|
Приложение 1-е.
(к стр. 15).
Боевой состав Х армии.
На 25 января 1915 г.
Конница
III-й армейский корпус.
XX-й армейский корпус.
[170]
XXVI-й армейский корпус.
III Сибирский корпус.
Части, гарнизоны крепостей, укрепл. позиций и т. д., не входившие в состав корпусов.
[171]
Отдельная кавалерийская бригада.
Примечание. По исчислениям Главноком. Сев.-Зап. фронтом, Х армия числила в своем составе 192 бат. 60 эскадр, против 76 т. штыков со стороны противника. Такой счет на батальоны, для определения соотношения сил, мог бы иметь смысл лишь в том случае, если бы батальоны были в полном числе штыков. Этого в действительности не было. По списку, батальоны насчитывали, в лучшем случае, не более 800 штыков, на самом же деле, налицо в батальонах обыкновенно состояло значительно меньше. Армии всегда были в хроническом некомплекте. Таким образом счет на батальоны являлся приемом воздействия на подчиненных, не проявляющих достаточной активности, вовлекая в самообман прежде всего тех, кто прибегал к подобному определению сил.
Приложение 2-е.
(к стр. 16).
Список начальствующих лиц частей войск ХХ-го армейского корпуса.
[172]
27-я пехотная дивизия.
27-я артиллерийская бригада.
28-я пехотная дивизия.
28-я артиллерийская бригада.
[173]
29-я пехотная дивизия.
29-я артиллерийская бригада.
53-я пехотная дивизия.
[174]
53-я артиллерийская бригада.
Приложение 2-е.
(к стр. 16).
Список начальствующим лицам частей войск, входивших в состав Х-й армии.
(После 8-го февраля 1915 г.).
II армейский корпус.
[175]
III армейский корпус.
XXVI армейский корпус.
[176]
III-й Сибирский армейский корпус.
1-я гвардейская кавалерийская дивизия.
[177]
2-я гвардейская кавалерийская дивизия.
1-я кавалерийская дивизия.
3-я кавалерийская дивизия.
Крепость Гродна.
Крепость Ковна.
Бригада 68-й пехотной дивизии
Отдельная пехотная бригада.
[178]
Приложение 3-е.
(к стр. 32).
Боевой состав XX армейского корпуса.
26-27 января 1915 г.
[179]
Приложение №4.
(к стр. 32).
Нормальный состав XX армейского корпуса до начала операции.
По данным к 24 января:
28-я дивизия.
26 января был сформирован Сводный полк (по 1-му б-ну от каждого полка) и командирован в III Сиб. корпус 1 февраля туда же были командированы, кроме 2-х батальонов 110-го и 3-х батальонов 112-го полка и 3-я и 4-я батареи 28-й арт. бригады. 29-я дивизия.
[180]
Один батальон (114-го пех. п. ?) был командирован в распоряжение к-ра III Сибирск. корпуса. В числе 42-х полевых орудий и 6-ти поршневых вернулись в Гродно 53-я дивизия.
26 января был сформирован Сводный полк (по одному б-ну от каждого полка) и командирован в распоряжение к-ра III Сибирск. корпуса
Что касается 27-й дивизии (105, 106, 107 и 108 полки), то она почти все время "временно" также включалась в состав XX корпуса. К 17 января она была возвращена III армейскому корпусу, составляя армейский резерв.
Из ее состава в начале германского наступления были направлены в распоряжение командира III арм. корпуса: 107 полк - 4 батал. и 2 бат. 105 полка. 27 января дивизия была придана XX армейскому корпусу.
К 27 января у ген. Джонсона оставались:
27-я дивизия.
20 мортирн. дивиз. 6 гаубиц При штабе XX корп. наход.
[181]
Приложение № 5. (к стр. 32).
Таблица батальонов, выделенных из состава XX корпуса.
[182]
Приложение № 6. (к стр. 32).
Численный состав XX армейского корпуса.
к 1 февраля 1915 года.
Приложение № 7. (к стр. 32).
Боевой состав (приблизительный) ХХ-го армейского корпуса.
6 февраля 1915 года (утром).
[183]
Примечание. Цифры взяты из показаний опрошенных при производстве расследования и могут служить лишь приблизительно для определения состава корпуса к утру 6-го февраля, но за точность отвечать нельзя.
Приложение 8. (к стр. 19).
Телеграмма 6 января 1915 года № 6946.
6 февраля 1915 года (утром).
Генерал Орановский - Генералу Сиверсу.
