Малой войной называются самостоятельные действия малых подвижных отрядов, действующих наряду с большими операциями и независимо от них. Целью малой войны является ослабление противника, утомление его нечаянными нападениями, порча его сообщений, нападение на обозы, транспорты, одним словом действия в тылу и на флангах.

Главным залогом успеха в ведении малой войны является сочувствие народных масс, а затем соответствующая местность. Лесная, гористая, болотистая, как например Полесье, Финляндия, Кавказ весьма благоприятны для малой войны.

[212]

Для малой войны употребляются все роды войск, но наиболее продуктивна всегда работа конных отрядов, благодаря их подвижности. Недостаток в численности, а порой в подготовке заменяется знакомством с местностью и внезапностью. Личность начальника, его лихость, распорядительность, находчивость, решительность и уменье разбираться в обстановке - имеет громадное значение. В зависимости от задачи, определяется сила и состав отрядов.

Нечаянные нападения. Успех нечаянного нападения обусловливается его внезапностью для не ожидавшего и не успевшего изготовиться к бою. Чем меньше допускают войска возможность присутствия вблизи противника, тем больше уверены они в своей безопасности.

Для успеха нападения нужно хорошо знать местность, силы и расположение противника.

Задуманное предприятие надо сохранять в тайне.

Следя за противником, необходимо выяснить, за какими дорогами он наблюдает слабее, а иногда и совсем не наблюдает.

Производя предварительно такого рода разведку, нужно быстро и скрытно подойти к противнику.

Раньше наиболее пригодна была для совершения нечаянных нападений конница, ныне же с успехом могут быть применяемы отряды самокатчиков.

Весьма важное значение имеет выбор времени для нападения. Наиболее подходящим является или ночь или же время перед рассветом, когда бдительность охраняющих частей ослабевает. В последнем случае ночной темнотой пользуются для подхода к противнику. Само нападение производится в заранее назначенный час несколькими партиями. Если производится нападение на бивак, то надо сейчас же разбросать ружья, перерезать чумбуры у лошадей.

При нападении на войска, расположенные по квартирам, надо прежде всего захватить командный состав на квартирах и направить большую часть сил на более крупные здания, где можно ожидать размещения целых войсковых единиц. Само собой разумеется, что перед нападением желательно выслать смельчаков, которые бы перерезали телефонные провода, дабы лишить противника возможности распоряжаться. Засады. Засадой называется нападение на противника, находящегося в движении.

[213]

Местность для засады должна удовлетворять возможности скрытно расположиться, а затем быстро выдвинуться для нападения.

Наиболее пригодна для устройства засад пехота или спешенная кавалерия.

Наиболее пригодна для устройства засад местность лесная или же образующая ряд открытых теснин.

Нападение лучше всего делать, дав пройти головным частям и начать его с открытия флангового, залпового огня. Засады применяются:

• 1) при отступлении, когда неприятель запальчиво преследует, не соблюдая должных мер осмотрительности,
• 2) для захвата какого нибудь важного лица, для нападения на транспорт или фуражиров, если известно, где и когда они будут проходить или проезжать,
• 3) для захвата неприятельских разъездов, если замечено, что они ходят без должных мер предосмотрительности.

В засаде войска ожидают приближения противника в полной тишине и боевой готовности, охраняясь укрыто поставленными часовыми. Посторонних людей, наткнувшихся на засаду, следует задержать до окончания действий.

Если разъезд или разведывательная партия противника направляются на засаду, то надо стараться захватить их без шума.

В лесу наиболее удобными местами для засад, будут поляны, которые занимаются с двух сторон.

Если бы засада была открыта до момента нападения, то лучше уйти, стараясь замести свои следы.

Сопровождение транспортов и нападение на них. При большом числе повозок в транспорте, его следует делить на отделения около 100 повозок в каждом.

Повозки с взрывчатыми веществами и боевыми припасами составляют особое отделение, которое помещается в голове и хвосте колонны, в зависимости от опасности нападения противника.

