чем это предполагали при составлении плана флангового удара. Главные силы русских (2 и 5 армии) оказались в невыгодном стратегическом положении - единственный путь их подвоза из Варшавы, где был мост через Вислу, отходил от их правого фланга. Поэтому удар на Варшаву мог бы явиться решающим, но вся группировка 9 армии уже была приспособлена к развитию флангового удара, поэтому необходимо было его продолжать, чтобы использовать выгоды положения. Так как все силы, кроме 1 рез. и Бреславльского корпусов, были готовы начать сражение, то оставалось только дать корпусам соответствующие указания. Несколько смущало незнание положения 5 армии, знали лишь, что с утра 16 (3) ноября она начала отход и вышла из района герм. разведки. Предполагалось, что 5 рус. армия будет прикрывать промежуток между 2 и 4 рус. армиями, так как русские избегали широких интервалов на своем фронте.

[79]

Обстановка на фронте 9 армии позволяла предпринять маневр для окружения 2 рус. армии, как намечал Гинденбург. В соответствии с этим решением вечером 17 (4) ноября были даны такие указания: а) I рез. корпус оставляется заслоном против 1 рус. армии; б) I кав. корпус должен прикрывать со стороны Ловича, и Скерневице, разведывая к Варшаве; в) XXV рез. корпус с 3 гвард. дивизией должен обойти фланг 2 рус. армии и достигнуть в районе Пабяницы встречи с III кав. корпусом; г) XX, XVII и половина XI корпусов должны наступать на Лодзь; д) половина XI корпуса и III кав. корпус с Познанским крепостным должны обойти фланг 2 рус. армии, стремясь к соединению с XXV рез. корпусом; е) Бреславльский корпус с частями 2 австр. армии должен действовать против фронта 5 рус. армии (схема 17).

Вот в какие частные задачи герм. корпусам вылился план Гинденбурга для уничтожения 2 рус., армии. В этом плане имелся огромный риск - оставить перед 1 рус. армией заслон в три раза меньший, чем эта армия. Германское командование признавало армию Ренненкампфа лишенной активности и требующей значительного времени для восстановления своей силы. Было упущено соображение, что все подкрепления шли через Варшаву, поэтому с потерей 2 рус. армией связи с Варшавой все подкрепления войдут в 1 рус. армию, и она может быстро оказаться активной. В этом случае свыше четырех рус. корпусов могло ударом в тыл германцев, обходящих правый фланг 2 рус. армии, поставить в критическое положение всю 9 герм. армию. При этом район Лович - Скерневице должен был получить большое значение, и назначение сюда одного I кав. корпуса было недостаточно. Этот корпус не выполнил своей задачи, что и привело к полной неудаче попытки окружить 2 рус. армию, неожиданно для немцев поддержанную 5 рус. армией.

9 герм. армия к началу Лодзинского сражения имела в своем составе 183 б-н и 1052 ор. Из них развернуто перед 1, 2 и 5 рус. армиями 171 б-на и 956 ор., что составляло почти 94% всех сил. Обычно мерилом искусства вождения войск считается уменье подвести возможно больше сил к полю сражения и расположить их в наиболее выгодных пунктах для вступления в сражение, от которого зависит участь начатой операции. Применяя это мерило к положению и силам германцев, можно видеть, что их вожди сделали все, что надо: а) собрали почти все силы (6% оставлено на правом берегу Вислы, как обеспечение Торна); б) расположили их так, что каждый корпус мог наивыгоднейшим для себя способом начать сражение; в) дан общий план сражения, чем штабы корпусов могли бы руководствоваться в своих частных решениях.

План Рузского. В директиве на 17 (4) ноября Рузский дал указания об атаке противника с утра 18 (5) ноября. Эти указания отвечали задержанию германцев на южном берегу Бзуры, но раз они достигли Стрыкова, то приходилось изменить план, тем более что Плеве просил не перевозить V корпуса в Скерневице. Около

[80]

полудня 17 (4) ноября Рузский дал новые указания: a) 1 армия должна наступать левым флангом вдоль р. Бзуры на Орлов (схема 19); б) 2 армия должна наступать на фронт Орлов - Пионтек - Озорков; в) 5 армия должна наступать на фронт Александров - Пржировница и направить в Скерневице одну бригаду V корпуса.

Штаб фронта учел то обстоятельство, что германцам удалось форсировать Бзуру, и поэтому перенес точку стыка между 1 и 2 армиями от Пионтека в Орлов на р. Бзуре, а фронт наступления 2 и 5 армий перенес к северу, направляя его под углом к р. Бзуре от Орлова через Озорков к Пржировнице. Для выполнения этого плана были необходимы точные сведения о силах германцев в районе Ленчица-Домбе. Таких донесений в штабе армии не было, ввиду потери связи с частями II сиб. корпуса и штабу фронта казалось, что эта армия утратила соприкосновение с германцами. Только около 2 час. ночи штаб 2 армии донес о занятии германцами Стрыкова и Згержа, т.е. соприкосновение с противником не было потеряно, и силы его должны были быть значительными раз они потеснили II сиб. корпус и овладели городами на линии развертывания армии. Однако штаб фронта считал, что перед 2 армией небольшие силы.

Разведывательная сводка штаба фронта за 17 (4) ноября считала группировку германцев неясной, но признавала несомненным стремление противника наступать через Лович на Варшаву. Родившаяся сутки назад предвзятость становилась доминирующим фактором при разработке плана действий.

Все оперативные соображения были направлены к парированию этого воображаемого германского удара, для чего намечались задержка с фронта в районе Ловича и фланговый удар с юга 2 армией. Трудность выполнения такого плана состояла в отсутствии достаточных сил у Ловича, ибо там было собрано пока 6 б-нов с 6 ор. Самый скорый способ увеличить силы у Ловича - это взять их из состава 1 армии. Последнее было возможно только при сокращении фронта этой армии путем отвода ее назад. Однако характер Ренненкампфа не давал Рузскому уверенности в полном его послушании, и поэтому надо было его уговорить на немедленный отход. Эта задача была достигнута разговором Бонч-Бруевича (ген.-кварт. штаба фронта) с Ренненкампфом. Нарисовав ему возможность обхода армии слева, овладение германцами Ловичем и то тяжелое положение, в какое будет поставлена армия, Бонч-Бруевич указал на отход, как на единственный выход. Ренненкампф, учитывая такое положение согласился с этим, но собирался привести несколько возражений, однако получил следующее распоряжение:

[81]

Записав распоряжение, Ренненкампф вновь пытался возражать, но разговор был кончен.