Слабые сравнительно результаты разведки конницы в ближайшем к Неману районе следует, кроме крайней пассивности ее, объяснить более выгодным расположением конницы противника, уступом вперед по отношению фронта
[184]
расположения своей пехоты. Не взирая на то, что у немцев имеется здесь всего лишь 4 кавалерийские бригады против наших двух кавалерийских дивизий, поддержкой коим служит не несколько ландштурменных батальонов, а целый корпус в районе Шталюпенена. В виду изложенного, Главнокомандующий приказал принять меры к оттеснению конницы противника за реку Инстер и производству более энергичной разведки конницей в тылу левого фланга противника. Прошу указать также теперешнюю линию разъездов нашей конницы.
Приложение № 9. (к стр. 25).
Телеграмма
Генералу Сиверсу.
9 февраля [1915] года. В течение последних дней, общие задачи, которые Вы ставили своей армии и те частные задачи, которые ставились корпусам, как вытекающие из общей задачи, не только не доводились до конца, но отменялись и заменялись другими, в самом начале их исполнения. Таким образом отсутствовали определенность и твердость, как Ваших решений, так и действий подчиненных Вам начальников. Вместе с тем совершенно ясно обозначилось неправильное пользование крепостью Гродна. Полевая армия может действовать, опираясь на крепость, которая должна иметь минимальный гарнизон, обеспечивающий ее от захвата, но вводить в крепость два полевых корпуса совершенно недопустимо, т. к. при наличии противника, невдалеке от крепости, она легко может обратиться в ловушку для полевых войск. Представить мне срочно Ваши предположения для дальнейших действий, согласно поставленной мною в директиве задачи 10 Армии. К сему должен добавить, что требовалось употребить все усилия, не взирая ни на какие препятствия, для выручки ХХ-го корпуса, который по Вашим же сведениям вел упорный бой в 8 или 10 верстах впереди Вашей Армии, что было вполне возможно, имея два свежих корпуса. № 70-Б.
Генерал-Адъютант Рузский.
[185]
Приложение № 10. (к стр. 30).
Боевой состав обнаруженных частей германской армии по данным к 14 февраля.
Примечание: действительный состав 8-й и 10-й Германских армий приведен в тексте.
Приложение 11. (к стр. 36).
Письмо. 23 января 1915 года № 691.
Генерал Сиверс - Генералу Гулевичу.
Из поступающих сведений видно, что немцы действительно усиливают свои войска в Восточной Пруссии. Несомненно, на фронте генерала Епанчина появилось от 9 до 12 новых батальонов. Разведкой у Вейсупена обнаружено усиление немецкой пехоты и появление 6 орудий, чего прежде не было. В виду этого необходимо мне образовать корпусные резервы.
[186]
Приложение 12. (к стр. 43).
Разговор по Юзу. 26 января 1915 г. 11 час. 50 мин. вечера.
Генерала Гулевича с Генералом Сиверсом.
Генерал Сиверс: Силы, атаковавшие Иоганнисбургский отряд, определяются в дивизию и на Кумельск - бригада, всего около корпуса.
Переход в наступление при таком соотношении сил не обещает успеха. Дальнейшее наступление немцев угрожает всему положению 10-й армии, особенно выдвинутому на запад III-му Сибирскому корпусу, которому не под силу отбросить противника за границу.
Между тем необходимо не только остановить немцев, но и отбросить их за линию Руджаны-Фридрихсгоф для безопасности сообщений фронта, так и положения, ныне занимаемого 10 армией. Необходимо или наступление армии Плеве, или спешная переброска не менее корпуса для действия против вновь появившихся немцев. Прошу сообщить, на что могу расчитывать? Сейчас получил телеграмму от Радкевича из Бялы от 7 часов 30 мин. вечера - "57-я дивизия разбита, отступает в беспорядке на Шучин и дальше. Две батареи погибли".
Я собрал все резервы со всего фронта в 160 верст и больше сил не имею. Противник не дремлет и даже на своем левом фланге против III-го армейского корпуса производил усиленные аттаки. Если бы я еще больше ослабил положение боевых линий и их резервов, то рисковал бы прорывом и в других местах. В случае неудачи пришлось бы отходить под угрозой удара во фланг III-го Сибирского корпуса и вряд ли при таких условиях удалось бы отойти левым флангом на Августов.
Генерал Гулевич: Усилить 10-ю армию нельзя - нет на фронте резервов, а потому Главнокомандующий указал чтобы ослабить фронт 10-й армии, оставив лишь заслоны, все остальное должно быть собрано для главной задачи-прикрытия сообщений армий, действующих в Варшавском районе.