Вьючный и рогатый скот гонится в хвосте колонны. Некоторые рекомендуют гнать в стороне от дороги рогатый скот, но это приводит к большой его утери при лености погонщиков, в которые попадает из армии обыкновенно никуда негодный элемент.

Повозки следуют по дороге редко по две в ряд, так что не всегда при таком движении может быть оставлен свободный проезд для встречного движения.

[214]

Если транспорт следует по плохой дороге, то голову каждого отделения необходимо время от времени приостанавливать, чтобы дать возможность подтянуться отставшим повозкам.

Без этого приема колонна обозов растягивается вдвое против установленного.

Скорость движения обоза колеблется от 3 до 4 верст, но при особо тяжелом грунте падает до 1,5-2 версты в час. Для сопровождения транспорта вне опасности от нападения противника, для наблюдения за порядком и для помощи в скорейшем следовании при плохой дороге назначается пехота и кавалерия.

Исходя из этого, обыкновенно на 100-200 повозок назначают роту пехоты и взвод конницы.

Часть конного прикрытия должна наблюдать (по 1 кавалеристу на 5-10 повозок), чтобы повозки не отставали, чтобы подводчики не бросали повозок, чтобы не останавливались у колодцев, чтобы вблизи повозок с огнестрельными припасами никто не курил. Если нет конницы, то те же обязанности возлагаются на пехоту.

Для того, чтобы не было задержек, часть пешего прикрытия идет в голове, готовая приступить к исправлению дороги.

Если следуют особо тяжелые повозки, но надо назначать рабочих с инструментами для исправления дороги после их проезда. Рижское шоссе в августе 1917 г. было после прохождения тяжелой артиллерии так испорчено, что даже трудно было при взгляде на него предположить, что тут было всего за два дня перед этим одно из лучших шоссе Прибалтийского края.

Остальная часть прикрытия идет в хвосте обоза, наблюдая, чтобы не было отсталых. Малые привалы делаются для подтягивания, обоза после тяжелых подъемов и спусков.

При обыкновенных переходах большие привалы не делаются, а при усиленных обоз останавливается на привал, чтобы выкормить лошадей.

Если транспорту угрожает нападение, то, кроме войск, указанных выше при безопасном его следовании, назначается еще прикрытие, которое могло бы его защитить. В прикрытие назначается пехота и кавалерия, a иногда даже и артиллерия. Сила прикрытия зависит от величины транспорта и степени предстоящей опасности.

В зависимости от того, с одной или нескольких сторон ожидается неприятель, и откуда именно, следует распределять

[215]

прикрытие. В силу этого прикрытие может следовать в голове, хвосте или середине транспорта.

Если неприятель ожидается с фронта, тогда большая часть прикрытия назначается в авангард, другая часть примерно по полуроте на отделение идет при самом обозе, а третья и самая малая часть выделяется в арриергард. Если неприятель ожидается с фланга, то большая часть прикрытия должна составить как бы боковой авангард, а остальная остается при обозе. Наконец, если опасность угрожает тылу транспорта, то большая часть следует в арриергарде.

Таким образом и при охранении движения транспорта (всякой отдельно следующей колонны обоза) надо руководствоваться теми же правилами, как и при охранении движения войсковых колонн.

От прикрывающих движения частей высылаются вперед и на фланги заставы и дозоры. Кроме того в сторону противника, необходимо высылать разъезды из состава конного прикрытия, как для разведки противника, так и состояния дороги. Действия прикрытия, по получении сведений о появлении противника, заключаются в следующем:

Начальник прикрытия, получив эти сведения, должен решить, пропустить ли ему повозки вперед или отвести назад или же, в крайнем случае, распорядиться уничтожением запасов транспорта. Если есть надежда отразить нападение, то прикрытие должно или занять в стороне от транспорта позицию или же действовать активно. Как на последнее средство следует смотреть на оборону за повозками. Часть прикрытия, наблюдающая за порядком, должна принимать меры к тому, чтобы не допустить легко возникающей вообще в обозах паники. Для этого никоим образом не следует допускать движения повозок усиленным аллюром, выскакивания отдельных повозок, криков, т.к. все это страшно действует на обозных, которые стремятся уйти от угрожающей опасности, дорога забивается повозками, часть их сваливается в канавы и в результате дорога прямо забивается. Часто бывают случаи, что обозные рубят постромки и стремятся верхами спастись в разные стороны.