Немедленный отвод 1 армии назад развязывал Рузскому руки и он около 3 час. ночи на 18 (5) ноября разослал директиву с планом наступления: а) 1 армия должна с рассветом начать отход к линии Илов - Шимановице, усилив Ловичскую группу не менее как дивизией пехоты; б) у Скерневице должна сосредоточиться одна дивизия из 5 армии, что вместе с Ловичской группой создаст достаточный заслон для задержки германцев, наступающих на Варшаву; в) 2 армия должна нанести наступающей на Варшаву германской группе сильный фланговый удар, наступая правым флангом на Белявы; г) в остальном ранее данные указания остаются в силе (т. е. достижение 2 армией линии Белявы - Озорков и 5 армией - Александров - Пржировница).

План Рузского не отвечал обстановке, что видно из схемы (схема 17). Отвод 1 армии правым флангом назад облегчал действия германского заслона, наступление 2 армии на указанный ей фронт было явно невыполнимо, наступление 5 армии на север подставляло ее левый фланг под удар группы Фроммеля.

Состояние армий. Занятие германцами района Гловно - Стрыков перерезало железную дорогу Варшава - Лович - Лодзь и лишало 2 армию всякого подвоза по этой линии. Жел. дорога, Варшава-Скерневице - Колюшки - Петроков обслуживала 5 армию и теперь была занята срочной перевозкой частей V корпуса из Петрокова в Скерневице, поэтому не могла уделить 2 армии ни одного поезда. Участок Варшава - Лович передан для обслуживания 1 армии, и в Сохачеве заложен арм. прод. магазин. Навязанный Рузским отход корпусов приближал их к Сохачеву и улучшал снабжение, но части VI сиб. и VI арм. корпусов не имели обозов 2 и 3 разрядов. В Лодзи оставался арм. прод. магазин, в котором было: а) 8 000 пуд. сухарей и 15 000 пуд. муки; б) очень мало крупы, чаю и сахару. Жиров, овса и сена совсем не было. Часть обозов XXIII и II сиб. корпусов уже были отрезаны от своих частей, лишившихся таким образом 3-4-дневного возимого запаса продовольствия. 5 армия имела значительные запасы в арм. прод. магазине в Петрокове.

Запас боевых припасов был достаточен, но местный парк 2 армии находился в Жирардове, и корпуса не имели возможности пополнять свои возимые запасы. К тому же, часть войсковых парков II сиб. и XXIII корпусов, а с ними и часть возимого боевого запаса были отрезаны. 5 армия успела сосредоточить в Петрокове в местном парке: а) 23 928 патронов для легких орудий; б) 2 340 - для горных, 1 025 - для тяжелых; 2 947 - для мортир и в) свыше 10 млн. для винтовок. Как увидим далее часть этих запасов была уступлена 2 армии.

Санитарное положение 1 армии несколько улучшилось, так как сан. поезда не могли доходить до Лодзи и они принимали эвакуи-

[82]

руемых 1 армии. Однако недостаток военно-сан. транспортов тормозил доставку к жел. дороге, вследствие чего приходилось прибегать к найму повозок у жителей, и в таких случаях раненые в пути не получали нужной им помощи. 2 армия в Лодзи сосредоточила почти все армейские и корпусные сан. средства, но, лишившись эвакуации сан. поездами, всех раненых и больных оставила в Лодзи, что вызвало переполнение всех лечебных заведений. 5 армия могла использовать для эвакуации раненых ранее оборудованный путь от Петрокова через Новемясто на Гройцы.

Моральное состояние войск надо признать пониженным. Постоянные перемещения и дерганье частей, несвоевременное получение горячей пищи и физическая усталость от форсированных маршей не могли не отравиться на самочувствии войск.

К этому необходимо добавить, что силы трех армий, которыми располагал Рузский, к вечеру 17 (4) ноября достигали до 322 б-нов и 980 ор., однако из них к полю сражения было подведено 228 б-нов и 860 ор., т.е. около 71%. Применив мерило искусства вождения войск, можно видеть, что руководство штаба фронта оказывалось ниже германцев, развернувших на поле сражения 94% своих сил. При этом штабы рус. армий не получили распоряжения, намечавшего план предстоящего сражения, ибо штаб фронта под влиянием предвзятости дал указания, не отвечавшие обстановке, а следовательно совсем нецелесообразные. По этой причине с первых выстрелов сражения армиям приходилось изменять план действий, но без плана сражения такие добавочные распоряжения не могли быть согласованы с основной целью самого сражения.

План Шейдемана. Штаб 2 армии рассчитывал ограничиться обороной до подхода 5 армии на одну линию, но под давлением Рузского должен был отдать приказ о переходе в наступление: а) 5 кав. дивизия должна обеспечивать армию справа; б) I корпусу наступать на Белявы и действовать против правого фланга противника; в) II сиб. корпусу наступать на фронт Пионтек - Богуцице (схема 18); г) IV корпусу-на фронт Богуцице - Малаховице; д) XXIII корпусу - на фронт Малаховице - Озорков; д) частям II сиб. корпуса из района Александрова перейти в Лодзь в резерв армии.

При взгляде на схему станет ясной невыполнимость наступательного плана, навязанного армии Рузским. Соображения Шейдемана - выждать выхода корпусов 5 армии на одну линию - имели основания, так как войска, утомленные форсированными маршами, могли лишний час использовать на отдых и приведение в порядок расстроенных частей.

План Плеве. Плеве ожидал окончания марша и предполагал перейти в наступление лишь по окончании развертывания

[83]

всех частей I сиб. и XIX корпусов. Ожидая окончания развертывания только к 14 - 15 час., Плеве решил выждать разъяснения обстановки, дабы потом отдать распоряжения о переходе корпусов в наступление.

Обход правого фланга 2 армии. Рихтгофен намечал точное выполнение указаний Макензена и направил 9 кав. дивизию в Гловно, а 6 кав. дивизию в Дмосин. Разведывательный отряд 9 кав. дивизии (3 эск., 2 ор.) был направлен через Ямно на Болимов, что заставило обозы 3 гвард. дивизии быстро отойти на восток. Развед. отряд 6 кав. дивизии (4 эск., 2 ор) был направлен на Скерневице, где уже успели высадиться два б-на 40 полка с батареей. Эти части заставили германцев отойти с потерей орудия. Развед. отряд 9 кав. дивизии, услышав выстрелы, двинулся для содействия и на ст. Плыцвя, где нашел эшелон 40 полка. Однако атака была неудачна, и германцы двинулись на Скерневице, но атаку города отложили до утра.