Генерал Сиверс: Я приказал снимать осадную артиллерию.
[187]
Приложение 13. (к стр. 53).
Телеграмма. 27 января 1915 года № 826.
Генерал Сиверс - генералу Епанчину.
Объяснился глубокий обход немцами нашего левого фланга очень большими силами. Противостоять этому обходу нечем; 57-я дивизия в беспорядке очистила в один день Бялу, Щучин и ушла на Осовец. Для выхода из создавшегося положения приходится отвести армию на запад, особенно левый фланг; находящийся в опасном положении. Отход будет начат сегодня ночью, распоряжение последует. Прикажите немедленно в порядке отодвинуть все обозы, тыловые учреждения в тыл Вержболовсвим позициям. Примите меры по эвакуации Шталюпенена; прикажите начальникам спешно обдумать исполнение плана отхода. Дальнейшие распоряжения последуют.
Телеграмма. 27 января 1915 года № 850.
Генерал Будберг - генералу Булгакову (В Гольдап).
Командующий армией приказал ХХ-му корпусу к утру 29-го числа занять Гольдапскую и Грабовенскую позиции. 27-я дивизия включается в состав вашего корпуса.
III-й армейский корпус к утру 29-го отойдет на Шталюпененскую позицию, а XXVI-й корпус на линию Орловен-Ней-Юха. Промежуток между вашим фронтом и III-м корпусом будет обеспечиваться полком конницы с батальоном из корпуса генерала Епанчина. Тыловой путь и район действий остается прежний, включая 27-ю дивизию.
[188]
Приложение 14. (к стр. 58).
Приказ. 27 января 1915 года № 2. В Секретно.
По 10-й армии.
Штаб Армии - Маркграбова.
Противник в значительных силах не менее корпуса 25-го сего января перешел в наступление: одной дивизией на Иоганисбург, а другой на Длотовен. Три полка 57-й пехотной дивизии с одним батальоном 28-го Сибирского стрелкового полка, прикрывавшие вышеуказанный фронт, вчера 26-го января, не выдержав натиска противника, принуждены были отойти на Щучин и далее на Осовец. Сегодня, 27-го, обнаружилось наступление немцев силою до дивизии против крайнего правого фланга армии.
В виду изложенного, приказываю войскам армии в течение ночи с 27-го на 28-е и с 28-го на 29-е января совершить указанные ниже передвижения с тем, чтобы к утру 29-го января занять следующее положение:
1) III-му армейскому корпусу занять позицию западнее Шталюпенена, начав отход на нее сегодня же ночью. Для обеспечения промежутка между III-м и ХХ-м корпусами распоряжением генерала Епанчина выделить особый отряд силою в два батальона и полка конницы с артиллерией. Коннице (1-я и 3-я Кавалерийские дивизии) оставаться в районе Пилькалена и Шиленена и вести разведку между Неманом и шоссе Гумбинен-Шталюпенен, действуя в то же время на тыл и фланг противника.
2) ХХ-му армейскому корпусу с передаваемой в его состав 27-й пехотной дивизией занять Гольдапскую и Грабовенскую позиции на фронте Баубельн, Тольминкемен, Штумбери, Скетчен, Соколлен и уступную у Грабовена, имея наблюдение за северной частью Ротенбудской пущи до линии озер Ерумме-Кутте и Грос Швальг.
3) 26-му Армейскому корпусу занять позицию на фронте Орловен, Ней-Юха, имея особый отряд для обеспечения ее правого фланга и наблюдения за Ротенбудской пущей.
[189]
4) III-му Сибирскому корпусу занять позицию на фронте Ней-Юха, Лык, озеро Грос Зельмент, имея особый отряд для обеапечения поступов со стороны Нейендорфа.
5) 57-й пехотной дивизии вместе с 31-й бригадой государственного ополчения составить гарнизон в крепости Осовец.
6) 1-й Отдельной Кавалерийской бригаде вести разведку в полосе между дорогой Щучин-Ломжа и рекой Шквой с задачей - обеспечить направление на Новогрод.
Все передвижения, вызываемые новым расположением войск, произвести наивозможно скрытно и в полном порядке, обратив особое внимание на связь между корпусами и отдельными отрядами. Напоминаю, что лучшее обеспечение флангов достигается расположением уступами вне флангов.