Даже самая незначительная опасность настолько преувеличивается, что люди теряют всякую способность соображать. При сопровождении транспортов надо быть особенно осторожным при прохождении лесов и теснин. Раньше чем транспорт вступит в лес или теснину, следует осмотреть лес и местность по ту сторону теснины.

[216]

Нападающий на транспорт должен проследить время выступления и направление его движения, а затем силу и распределение прикрытия. Само нападение лучше всего поручать конным частям.

Лучшее время для нападения - когда обоз растягивается или проходит какое-нибудь трудное место, напр., переправу, теснину, подъем.

Открытое нападение возможно, когда сила прикрытия меньше.

Если же прикрытие сильнее или же в равных силах, то рекомендуется следующий образ действий:

Нападающий должен принять все меры к тому, чтобы отвлечь прикрытие в сторону и завязать с ним бой, в это время обрушиться на самый транспорт, портя повозки, обрубая постромки, вселяя среди обозных беспорядок и сумятицу.

Еще большего успеха можно ожидать от устройства засады.

Если бы дневное нападение не обещало успеха, следует прибегнуть к неожиданному ночному.

Ныне, благодаря широкому развитию авиации, нападения на транспорты могут производиться эскадрами аэропланов. Так при отступлении из-под Риги германские аэропланы атаковали наши обозы в окрестностях Роденпойса, сбрасывая на них бомбы и обстреливая пулеметным огнем. Если бы на следующий день не было тумана, то новое нападение могло бы привести к полной катастрофе.

Военная история весьма богата примерами нападений на транспорты. Один из примеров бывшей войны мы приводим.

30 августа 1914 г. 41 пех. дивизия, составлявшая левую колонну XVI корпуса, наступала вслед за разбитыми под Быховой австрийцами через м. Модлиборжице, Пикуле и далее на юг.

[217]

В авангарде ее следовал один пехотный полк, две батареи и одна сотня (см. схему № 59).

На проходе было получено донесение от разъездов, что на поляне у д. Пикуле стоит большой неприятельский обоз под пехотным прикрытием. Начальник авангарда решил атаковать его.

Д. Пикуле, состоящая из немногих раскинутых в беспорядке дворов, лежит на лесной поляне, длиною с севера на юг, т.е. по направлению движения наших войск около 500 шаг. и шириною в 300 шаг. в южной более узкой части; на северной окраине она уширяется до 500 шагов. Дорога пересекает поляну пополам, при чем северо-восточная половина поляны от дворов до леса, очень болотиста и доступна лишь для пеших людей, западная, в особенности в южной части, сухая. Лес густой.

Дорога к югу от Пикуле была настлана досками.

Как выяснилось впоследствии из опроса местных жителей и пленных, транспорт шел из Янова, состоял более чем из 1000 повозок и растягивался на походе до 14 верст. Подводчики были частью из германских подданных, частью из вольнонаемных местных крестьян. Прикрытием служил баталион пехоты.

Начальник авангарда выдвинул на позицию 2 орудия и развернул 6 рот.

Прикрытие расположилось частью за повозками, частью за домами. Огонь с обеих сторон был открыт в полдень. После первых выстрелов почти все подводчики разбежались; часть повозок бросилась в сторону и загрузла в болоте; многие обозные лошади были убиты и переранены.