Шеффер потребовал от конницы наступления на юг и 6 кав. дивизия направилась на Колюшки. Администрация станции бежала, 5 рус. кав. дивизия уклонилась от боя и отходила на Ежов, как бы для прикрытия обозов. Пехотное прикрытие обоза 40 дивизии пыталось обороняться, но без успеха. Германцы около 16 час. заняли станцию, разрушили телеграф и этим сразу прервали связь штаба 2 армии со штабом фронта (схема 3) и другими армиями. Эшелоны 39 полка должны были остановиться на ст. Рокицыны и Бабы. К вечеру 6 герм. кав. дивизия достигла района Карпин - Рокицыны. К ночи в Скерневице собрался весь 40 полк с батареей, образовав отряд Буткова (комбриг 10 дивизии).

Ночью прибыл бронированный поезд из Варшавы, присланный для ремонта пути и телеграфа.

Отряд Краузе, получив приказ армии, остановил отход и повернул на Стрыков, заняв к рассвету позицию на линии Поцвярдовка - ф. Добешков. 7 пех. полк оторвался и достиг Брезины.

Прибывший штаб II сиб. корпуса отказался от наступления и решил выждать подхода I корпуса. Силы отряда Краузе достигали 12 б-нов, 56 ор.; с утра его атаковали XX корпус, 3 гвард. дивизия и 49 рез. дивизия, всего 49 б-нов, 314 ор. Такое превосходство германцев решило участь боя. Однако Краузе продержался до 14 час, после чего ввиду отсутствия поддержки, начал отход, а штаб II сиб. корпуса двинулся в Лодзь, где были пять полков корпуса. У Малчева отряд настигла 3 герм. гвард. дивизия и докончила его поражение. На ночлег остатки отряда остановились в Галкове.

50 герм. рез. дивизия наступала на Брезины, отбросила обоз 4 сиб. дивизии и атаковала 7 пех. полк, который был поддержан отхо-

[84]

[85]

дившими частями 1 стр. бригады. Однако подход 49 рез. дивизии принудил русских отойти большею частью на Ежов, меньшая же часть отошла к Галкову.

I корпус намечал наступление через Поцвярдовку на Гловно и мог бы поддержать отряд Краузе, но ввиду усталости и поджидания отсталых начал наступление около 10 час, и медленно двигался двумя колоннами: 22 дивизия через Бедонь, а 24 дивизия через Новосольну (схема 20). 22 дивизия услышав выстрелы, хотела повернуть на Брезины, но долго не получала разрешения штаба корпуса. Вследствие этого с наступлением темноты она остановилась на ночлег в 4 км от Малчева. Здесь к ней вышли оторвавшиеся от отряда Краузе б-н 16 сиб. полка и рота 13 сиб. полка.

24 дивизия севернее Новосольны встретила части XX герм. корпуса и завязала бой, продолжавшийся до темноты.

В результате дня отряд Краузе перестал существовать как боевая единица, потеряв до 80% (19 офиц. и 6 783 солд.). Однако он задержал противника на восемь часов, но этот выигрыш времени не использовали ни штаб армии, ни штаб I корпуса, который в этот день сделал очень мало. Германцы заняли Брезины, прервали связь штаба фронта со штабом 2 армии, а конница ночевала в районе Рокицыны в соседстве с эшелоном 39 полка и обозами I корпуса.

Борьба за Лодзь. Командир IV корпуса Алиев рассчитывал овладеть Згержем ударом 30 дивизии и 159 полка, затем развернуться севернее Згержа и начать наступление на Богуцице - Малахонице. 40 дивизия для содействия 30 дивизии атаковала Згерж, но была отбита, и переходом в наступление германцы заставили ее отходить на левый берег р. Бзуры. 30 дивизия в это время вела подготовку атаки, а 159 полк решил обойти фланг германцев, но встретил наступающие части 22 герм. дивизии, которая заставила его отходить назад.

Создавалась угроза захвата Лодзи, и Шейдеман приказал 5 сиб. дивизии выдвинуться севернее Лодзи, но части этой дивизии должны были пробираться по дорогам, загроможденным обозами. Эта задержка позволила германцам достигнуть Буды Сикавы, однако их успех был парализован атакой 5 сиб. дивизии, которая достигла линии Буды Сикавы, Роги и опушки леса южнее Лагевники.

Отход 40 дивизии и атака 35 герм. дивизии заставили 30 дивизию перейти к обороне, а потом под натиском противника отойти к линии Шатоня - ф. Юльянов. В соответствии с этим 40 дивизия заняла участок между 30 дивизией и частями XXIII корпуса.

[86]

Штаб XXIII корпуса наметил развертывание на фронте Александров - Сане для наступления на Озорков, т.е. переменив фронт направо, но на марше части корпуса были атакованы частями 36 герм. дивизии. Неожиданность удара заставила XXIII корпус вернуться на линию Александров - Игнацев. Однако на этой линии, удержаться не удалось, и части корпуса к вечеру остановились на линии Шатоня - Константинов.

В итоге дня 70 рус. б-нов от наступления перешли к обороне под давлением 36 герм. б-нов. Потеря связи штаба 2 армии со штабом фронта ставила армию в тяжелое положение, и для ободрения бойцов Шейдеман благодарил войска за стойкость и приказал ночью укрепить занятые позиции.

Обход левого фланга 2 армии. I рус. кав. корпус для прикрытия армии слева к утру 18 (5) ноября занимал фронт Людвинка - Каршев. 38 герм. дивизия наступала на Лютомерск во фланг ХХIII корпусу, а 8 и 5 кав. дивизии против русской конницы; 7 австр. кав. дивизия обеспечивала справа. К 8 час. в Каршев прибыл авангард 17 дивизии и решил поддержать конницу. Так начался бой 5 армии. Донесение о бое дошло до штаба армии к 10 час., но командир XIX корпуса Горбатовский приказал бригаде 38 дивизии развернуться южнее Каршева, а штаб 17 дивизии послал на поддержку авангарда еще один полк.

Фроммель, неожиданно встретив рус. пехоту, подтянул авангард Познанского корпуса, а Плеве приказал I сиб. корпусу обеспечить справа XIX корпус. Так части 5 армии вместо выполнения указаний Рузского и наступления на север, начали развертываться фронтом на запад.

Части I сиб. корпуса только к 13 час. закончили марш и в 15 час. начали наступление. Авангард 1 сиб. дивизии дошел до Гопжева и остановился на ночлег. Авангард 2 сиб. дивизии дошел до Яновице, где остановился ввиду приближения противника. Это была бригада 38 герм. дивизии, направленная для содействия коннице Фроммеля. Наступившая темнота заставила немцев остановиться на ночлег, не выяснив присутствия русских в 3 км южнее.