Районы действий и тыловые пути корпусов остаются прежние, согласно приказа моего № 39, исключая III-го Сибирского корпуса, для которого часть тылового пути между Лыком и Августовом направляется не через Райгрод, а через Боржимен.
Выполнение всего, связанного с занятием нового положения, произвести с полной энергией и помня, что в исключительные минуты требуется исключительное напряжение и выносливость.
Приложение 15. (к стр. 62).
Приказ. 27-го января 1915 года. № 4. 10 часов вечера.
ХХ-му Армейскому Корпусу.
Штаб Корпуса Гольдап.
Противник, силы которого точно установить не удалось, вчера повел наступление в направлении от Иоганнисбурга и оттеснил лево-фланговую дивизию нашей армии, которая принуждена была отойти.
Обнаруживается также более настойчивое наступление противника против крайних право-фланговых частей нашей армии.
2) Наша армия для занятия более сосредоточенного расположения к утру 29-го сего января отойдет несколько
[190]
к востоку, в частности, III-й армейский корпус на Шталюпененскую позицию, имея левый фланг возле Вилюнена; XXVI-й армейский корпус-на линию Орловен-Ней-Юха.
Нашему корпусу, со включением в него 27-й пехотной дивизии, приказано к утру 29-го занять Гольдапскую и Грабовенскую позиции, для чего приказываю, к рассвету 29-го января занять:
Генералу Джонсону (27-я пехотная дивизия) фронт Ворен-Тольминкемен-Микунишкен (включительно).
Генералу Розеншильду фон Паулину (29-я пехотная дивизия) фронт Микунишкен (исключительно)-Думбельн включительно.
Генералу Федорову (53-я пехотная дивизия) фронт Думбельн (исключительно) Соколлен.
Генералу Лашкевичу (28-я пехотная дивизия) фронт высота 228 (к северо-западу от Грабовено) Рдзавен.
На указанных фронтах всем дивизиям оказать противнику самое энергичное сопротивление.
На этих позициях, в виду их растянутости, распологаться с промежутками, за которыми, примерно в расстоянии действительного ружейного огня, применяясь к местности, держать частные резервы.
От 29-й, 53-й и 28-й дивизий назначить в мое распоряжение по одному батальону, коим расположиться: от 29-дивизии в Микунишкен, от 53-й дивизии в Гольдапе, от 29-й дивизии в Лебенталь. Штабам дивизии связаться с этими батальонами телефонами.
Промежуток между правым флангом нашего корпуса и генералом Епанчиным будут обеспечиваться полком конницы с батальоном пехоты из корпуса генерала Епанчина. Промежуток между левым флангом нашего корпуса и XXVI-м корпусом будут обеспечиваться особым отрядом конницы из состава XXVI-го корпуса.
Линии, разграничивающие полосы разведки и охранения, следующие: 27-я дивизия от группы генерала Епанчина: Пилюпенен, Киндерляукен, Иодзунен включительно для 27-й дивизии. 27-й дивизии от 29-й дивизии: Выштинец; Микунишкен, Эшергален, включительно для 27-й дивизии, 29-я дивизия от 53-й дивизии: Грос Иодуг, Думбельн,
[191]
Шальтинен, включительно для 29-й дивизии. 53-я дивизия от 28-й дивизии: Гурнен-Кульзен для 28-й дивизии включительно. 28-я дивизия от XXVI-го корпуса: Зеедранкен-Орловен-Якуновкен.
Напоминаю, что разведка должна вестись хотя и небольшими частями (разъезды в 6-7 коней), но непрерывно, во время движения, во время и после боя, ни под каким видом не теряя соприкосновения с противником.
Обеспечение флангов возлагается на 27-ю и 28-ю дивизии, коим непременно иметь хотя бы и небольшие части, поставленные уступов за внешним флангом.
Паркам расположиться головным эшелонам-распоряжением начальников дивизий, средним эшелоном-29-й парковой артиллерийской бригаде-Теербуде. 20-му мортирному парку-Теербуде. 53-му мортирному парку-Дубенинкен. 3-му Сибирскому парковому дивизиону - Дубенинкен. 28-му парковому артиллерийскому дивизиону - Мерунскен. 3-му Сибирскому парковому тяжелому дивизиону - Мерунскен.
Тыльные эшелоны: 29-й парк. арт. бригаде - Шиткемен. 20-му парк. мортир. дивизиону - Шиткемен. 53-му парк. мортирному дивизиону - Врубель. 28-й парк. артил. бригаде - Пецки. 3-му Сибирскому парк. тяжелому дивизиону - Пецки.