Деревня Пикуле загорелась, как казалось от нашего огня, но жители рассказывали после боя, что немцы сами подожгли ее в расчете на уничтожение и порчу огнем всего груза транспорта.

В 4 часа 30 мин. дня оставшиеся в живых и не раненые 54 защитника транспорта сдались, остальные бежали.

Трофеями нашими, не считая пленных, были, более 1000 повозок со снарядами, ручными гранатами, мукой, овсом, бельем, снаряжениями, лазаретными принадлежностями, шоколадом и сигарами, кроме того взято 2 пехотные кухни, 1 мотоциклетка, 6 велосипедов и 64 лошади.

Хотя нападение это увенчалось успехом, но нельзя не подчеркнуть, что при большем превосходстве сил, начальнику авангарда не следовало тратить времени на обстрел транспорта, а энергично атаковать его.

[218]

Фуражировки и нападение на фуражиров. В виду трудности подвоза к армии продовольствия и фуража, приходится на войне прибегать к сбору таковых от жителей. Припасы собираются в поле и в населенных пунктах.

Если сбор этот, называемый фуражировкой, производится в таком месте, где нет противника, то поступают следующим образом.

При фуражировке в поде, осматривают место, назначенное для сбора, определяют сколько можно собрать припасов, а в зависимости от этого, необходимое число рабочих и подвод. Фуражиры высылаются без оружия.

По прибытии на место, часть рабочих назначается косить, другая вязать снопы, а третья нагружать на повозки.

Если фуражировка производится в населенном пункте, то старший фуражир обращается к представителям власти и предлагает, чтобы нужное количество припасов было вынесено самими жителями. При отказе в добровольной поставке, команда фуражиров вводится в селение, которое делится на участки. В каждый участок назначается старший, ответственный за излишние поборы и другие беспорядки. В центральном месте селения выставляется караул, от которого посылаются дозоры для захвата фуражиров, предающихся грабежу.

После сбора припасов жителям выдаются или квитанции, или же выплачиваются деньги за взятое, в зависимости от принятого армией порядка расплаты.

Если фуражировка производится в таком месте, где противник может напасть, то к команде рабочих придается прикрытие (см. схему № 60).

Рабочие отправляются с оружием, а сила прикрытия сообразуется с величиной района фуражировки и степенью опасности.

При движении к месту производства фуражировки соблюдаются те же правила, как было указано выше в отношении транспортов. Прибыв на место, начальник прикрывающего отряда выдвигает на все дороги, ведущие к противнику конные за

[219]

ставы, которые наблюдают дороги и промежутки между ними дозорами, входя таким образом в связь друг с другом. Заставы выдвигаются не меньше, чем на пол перехода. Важнейшие направления кроме того охраняются сильными пехотными отдельными заставами, а иногда и сторожевыми отрядами.

Главная часть прикрытия образует резерв, который располагают где либо в узле дорог с таким расчетом, чтобы он мог поддержать любой из сторожевых отрядов. В случае наступления противника, прикрытие должно удержать его до окончания работ или же пока транспорт не отойдет с тем, что удалось нагрузить. То, что увезти не представляется возможным, следует уничтожить.

Нападение на фуражиров организуется подобно тому, как и на транспорты, т.е. нападающий должен ложными атаками оттянуть прикрытие в сторону, разбить его и захватить припасы. Если бы не удалось помешать производству фуражировки, то остается прибегнуть к нападению на транспорт, когда нагрузившись, он тронется в путь.

Партизанские действия. Знаменитый партизан Денис Давыдов так определяет партизанскую войну: "истинная партизанская война состоит не в весьма мелких, не в первостепенных предприятиях, ибо занимается не сорванием аванпостов, не нанесением прямых ударов главным силам неприятеля, - она объемлет и пресекает все пространство от тыла противной армии, до естественного основания оной. Разя в слабейшее место неприятеля, она вырывает корень его существования, подставляя оного на удары своей армии без пищи, без зарядов и преграждает ему путь к отступлению. Вот партизанская война в полном смысле слова".