Части XIX корпуса сменили конницу на участке севернее Каршева. С развертыванием Познанского корпуса бой принял затяжной характер, ибо стороны изучали друг друга. Попытка частей 17 дивизии наступать была неудачна. Бригада 38 дивизии закончила развертывание к 13 час. и до темноты вела бой с частями Познанского корпуса, заняв фронт от Стрые Паскале до Балуча. Для обеспечения слева к Окуп Бельке был выдвинут полк остановивший 7 австр. кав. дивизию.

[87]

Турк. каз. бригада была отозвана к-ром I сиб. корпуса для содействия 1 сиб. дивизии и была сменена конницей XIX корпуса, поэтому дошла только до Лещины.

5 дон. каз. дивизия выделила полк с 2 ор. для наблюдения на участке р. Варты Бурженин - Осяков, а главными силами направилась через Щерцов в Рембешов для обеспечения армии слева.

7 пех. дивизия выдвинута Плеве к Сухцице, а штаб V корпуса выдвинул свою конницу к Собки, так как был обнаружен подход Бреславльского корпуса к Бурженину.

В итоге дня I кав. корпус задержал противника до смены пехотой XIX корпуса и отошел в район Ласка. Части I сиб. корпуса только развернулись, части XIX корпуса вступили в бой, задержав наступление III кав. и Познанского корпусов. Появление пехоты против группы Фроммеля было неожиданностью для германцев. Начинал сказываться 3-й план контрманевра Рузского сближением корпусов 5 армии с левым флангом 2 армии.

Планы сторон. Из полученных донесений в штабе 9 герм. армии составилось убеждение, что русские отходят, задерживаясь своими арьергардами. В районе Лович - Скерневице были обнаружены незначительные силы, осталось невыясненным лишь положение V рус. корпуса. Сложившаяся обстановка признавалась благоприятной для продолжения наступления. В 18 час. Макензен приказал: а) группе Шеффера (XXV рез. корп. и 3 гвард. див.) двигаться на юг к Бендкову, б) XX корпусу повернуть на Лодзь, в) XVII корпусу и 36 дивизии наступать на Лодзь, г) группе Фроммеля (III кав. и Познанский корп.) при содействии 38 дивизии наступать на Пабянице, д) I кав. корпус должен искать соединения с III кав. корпусом южнее линии Тушин - Пабянице, а XX корпусу в случае занятия Лодзи оказать содействие XXV рез. корпусу.

Из этого видно, что Макензен неправильно оценивал обстановку. Появление частей 5 рус. армии западнее Ласка задерживало наступление группы Фроммеля и содействие одной 38 дивизии было недостаточно. Равным образом не учитывалась задержка XX корпуса.

Шейдеман решил продолжать оборону, а Плеве решил развить наступление с целью оттеснить немцев возможно дальше на запад, для чего: а) I сиб. корпусу закончить развертывание и наступать в ночь на 19 (6) ноября до достижения фронта Лютомерск - Гурна Воля, б) XIX корпусу с рассветом начать наступление и достигнуть фронта Гурна Воля -Шадек, в) V корпусу 7 дивизию направить в Теодоры в резерв армии, г) 5 дон. каз. дивизии разведывать на фронте Серадзь - Осяков. Кроме того, согласно указания Рузского, Плеве направил бригаду 10 дивизии из Петрокова на Вискитно для усиления 2 армии.

[88]

Таким образом обе стороны решили продолжать начатое сражение: германцы, неправильно оценив обстановку, рассчитывали начать окружение русских конницей, а русские решили частью обороняться, частью наступать, не думая об отходе.

Обход правого фланга 2 армии. Для обеспечения наступления на юг Шеффер решил направить 3 гвард. дивизию заслоном со стороны Лодзи, а 6 кав. дивизию на Петроков. Одна бригада этой дивизии у ст. Бабы была остановлена высадившимися эшелонами 39 полка, другая бригада достигла Вольборжа и атаковала этап I сиб. корпуса, разрушила телеграфную линию, чем около 10 час. связь штаба 5 армии со штабом фронта была прервана. Третья бригада была встречена 37 полком, высланным из Петрокова. В результате 6 кав. дивизия принуждена была сосредоточиться у Ренкорая.

Дивизии XXV рез. корпуса не встретили нигде сопротивления и достигли: 49 рез. дивизия района Монкошин, а 50 рез. дивизия - Бендкова.

Разведывательный отряд 9 кав. дивизии неудачно атаковал Скерневице и отошел назад. Дивизия продолжала оставаться у Гловно, наблюдая к Ловичу и Скерневице.

Остатки отряда Краузе с рассветом ушли из Галкова к Борово, а затем к Модлице. В отряде было 650 штыков частей 4 сиб. дивизии, 150 штыков 1 стр. бригады и 23 ор..

3 герм. гвард. дивизия одной бригадой наступала к Воле Раковой, спугнув обозы I рус. корпуса, а другой бригадой на Андресполь, оказывая содействие частям XX герм. корпуса.

Дивизии XX герм. корпуса продолжали бой. 41 дивизия атаковала 22 рус. дивизию и вместе с бригадой 3 гвард. дивизии потеснила русских к р. Мязге. 18 герм. б-нов с 120 ор. были задержаны 12 рус. б-нами с 36 ор. на левом берегу р. Мязги по сторонам линии жел. дороги. 24 рус. дивизия вела бой с 37 герм. дивизией севернее Новосольны и отбила две атаки. В общем I рус. корпус Душкевича (32 б-на, 96 ор.) задержал XX герм. корпус с бригадой 3 гвард. дивизии (30 б-нов с 200 ор.), но это стоило больших потерь, преимущественно от арт. огня.

В итоге дня наступление группы Шеффера потеснило все обозы в направлении на юг (схема 18) и скрытно от разведок русских заняла район Монкошин - Бендков. Удар герм. конницы на Петроков был задержан частями 10 пех. дивизии, 5 кав. дивизия из Ежова кружный путем перешла в Томашов. Железные дороги, питающие войска 2 и 5 армии, были перерезаны, а штабы этих армий потеряли связь со штабом фронта и в дальнейшем должны были действовать самостоятельно без указаний Рузского.

Борьба за Лодзь. XVII герм. корпус с 36 дивизией стремились овладеть Лодзью, имея всего 36 б-нов и 240 ор. Этот натиск

[89]

сдерживали части II сиб. корпуса (22 б-на, 62 ор.), IV корпуса (32 б-на, 96 ор.) и XXIII корпуса (20 б-нов, 50 ор.). Перевес в пехоте позволил русским удержать занятое накануне положение. II сиб. корпус даже переходил в наступление с целью содействия I корпусу, но неудачно по причине контратаки 22 герм. дивизии. IV корпус ограничился одной обороной, но германцам удалось создать арт. кулак против левого фланга корпуса (110 ор.) и потеснить его к Аниолову. XXIII корпус в связи с отходом левого фланга 40 дивизии также отошел назад, что вызвало общее осаживание всего фронта корпуса на 0,5 км. Опасаясь обхода слева, ж.-д. мост через p. Hep пришлось взорвать.