Обозы 2-го разряда: 29-й дивизии - Теербуде; 53-й - Рогайнен; 28-й - Дроздовен.
Дивизионные обозы: 29-й дивизии Шиткемен; 53-й - Пржеросль; 28-й - Эмелисте.
Тыловые учреждения 27-и пехотной дивизии - распоряжением начальника дивизии.
Связь: капитан Шавров.
К 8-ми часам утра 29-го января связать штаб корпуса телефоном, телеграфом и летучей почтой со штабами дивизий.
Штаб корпуса с 10 часов утра 29-го января-Гут-Катариненгоф (возле шоссе около полторы версты западнее Дубенннкена).
Заместители: генерал-лейтенанты Лашкевич и Федоров.
Примечание. Этот приказ - отрицательный образец во всех отношениях. Прежде всего он очень длинен. Командир корпуса вмешивается в область
[193]
ведения начальников дивизий, указывая, например, места обозов 2-го разряда. В приказ вкраплены указания из полевого устава и инструкции, которым во всяком случае не место в приказе. Разграничительные полосы для разведки и охранения указаны настолько неясно, что начальники дивизий, вероятно, ничего не поняли. Командир корпуса отказывается от ведения собственной разведки. В отделе связи ни одним словом не упоминается о необходимости связаться как с III-м армейским, так и с XXVI-м корпусами. Установление связи влево от себя входило в обязанность штаба корпуса во всяком случае. Неимение связи вправо, с Вержболовской группой, привело к тому, что корпус оказался на крайнем правом фланге армии, не зная, в свое время, о том, что Вержболовская группа откатилась на несколько переходов на восток.
Приложение 16. (К стр 79).
Телеграмма. 26-го января 1915 года.
Генерал Сиверс - генералу Булгакову.
Генерал Епанчин донес: в виду продолжающегося обхода его правого фланга большими силами противника, части его корпуса продолжают отход: Левицкий через Пильвишки на Ковна, остальные силы на Мариамполь-Дерсунишки. 27-ю дивизию, или другие части, какие вы признаете возможным, направьте на фронт Кальвейтшен-Нассавен для прикрытия промежутка между Роминтенским лесом и Выштинецким озером для обеспечения вашего правого фланга. Части эти должны удерживать указанный фронт пока корпус не достигнет южной опушки Роминтенской пущи.
Отход с ныне занимаемой Гольдапской позиции 29-й, 53-й и 28-й дивизиями началь вечером сегодня 29-го января, если к тому времени не будет получено иного распоряжения.
[193]
Приложение 17. (к стр. 84)
Разговор по юзу. 29 января 1915 года.
Генерала Сиверса с генералом Бонч-Бруевичем.
Генерал Сиверс: Я озабочен главным образом отходом правого фланга XX корпуса, т. е. 27-й дивизии, на которую надо возложить задержание неприятеля со стороны Шталюпенена и Вержболово, так как нет сомнения-неприятель будет обходить правый фланг XX корпуса после отступления III армейского корпуса. Ежели так будет, то это помешает мне отойти на Олитскую позицию. Если бы кавалерия могла перейти, в район Кальварии, то это оказало бы существенную помощь правому флангу XX корпуса, но связь с Леонтовичем нарушена.
Разговор по юзу. 29 января 1915 года.
Генерала Сиверса с генералом Гулевичем.
Генерал Сиверс: Прошу Вас обратить внимание на то, что значительные силы немцев после отхода Епанчина угрожают глубоким обходом моему правому флангу, почему я оставить XX корпус впереди Роминтенской рощи не могу в том положении, какое он занял сегодня ночью, а должен его отвести за Роминтенскую рощу, иначе я рискую путями сообщения этого корпуса. Немцы угрожают путям
[194]
сообщения XX корпуса, почему я для спасения армии должен сегодня начать отход, дабы не испытать катастрофы подобно тому, как это было в августе. Из этого Вы можете видеть что наступать 10-я армия в настоящую минуту не может так как она скована на левом фланге у Лыка, а равно немцы вели атаки на фронте XXVI корпуса.
Разговор по юзу. 29 января 1915 года.
Генерала Бонч-Бруевича с генералом Сиверсом.
Генерал Бонч-Бруевич: Я думаю, что сосредоточение у Остроленки и Ломжи не даст немцам возможности развивать свои действия против Вашего левого фланга, и Вам остается только справиться с делом на правом фланге.
Приложение 18. (к стр. 87).
Разговор по юзу. 29 января 1915 года.