В итоге дня части 2 армии почти сохранили свои позиции, а небольшой отход, как сокращающий фронт обороны, признавался даже выгодным. В общем, на этом участке поля сражения стороны перешли к позиционной борьбе, что позволило Шейдеману резервы корпусов использовать в дальнейшем, как резерв армии для борьбы против обхода правого фланга армии.

Бой 5 армии. I сиб. корпус вследствие усталости не мог наступать ночью, а только с утра два полка I сиб. дивизии атаковали спешенные части 8 кав. дивизии, поддержанные частями 38 герм. пех. дивизии. Бой затянулся до 17 час., и германцам пришлось начать отход. Преследование продолжалось до темноты и остановилось в 2 км от Лютомерска и южнее. 2 сиб. дивизия ввела в бой три полка и обходом левого фланга бригады 38 герм. дивизии заставила ее в беспорядке отходить назад. Немцы были настолько расстроены, что отошли на северный берег Нера. Части дивизии продвинулись к Лютомерску, захватив 2 пул. и 100 пленных. Турк. каз. бригада пыталась прорваться в тыл германцам, но не нашла свободного прохода и вернулась назад.

В общем, части I сиб. корпуса заняли пространство от р. Нера близ Лютомерска до фланга XIX корпуса.

В продолжение ночи Познанский корпус закончил развертывание и укрепился, вследствие чего наступление частей XIX корпуса встретило сильное сопротивление. Части 17 дивизии (12 б-нов, 30 ор.) не решились атаковать позицию противника, ограничившись небольшим продвижением, но приняли участие в отражении бригады 38 герм. дивизии. 38 рус. дивизия атаковала небольшими силами (6 б-нов, 24 ор.) и успеха не имела. Остальные силы дивизии частью прикрывали фланг у Окуп Бельки, частью оставались в резерве корпуса в районе Ласка.

I кав, корпус наступал на Здунску Волю, ведя борьбу с 7 аветр. кав. дивизией, поддержанной пехотой. На ночлег корпус остался в районе Здунской Воли.

[90]

Главные силы 5 дон. каз. дивизии наступали на Здунску Волю и боем спешенных частей западнее этого селения задержали авангард бригады Шмидеке, высланной из Бреславльского корпуса. Хотя здесь было 66 рус. эск. (I кав. корпус и 5 дон. дивизия), но их действия не были объединены. Результатом несогласованных действий был слабый успех, хотя силы противника не превышали 6 б-нов, 48 эск. и 42 ор.

Разведывательный отряд 5 дон. дивизии обнаружил переправу через р. Варту частей Бреславльского корпуса и под давлением отошел к Вадаве, обеспечивая армию слева. Конница V корпуса прикрывала перемещение 7 пех. дивизии в Теодоры.

В итоге дня XIX корпус был слишком осторожен, удерживая в своем резерве 18 5-нов, 30 ор. Группа Фроммеля выжидала подхода бригады из Бреславльского корпуса и тем позволила русским нанести поражение 38 герм. дивизии.

Указания Рузского перед сражением не дали штабам армий нужных им данных для ведения боя. Вместо наступления 2 армии пришлось обороняться, а 5 армии развертываться фронтом на запад. Таков ближайший результат предвзятости штаба фронта.

Совершенно неожиданный для 2 армии глубокий обход ее правого фланга прежде всего прекратил связь штаба армии со штабом фронта. На второй день сражения штаб 5 армии также утратил связь со штабом фронта. Обе армии оставались без руководства, но до перерыва связи утром 19 (6) ноября Рузский успел передать свои указания Шейдеману. В них говорилось, что будет организовано наступление частей 1 армии в тыл германцам, но это указание при отсутствии связи между штабами 2 и 5 армии дошло до Шейдемана только к 16 час, и поэтому могло быть им принято в расчет только при отдаче распоряжений на 20 (7) ноября.

Обход правого фланга 2 армии привел к тому, что почти половина войсковых обозов и парков была отрезана. Запасы войск уменьшились на 40 - 65%, т.е. вместо полного комплекта патронов их было в половину меньше без возможности пополнить запасы, ибо местный парк был в Жирардове. В то же время прод. припасов вместо 12 дней было только на 4 - 5 дней при скудных средствах лодзинского магазина.

Лишение 2 армии почти половины лечебных учреждений и невозможность эвакуировать больных и раненых привели к большому скоплению их в лечебных заведениях Лодзи и ближайшего тыла.

5 армия имела запасы в Петрокове, а эвакуацию и подвоз могла наладить по путям через Новемясто и Гройцы, как и при подготовке к операции.

[91]

Планы сторон. Морген видел необходимость продолжить выполнение начатого плана по овладению районом Гомбина, рассчитывая этим оттеснить русских дальше к востоку, т.е. от зоны, в которой намечено Макензеном выполнение его главного удара против 2 рус. армии.

Из этого видно, что решение Рузского, вызванное его предвзятостью, об отводе 1 армии на восток играло в руку германцам. Мы видели, что Ренненкампфу не дали возможности привести все возражения, и он был поставлен перед необходимостью исполнения приказаний Рузского, для этого им были даны такие указания: а) V сиб. корпусу с бригадой 4 дивизии занять участок Печиска - Вшеливы (схема 19); б) VI сиб. корпусу занять участок Вшеливы - Чернев; в) II корпусу, выделив дивизию на усиление Ловичского отряда, оборонять участок Чернев - Сверыж; г) Ловичскому отряду оборонять Лович; д) сводной каз. дивизии прикрыть высадку частей 5 армии в Скерневице; е) бригаде 63 дивизии перейти в Лович; ж) бригаде 16 дивизии со штабом этой дивизии перейти в Гижице в резерв армии.

Не разделяя мнения о необходимости отхода армии, Ренненкампф механически выполнил указания Рузского, хотя такой отход с фронта в 45 км на фронт в 25 км несомненно усиливал обороноспособность армии.

Распоряжения об отходе были отправлены в войска на рассвете, но при неудовлетворительности связи дошли до штабов корпусов и дивизий слишком поздно. Требование Рузского начать отход до рассвета (7 час.) не могло быть выполнено.