Генерала Сиверса с генералом Гулевичем.
Генерал Сиверс: О том, что делается в районе Епанчина я не знаю. Если я решил отходить, то только в виду крайности. Если я буду упорствовать на настоящих позициях, то могу подвергнуть остальные три корпуса риску не только потерять свои сообщения, но и лишиться возможности перехода в наступление совместно с 12-й армией.
Прошу сообщить, чем Вы руководствовались, настаивая на том, чтобы я атаковал противника и помогал расстроенному же и отступившему Епанчину. Какая от этого будет польза, если и части XX корпуса будут расстроены? Я представляю себе обстановку так, что для общей пользы мне нужно отойти от угрожающих обходов,-действительных, а не воображаемых, и сохранить три корпуса для перехода в наступление.
Генерал Гулевич: Во всяком случае, Главнокомандующий считает, что дальше линии Лык-Бакаларжево-
[195]
Кальвария-Козлова Руда части армии отходить не должны. Перед Вами немцы - тоже второочередные части. Отход на указанную линию считает возможным только в случае крайности и после боев, которые во всяком случае должны задержать наступление немцев.
Генерал Сиверс: Я с фронта задержу их, но так как отход III армейского корпуса освободил фланг правее XX корпуса, не менее трех дивизий, то это заставит меня отойти правым флангом для того, чтобы уклониться от обхода, для парирования которого нужно иметь лишний корпус.
Разговор по юзу. 29 января 1915 года.
Генерала Сиверса с генералом Гулевичем.
Генерал Сиверс: В дополнение к разговору, должен добавить, что не могу занимать всю линию Лык-Бакаларжево-Кальвария-Козлова Руда, так как эта линия протяжением 140 верст и занять ее тремя корпусами, имеющими к тому же целью переход в наступление, - невозможно. Кроме того, Козлово-Рудская позиция, по донесениям Епанчина, не занята, и Мариампольский район частями III корпуса очищен.
Телеграмма. 29 января 1915 года. № 7565.
Генерал-адъютанта [Рузского] генералу Сиверсу.
Вследствие занятия немцами района Просткен-Граево и возможности их дальнейшего движения на Августов и в виду неимения сведений о положении генерала Епанчина, предоставляю Вам действовать по обстановке, считая конечной целью во всяком случае-остановить наступление немцев на линию Осовец-Августов-Сейны-Ковна, опираясь флангами на крепости, удерживая во что бы то ни стало, Августов и при малейшей возможности Сувалки, дабы иметь выгодное исходное положение для решительного перехода в наступление одновременно с войсками, сосредоточенными в Ломжинском районе.
[196]
Приложение 19. (к стр. 97).
Доклад. 31 января 1915 года. 6 час. утра.
(Доклад составлен бароном Будбергом. Неизвестно для кого он предназначался и был ли он кому-нибудь сообщен).
Получено сведение об обходе правого фланга XX корпуса. 27-й дивизии теперь уже отрезано полтора полка. Короткий отход корпусов нисколько не улучшит положения, так как все время над обоими флангами будет висеть угроза обхода, отразить которую нам совершенно нечем. Теперь единственным исходом остается отход корпусов назад, не останавливаясь перед оставлением Августова и Сувалок, так как успех какого нибудь обхода немцев может привести к бою в таких условиях, когда остается или пробиваться штыками, или погибнуть. Получить надежное, устойчивое положение армия сейчас уже не может; является вопрос, что делать дальше?
Решений два: или принять бой со всеми его последствиями при крайне тяжелых условиях, или отходить назад, чтобы скорее вывести корпуса из очень опасного сейчас положения, способного при неудаче привести к совершенно безвыходному положению.
Сейчас решено начать отход армии назад на линию Августов - Сувалки, а если затем положение не изменится, то и далее, отходя III Сибирским корпусом на Штабин- Липск, XXVI - на Сопоцкин и XX - и в промежуток между Меречем и Гродна.
Подобное очень тяжелое решение даст возможность вывести из крайне тяжелого положения три корпуса и сохранить их для дальнейших операций. Оставление же их на фронте Августов-Сувалки, если обстановка не изменится, может привести к полному уничтожению без всякой пользы для дальнейшего хода событий. Так как это решение не согласуется с указаниями Главнокомандующего, то не откажите доложить начальнику штаба.
Я лично считаю, что если к ночи с 1 на 2 февраля нам удастся оттянуть III Сибирский корпус на Августов,
[197]
то это уже будет крупный успех; все дело в том, чтобы боковой авангард не сдал, а если сдаст, то потеряны пути отхода для III Сибирского и XXVI корпусов, ибо к северу уже отход невозможен. Таково сейчас положение.
Генерал Будберг.
Приложение 20. (К стр. 102)
Приказ (по телеграфу). 31 января 1915 года.
№ 422. XX корпусу.
За 30 января обнаружилось наступление немцев в значительных силах с севера, в направлении Вижайны-Шиткемен. Сведений от генерала Епанчина и генерала Гернrpoca не получено.
Генерал Джонсон под натиском отошел на юг от линии Вижайны - Шиткемен. Для поддержки положения генерала Джонсона, генералом Розеншильдом выдвинуты 6 батальонов на фронт озеро Потопы-деревня Равеле и 4 батальона к Марианке.
На 31 января приказываю отходить: главным силам генерала Розеншильда (29-я дивизия) на фронт озеро Сейны-Дакшне (вкл.), выставив арьергард к Слободке и сторожевое охранение линии Трамельвишки (включ.)-Ильгель- Варнетка (включ.). Штаб - Смоляны. Генералу Джонсону (27-я дивизия) на фронт Декменюшки-Полюле (включ.), выставив арьергард в Липово, а сторожевое охранение на линии Фарнетки-Воловня (исключ.). Штаб - Высокая Гара. Генералу Федорову (53-я дивизия) на фронт Помолеснь - Сувалки (искл.), выставив арьергард в Прудзишкн, сторожевое охранение на линии Воловня (искл.)-Сарнаковизна (включ. ). Штаб - деревня Тартак. Генералу Дашкевичу (28-я дивизия) отойти в район Сувалок (район между шоссе Кальвария-Сувалки и Сувалки-Сейны не занимать; предоставляется генералу Федорову), выставив арьергард в Осова и Пржеброды, а сторожевое охранение на линии Чарноковизна (искл.) Адександровск-Покалюк (включ.). Штаб - Сувалки.
Генералу Розеншильду и Джонсону начать отход, сообразуясь с обстановкой, памятуя, что целью действий их должно быть уклонение от боя. Генералу Федорову направить
[198]
часть (не менее полка) в направлении на фронт Постовня-ф. Ганча для установления связи с генералами Розеншильдом и Джонсоном. С прочими силами отходить согласуясь с обстановкой, отходом генералов Розеншильда и Джонсона. Генералу Лашкевичу начать отход в 1 час дня. Коннице генерала Леонтовича, подчиненного командующим армией мне, действовать самым энергичным образом во фланг и тыл немцев, наступающих на наш правый фланг, с целью облегчить отход корпуса на новый фронт. Тыловым учреждениям следовать от Сувалок на Сейны-Копциово-Друскеники. Тыловым и средним паркам не переходить 31 января озеро Сейны. Обозам 2-го разряда генерала Розеншильда - по его усмотрению. Штаб корпуса до 3-х часов дня 31 января в Сувалках, затем переходит в Сейны. Заместители: Генералы Лашкевич и Федоров.
Примечание. Особой схемы не прилагается. Ориентировка возможна по 10 в. карте, листы 5 и 6.
Приложение 21. (к стр. 154).
Приказ XX корпусу. 7 февраля 1915 года. 7 часов вечера.
Сегодня, в 12 часов ночи на 8 февраля всем частям вверенного мне корпуса занять исходное положение для прорыва в район крепости Гродно в направлении от ф. Млынек на Курьянки и далее по шоссе на Гродно.
Для выполнения этого прорыва:
1) Арьергарду полковника Дрейера (5 рот 110-го полка, 2 батальона 112-го полка, 2 батальона 210-го полка с приданной артиллерией на 7 февраля) сдерживать напор противника с севера от Рудавки и с северо-запада от Грушки пока хвост колонны не пройдет мост у ф. Млынек, для чего войти в связь с хвостом колонны.
2) Авангард генерал-майора Чижова (113-й, 114-й и 115-й полки) - головой колонны перейти через мост у ф. Млынек в 12 часов ночи и следовать по дороге через лес на Жабицке, Курьянки и далее вдоль шоссе на Гродно.
[199]
3) Главные силы: части 27-й пехотной дивизии под начальством полковника Белолипецкого; части 53-й пехотной дивизии и 116-й полк под начальством генерала Хольмсена. Артиллерии, под начальством генерал-майора Фолимонова, следовать в хвосте колонны главных сил под прикрытием частей 212-го полка (две роты из сторожевого охранения). Артиллерийским паркам со снарядами и патронами следовать за артиллерией.