Действия войск. Распоряжения об отходе дошли до полков только к 10 час.. 16 и 316 полки прикрывали отход 79 дивизии, 15 и 51 сиб. полки прикрывали отход 50 дивизии. 79 дивизия отходила беспрепятственно, а 15 и 51 сиб. полки до полудня держались у Гомбина, после чего 15 полк начал отход, и 51 сиб. полк поступил в подчинение VI сиб. корпуса.

К-р VI сиб. корпуса Васильев ввиду соприкосновения с герм. решил отходить ночью, а днем удержаться на позиции.

Германцы получили возможность все свои силы направить на этот корпус и обходили его открытые фланги. При таких условиях бой свелся к постоянному парированию этих обходов, пока в 16 час. Васильев не был принужден начать отход. Искусным маневром отхода ему удалось в продолжение ночи вывести из боя все части, но корпус понес большие потери (свыше 60%). Германцы захватили 17 пулеметов и 2 000 пленных.

Связи со штабом армии у корпуса не было и там долго не знали о его судьбе (до утра 16 (9) ноября).

[92]

К-р II корпуса направил 43 дивизию в Лович, а когда она прошла позади 26 дивизии, то и эта дивизия спокойно выполнила отход.

С прибытием 43 дивизии нач. ее Слюсаренко стал нач. Ловичского отряда, а ее штаб - штабом отряда. Ночью в состав отряда прибыли штаб и бригада 63 дивизии, сделавшая переход до 60 км.

[93]

К наступлению темноты отряд занял оборонительную позицию.

Сводная каз. дивизия не выполнила своей задачи п остановилась на ночлег в Беднары, вследствие чего части 40 полка подверглись нападению герм. конницы.

Кавказ. кав. дивизия не получила указаний ни от 2, ни от 1 армий, и ее нач. Шарпантье принужден был действовать в порядке частной инициативы, но без каких либо ориентировок, поэтому правильного решения не мог принять. В этот день дивизия ограничилась одной разведкой, и было донесено в штаб фронта о появлении двух сильных колонн, наступающих на Лович.

Это донесение только поддержало предвзятость Рузского, хотя командированный штабом фронта для наблюдения за районом Лович полк. Хенрихсен оспаривал донесение Кавказ. кав. дивизии.

Заключение. Навязанный Рузским отход был выполнен крайне несогласованно, VI сиб. корпус подвергся отдельному поражению и только искусным отходом вышел из возможного окружения, имея 30 б-нов против 26 герм. б-нов, поддержанных 166 орудиями. Отход армии сыграл в руку германцам, разрыв связи со 2 армией и начавшийся ее обход ясно показали всю несостоятельность плана Рузского.

Планы сторон. Добровольный отход 1 армии помогал выполнению германского плана и Морген спешил использовать такой благоприятный момент. Он решил дать утомленным войскам несколько дней отдыха, 1 рез. дивизия могла остаться у Гомбина, отряд Шмидта выдвигался в Санники (схема 19), а 36 рез. дивизия должна была занять Кернозя и Осмолин. Отряд Дикгута был направлен для занятия Плоцка.

Разрыв связи штаба фронта со 2 армией и начавшийся обход ее правого фланга показали Рузскому всю неправильность его плана действий и выдвинули перед ним новую задачу организовать выручку 2 армии, которая могла быть поставлена в критическое положение. Не имея резерва фронта, он был вынужден использовать для этого силы 1 армии, и поэтому прежде всего его мысль остановилась на сосредотачиваемом на левом фланге 1 армии Ловичском отряде. Около 18 час. 18 (5) ноября, когда 1 армия еще не закончила отхода, а о VI сиб. корпусе не было никаких известий, Рузский предложил Ренненкампфу организовать выручку 2 армии, направив Ловический отряд в тыл германской группы, обходившей правый фланг 2 армии.

Ренненкампф стал лицом к лицу с весьма трудной задачей - то армию тянут назад, то бросают вперед. Точного положения правого фланга 2 армии, а равно сил обходящей группы противника известно не было, поэтому организация выручки представляла затруднения. Тем не менее Ренненкампф в 19 час. ра-

[94]

зослал такие указания: а) V сиб. корпус о бригадой 4 дивизии должен наступать на фронт Вымысле - Любиков (схема 19), б) VI сиб. корпус, о котором никаких известий не было, должен выделить одну дивизию в резерв армии, а другую направить на фронт Любиков - Злаков Борове; в) II корпусу с бригадой 16 дивизии овладеть районом Клетильдов - Здуны; г) Ловичскому отряду с прибывающей 6 сиб. дивизией наступать на фронт Белявы - Стрыков; д) сводной каз. дивизии обеспечивать этот отряд слева.

Переход всей армии в наступление с узкого на более широкий фронт не отвечал поставленной Рузским задаче. Сложившаяся обстановка требовала усиления левого фланга армии, и направления его на выручку 2 армии, а остальные силы армии должны были взять на себя роль прикрытий удара, выполняемого левым флангом. Затем, направление, данное ударной группе армии - Ловичскому отряду, - выводило его на общее направление фронта 2 армии и резало тылы германских корпусов, что могла выполнить и одна конница. Здесь как раз находились сводная каз. и кавказ. кав. дивизии. Задача VI сиб. корпуса была невыполнима, так как он только к 4 час. ночи на 19 (6) ноября закончил отход с потерей до 65% своего состава и временно оказывался небоеспособным.

Борьба с германским заслоном. Тяжелый отход 18 (5) ноября побуждал Сидорина дать сначала хороший отдых, а потом начать указанное ему наступление. 79 дивизия с 16 полком начала движение около 13 час. и достигла авангардом Вымысле, а главными силами - Студзенец, не встретив противника. 50 дивизия с 15 полком, ввиду неготовности частей VI сиб. корпуса, начала движение около 15 час, и ее авангард (200 полк) к темноте подошел к Санники, ночной атакой овладел селением, нанеся отряду Шмидта (2 б-на, 6 ор.) значительное поражение.

Совершенно расстроенный VI сиб. корпус был разбросан и мог начать наступление только в 16 час.. Такое промедление позволило бригаде 36 герм. рез. дивизии укрепиться в Кернозе. Поэтому 14 сиб. дивизия могла дойти только до р. Ниды, где встретила передовые части противника. 13 сиб. дивизия к вечеру стянулась в район Езиорко - Сковрода в резерв армии.

II корпус, оставшись в составе одной дивизии, не рисковал самостоятельным выдвижением и ожидал как продвижения 14 сиб. дивизии, так и подхода бригады 16 дивизии. Однако авангард пытался, овладеть Злаков Косцельне но неудачно. Ренненкампф требовал выдвижения авангардов на правый берег Слудвы, но такая задача была непосильна слабой 26 дивизии. Бригада 16 дивизии подошла поздно и авангардом остановилась в Ретки. Бездействие германцев позволило качать выполнение плана Ренненкампфа, но наступление русских корпусов шло медленно, и они не продвинулись до назначенных им районов.