Штаб корпуса будет следовать в главных силах.
5) Патронным двуколкам, лазаретным линейкам и походным кухням следовать за парками.
6) Артиллерии обмотать колеса соломой, чтобы не стучать. Полная тишина, отсутствие огней и курения является залогом успеха.
7) Все неуказанные в приказе повозки бросить в лесу.
8) Главным силам следовать непосредственно за авангардом; все дистанции должны быть сближены.
9) Пулеметы во время похода должны быть вполне готовы к бою. В случае встречи противника атаковать молча без выстрелов и криков "ура".
Приложение 22. (к стр. 164).
Выдержка из статьи немецкого журналиста Стефана Штейнера, напечатанной в полуофициозной Берлинской газете Local Anzeiger "Последний бой XX русского корпуса".
27-я русская дивизия на полях Махарце вела бой на жизнь и смерть с германцами. А в это время XX корпус мог еще уклониться от того, чтобы быть окруженным, но он увлекся повторными встречными ударами в направлении на Рачки, стремясь отбросить наседавших на него немцев. В это самое время немцы форсированными маршами до 62-х километров в сутки бежали по шоссе, занесенному снегом в полтора аршина глубиною, ему наперерез с севера через Кальварию-Мариамполь. Правда, при таком молниеносном ходе операций, подвоз продовольствия не мог быть налажен своевременно, и германским войскам пришлось перенести большие лишения.
[200]
Погода крайне неблагоприятствовала операции: сначала поднялась снежная метель и снежные заносы, каких не запомнят даже и в этой привыкшей к снегу стране. А через три дня подул южный ветер и образовалась оттепель, которая обратила все поля в безбрежные озера.
XX корпус, предоставленный только своим силам, стремился по веем дорогам и тропинкам в густых Августовских лесах на восток навстречу своей судьбе. Выход с юга ему был закрыт вдвойне: одной стороны, германскими войсками, занимавшими дорогоу к Липску, а с другой Бобром, переправу через которую обстреливали немцы. Единственная возможность пробиться заключалась лишь в прорыве германского фронта, во что бы то ни стало, в направлении Сопоцкин-Голынка-Бартники.
Это героическое решение и принял генерал Булгаков, чтобы спасти хотя остатки своего корпуса. Русские колонны вышли на опушки лесов у Волкуша и Жабицке, отбросив свой обычный метод наступления с самоокапыванием.
Русские энергично двинулись вперед, отыскивая укрытия, лишь применяясь к местности, которая была очень волнистой в районе Волкуш-Бартники-Марковцы-Старожинцы. Немецкие пулеметы, гаубицы и полевые орудия беглым огнем стреляли сначала на расстоянии 1200 шагов, потом на 900, на 700 шагов по густым колоннам русских. Бинокли были отброшены: можно было невооруженным глазом наблюдать, как русские, дойдя на 150 шагов до немцев, целыми кучами ложились под германским огнем.
После двухчасового беглого огня все было кончено. Последняя отчаянная попытка Булгакова пробиться к Гродне не удались: ставка в несколько тысяч человек была бита в этой игре! [Честь] XX корпуса была спасена, но это стоило 7000 человек, которые легли на пространстве двух квадратных верст.
Вся эта попытка прорыва явилась чистым безумием и в то же время геройским подвигом, который показывает нам русского солдата в том же освещении, каким он являлся при Скобелеве, во времена Плевненских атак и в эпоху покорения Кавказа и штурмов Варшавы.
Из этого видно, что русский солдат может сражаться и даже хорошо сражаться. Он выдерживает потери и держится еще тогда, когда смерть является для него неизбежной".
[201]
Приложение 23. (к стр. 168).
Общий подсчет потерь в XX армейском корпусе.
С 31 января по 8 февраля 1915 года
Примечание:
1) Потери в личном составе показаны в общих цифрах без подразделения на убитых, раненых и оставшихся в плену, - за неимением об этом сведений.
Эти сведения, отсутствуют также в отношении кавалерийских и инженерных частей.
2) К 31 января в составе корпуса было 42 батальона. Кроме сводных полков, выделенных из 29-й и 53-й дивизий и направленных в район Лыка, из корпуса была взята бригада 28-й пехотной дивизии (109-й и 111-й-полки), а также 107-й пехотный Троицкий полк, оставшийся в III армейском корпусе и разделивший с ним его судьбу.
|
|||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
|
|
|||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
Пользовательского поиска