[95]

Выручка 2 армии. Ловичский отряд представлял полнейшую импровизацию, со всеми ее недостатками. К ночи на 19 (6) ноября отряд занял оборонительную позицию, имея бригаду 63 дивизии за своим левым флангом. 6 сиб. дивизия только подвозилась и начинала выгрузку в Ловиче. Штаб отряда (43 див.) не имел точных данных ни о противнике, ни о положении 2 армия, и Слюсаренко считал необходимым как ознакомиться с частями отряда, так и выждать прибытия 6 сиб. дивизии. Эти соображения заставили начать наступление около полудня, а в 14 час. был отдан приказ остановиться на линии Мауржице-Скаратки. В итоге отряд продвинулся на 5-7 км, что совершенно не удовлетворяло ни Рузского, ни Ренненкампфа. Последний неоднократно настаивал на самом энергичном наступлении. Со своей стороны Рузский требовал, чтобы Ловичский отряд "не наступал, а ломил", вместе со II корпусом. Из этого видно, что Рузский стал склоняться к мысли привлечь к выручке 2 армии еще и II корпус.

К ночи 6 сиб. дивизия успела выгрузить около бригады, которая собралась в Зелковице. Мы надели, что ставка еще накануне операции указывала на необходимость перевозки частей из 10 армии, но Рузский начал с 6 сиб. дивизии и то с опозданием, которое сказалось в эту критическую минуту.

Действия конницы. Кавказ. каз. дивизия получила запоздалые указания от Шейдемана (шли через штаб фронта) с требованием самых энергичных действий. Не имея точной ориентировки, Шарпантье решил наступать на Гловно, где 9 герм. кав. дивизия оставила один 19 драг. полк. Около 10 час. авангард дивизии, пройдя Кремпу, встретил ядро этого герм. полка. Германцы были сбиты, но на ночлег дивизия отошла в Маков (схема 19).

Сводная каз. дивизия прикрывала фланг Ловичского отряда, а на ночлег отошла в Годзянов.

В итоге две кав. дивизии, принадлежащие разным армиям, выполняли как бы одну общую задачу, но их действия никем не объединялись, а между тем они, действуя вместе, могли бы не только захватить Гловно, но и перерезать пути снабжения группы Шеффера. Здесь сказывалась ошибка штаба фронта, не подчинившего кавказ. кав. дивизию 1 армии, которая потеряла связь со 2 армией.

Заключение. В 1-й день сражения армия по указанию Рузского отходила, а во 2-й день при неправильном понимании Ренненкампфом своей задачи армия наступала. Такой переход от отступления к немедленному наступлению не мог пройти без трений. Действительно V сиб. корпус опоздал с началом движения, VI сиб. корпус опоздал еще больше, а II корпус почти не продвинулся. Равняясь на них, Ловичский отряд также продвинулся весьма мало. В штабе 1 армии не было четкости в оперативной мысли, что происходило от незнания положения 2 армии и состояния своих корпусов из-за плохой с ними связи.

[96]

Плохая осведомленность о группировке германцев, объясняется между прочим и отсутствием воздушных разведок. Хотя при армии было три корпусных авиационных отряда, но они не имели полного числа аппаратов, а состояние погоды (туманы и сильный ветер) не позволяли производить полетов.

Полное отсутствие связи со штабом VI сиб. корпуса объясняется тем, что назначенный в его состав саперный батальон отстал и в ночь на 19 (6) ноября был подвезен к Яблонне, а дошел до корпуса только 21 (8) ноября.

Отход 1 армии сближал ее части с арм. прод. магазином в Сохачеве, и поэтому снабжение войск как бы улучшалось, но 79 дивизия была без обоза 3 разряда, дивизии VI сиб. корпуса - без обозов 2 и 3 разрядов, Ловичский отряд (превышал по составу корпус) не имел прод. транспорта, а 6 сиб. дивизия выгружалась без обозов 2 и 3 разрядов, шедших последними эшелонами. Эти недочеты отражались на войсках, и части VI сиб. корпуса почти голодали, так как на местах продуктов найти не могли.

Прод. магазин 2 армии в Лодзи имел ограниченное количество запасов, и части встречали затруднение в получении хлеба. Магистрат города пришел на помощь войскам и открыл для них хлебопекарни, откуда можно было за наличные деньги получать готовый хлеб.

Прод. магазин 5 армии имел достаточный запас, и войска не имели недостатка в провизии, кроме консервов и сухих овощей. Питание боевыми припасами частей 1 армии происходило из местного парка, выдвинутого в Сохачев, поэтому с отходом армии работа войсковых парков облегчалась.

Части 2 армии были лишены некоторого количества своих возимых боевых припасов, так как несколько парков и пути подвоза из местного парка в Жирардове были отрезаны германцами. Поэтому недостаток в боевых припасах почувствовался с первого дня сражения и штаб армии давал ряд указаний к экономному их расходованию. По этой причине штаб XXIII корпуса обратился к штабу 1 сиб. корпуса с запросом о разрешении получать боевые припасы из парков сибирских дивизий, расположенных в Пабянице. Штаб 2 армии с таким же запросом обратился в штаб 5 армии, и Плеве разрешил частям 2 армии получать боевые припасы из местного парка в Петрокове.

В сан. отношении части 1 армии были в выгоднейшем положении, так как сан. поезда, обслуживавшие все армии, могли доходить только до Сохачева и Ловича или до Жирардова и Скерневице, где могли принимать больных и раненых частей 1 армии. Оставалось только доставить их к названным станциям.

Раненые частей 2 армии размещались в Лодзи, а так как значительная часть корпусных и дивизионных сан. заведений

[97]

была отрезана германцами, то здесь получалось переполнение госпиталей.

Для эвакуации раненых 5 армия возобновила их транспортирование в Гройцы, как это делалось в период подготовки к операции.

Отрезанные обходом германцев обозы, парки, госпиталя и части войск 2 армии заполнили как тыл 1 армии, где могли пользоваться этапными складами, так и тыл 5 армии, особенно в районе Томашова. Штаб 5 армии не знал, что с ними делать, и просил штаб 2 армии послать им указания. Однако последний не имел никаких средств урегулировать это дело, и все обозы перешли на южный берег р. Пилицы и, откуда направились в Радом в поисках продовольствия.

В общем в тылах не было должной организованности, а тыл 2 армии был совершенно расстроен; можно сказать, что эта армия совсем не имела тыла, а база при ней в Лодзи была с очень ограниченными запасами.

Первый период Лодзинского сражения характеризуется глубоким обходом правого фланга 2 рус. армии. Этот обход как цель не входил непосредственно в первоначальный замысел германского маневра и явился привходящим дополнением ввиду сложившейся обстановки, благоприятствующей его выполнению. Достижение германцами линии pp. Бзуры и Нера уже было достаточным для остановки наступления русских, так как они начали отход 2 и 5 армиями, однако эта цель тесно связывалась с нанесением русским поражения. Для достижения этого последнего эффекта было решено изолировать 2 рус. армию и довершить ее поражение сильным ударом. В первый период сражения германцы стремились достигнуть такого изолирования путем обхода обоих флангов армии, но им удался только обход одного правого фланга, т.е. ими выполнена только половина задачи, что произошло от сближения флангов 2 и 5 армий (начал сказываться результат 3-го плана контрманевра Рузского).

Русские армии не успели занять своего исходного положения, т.е. не были готовы к сражению, 1 армия даже отводилась назад, что облегчало выполнение германского плана.

Маневру, намеченному германцами, угрожал переход 1 рус. армии в наступление, направленное на пути подвоза значительной части германской ударной группы и в тыл атакующих германских корпусов. Такая возможность немцам казалась невероятной, ибо штаб 9 герм. армии настолько был уверен в поражении 1 рус. армии, что считал ее потерявшей всякую активность.

Этим и можно объяснить расположение заслона Моргена на продолжительный отдых. Ничтожное продвижение Ловичского отряда 19 (6) ноября даже не обратило на себя внимания немцев.

Выполнение германского плана требовало наличия сильных фланговых групп для обхода обоих флангов 2 рус. армии.

[98]

Группа Шеффера была невелика, и только благодаря отсутствию резервов за правым флангом 2 рус. армии XXV рез. корпусу удалось незаметно выполнить глубокий обход. Группа Фроммеля неожиданно встретила части 5 рус. армии и своей задачи не выполнила, даже потребовалось ее усиление.

Таким образом наступление левого фланга 1 рус. армии и задержка наступления группы Фроммеля были предвестниками последующей неудачи всего германского маневра против 2 рус. армии. Как увидим далее, штаб 9 герм. армии этих указаний обстановки не принял во внимание.

Рузский начал сражение руководствуясь планом, основанным на предвзятости. К вечеру 1-го дня сражения разрыв связи со штабом 2 армии и занятие германцами Брезины ясно показали всю ошибочность этого плана. Вместо предвзятой обстановки выявилась реальная, угрожавшая поражением 2 армии. На 2-й день сражения утром была порвана связь со штабом 5 армии, и обстановка еще более усложнилась. Выручка 2 и 5 армий стала главнейшей очередной задачей. Казалось бы проще всего самому Рузскому взять в руки руководство действиями 1 армии и лично вести ударную группу. Вместо этого он все дело возложил на Ренненкампфа, а сам с оперативной частью штаба фронта перекочевал из Варшавы в Седлец. Штаб фронта видимо не сознавал, что исключительная обстановка требует исключительных мер. Если бы Рузский ближе подошел к делу выручки, то Кавказ. кав. дивизия перестала бы болтаться без всякого руководства и вместе со сводной каз. дивизией образовала сводный конный корпус для выполнения соответствующей задачи.

Указания для выручки сводились к быстрому наступлению Ловичского отряда, и только потом было указано также II корпусу, но категорически не подтверждено. Поэтому план маневра для выручки 2 армии вылился у Ренненкампфа в расплывчатую форму, в которой задача выручки и задача борьбы с герм. заслоном были смешаны между собою, вследствие чего вся армия была брошена в наступление.

В итоге 1-го периода сражения получилось положение, которое ставка назвала "разрухой". Ставка видела необходимость поднять дух бойцов, и в войска было разослано особое воззвание верх. главнокомандующего, в котором указывалось на превосходство сил, что обеспечивало несомненный успех, комсостав призывался к стойкости, так как "с нами бог". Это воззвание было передано по телеграфу и объявлялось в приказах корпусам и полкам, но в делах не удалось найти - произвело ли оно нужное воздействие на войсковую массу. Некоторые последующие факты показывают, что воззвание осталось только гласом вопиющего в пустыне.

Зная о превосходстве сил, ставка недоумевала о причинах развала фронта. Рузский объяснил это явление такими причинами: 1) растянутость фронта при первоначальном положении армий. Эта растянутость была следствием распоряжений ставки, и

[99]

штаб фронта был обязан исправить этот недостаток и перейти к надлежащему развертыванию и группировке. 2) отсутствие конной и воздушной разведки. Конная разведка доносила о перегруппировке германцев настолько своевременно, что Рузский мог приступить к организации соответствующего контрманевра без всякой потери времени и тем избавить V сиб. и II корпуса от отдельного поражения. Что касается воздушной разведки, то здесь также нет вины армий, ибо аппаратов было так мало, что не рисковали посылать их при неблагоприятной погоде, какая все время держалась в этом районе, о чем дружно свидетельствуют отметки всех летных журналов. 3) преждевременный отход V сиб. корпуса от Влоцлавска. Фантазия об отсутствии стойкости в этом корпусе могла иметь место тотчас после боя у Влоцлавска, когда Рузский отрицал превосходство германских сил, но с тех пор, как он начал контрманевр, совершенно несправедливо обвинять корпус в преждевременном отходе. Поддерживать такое обвинение равносильно продолжению непонимания значения этого боя. 4) отход 2 армии на юг, а не на восток. Действительно армия базировалась на Варшаву и отход должна производить в этом направлении, что и собирался сделать Шейдеман, намечая будущий фронт по линии Лович - Рава, как было указано II сиб. корпусу, но сам Рузский своим 3-м планом контрманевра и решением атаковать этой армией на север поставил корпуса армии фронтом к противнику, т.е. дал такое положение, при котором пути отхода начинались на фланге и служили как бы продолжением занимаемого фронта. При таком условии и особенно при захвате германцами этих путей армия не могла отходить к востоку, но она не отходила и к югу, а просто стремилась удержаться на своем новом фронте.

Все приведенные Рузским причины имели целью не столько объяснение событий, сколько самооправдание, так как об истинных причинах такого развала фронта Рузский умалчивал или не понимал их. К этим причинам надо отнести начало операции с нецелесообразным планом наступления, опоздание с началом контрманевра, нецелесообразный план для вступления в сражение, опоздание перевозок из 10 армии, а также мотание войск до потери ими боеспособности как от физической усталости, так и от начинающегося развиваться недоверия к способностям своих вождей.

[100]