Партизанами называются легкие отряды, отделяемые от армии для действия в тылу и на флангах армии противника. Исходя из всеобъемлющего определения партизанских действий Давыдова видно, что задачи, возлагаемые на партизанов, могут быть крайне разнообразны.

Опыт войны прошлого показывает, что действия эти имеют например целью:

• 1) уничтожение запасов в тылу неприятельской армии и собирание контрибуции с городов и селений;
• 2) перехватывание транспортов, колонн с пленными, гуртов порционного скота и т. п.;

• 3) частые нечаянные нападения;
• 4) порча путей сообщения, мостов и всевозможных переправ в тылу противника. Захват почт, телеграфных и телефонных станций.
• 5) перерыв связи между отдельными колоннами противника;
• 6) всякого рода тревоги в расположении противника;
• 7) поднятие народной войны в тылу у неприятеля, если жители расположены в нашу сторону, и составление опоры для формирования добровольческих из них отрядов.
• 8) Добывание сведений на флангах и в тылу неприятеля.

На успешность ведения партизанских действий оказывают: влияние следующие данные:

1) Влияние устройства тыла противника.

Чем лучше устроен тыл противника, тем ведение партизанской войны затруднительнее уже в силу того, что в тылу могут находиться хотя и тыловые, но правильно организованные части. Хотя знакомство с устройством тыла армий и не относится к курсу тактики, но мы приведем здесь данные по этому вопросу в самых общих чертах, насколько их должен знать каждый начальник партизанского отряда.

Для правильного сообщения с тылом своим, откуда идет к армии все необходимое для ее жизни и боев, армия имеет военные дороги, как железные, так и грунтовые. На каждой военной дороге устраиваются этапы на расстоянии одного перехода один от другого по грунтовым дорогам и 100-200 верст по железным. Этапы устраиваются в населенных пунктах.

Во главе каждого этапа стоит комендант, а для прикрытия его и конвойной службы назначается в зависимости от важности этапа гарнизон из этапных войск. Несколько этапов соединяются в этапный участок. Этапные войска состоят из пехоты, а для службы связи и разведки к каждому этапу придается конница.

Железные дороги охраняются ополченскими частями.

Из этого видно, что для нападения на крупные этапные пункты нужно более сильные партизанские отряды, а мелкие партии могут действовать при правильно устроенном тыле армии на перегоне между этапами, применяя нечаянные нападения и засады путем порчи мостов, переправ, перехватами постов летучей почты и т.п.

2) Влияние настроения местных жителей.

Сочувствие местных жителей облегчает работу партизана, но было бы ошибочным отказываться от действий при отсутствии такового.

[221]

В войне 1814 г. на территории Франции наши партизаны причиняли много хлопот Наполеону, а между тем население относилось к нам крайне враждебно.

Содействие население партизанам может выразиться или в принятии активного участия в борьбе, как напр. в войне нашей 1812 г. с Наполеоном или же в помощи собирания сведений о противнике, укрытием партизанов, доставлением проводников, лазутчиков, доставлением продовольствия и удобств расквартирования.

Если население сочувствует или особенно, если оно сильно возбуждено противником, то партизанам открывается широкое поле деятельности по организации восстания населения. В этом случае они могут доставлять оружие жителям и даже стать во главе вооружившегося населения. Понятно, что если партизанам удастся поднять народную войну в тылу у противника, то они должны служить связью между восставшими и своей армией

Дабы установить известную согласованность действий, неуменье использовать настроение населения рельефно сказалось в русско-японскую и Маньжурскую войну.

В начале первой, китайцы были на стороне русских, так как японцы являлись для них вековым врагом. Главные вожди хунхузких отрядов, как то Тулисан, Чжоубаши, Фулингоо, предлагали нам свои услуги, но мы от них отказались и... они перешли на сторону японцев.

В минувшей войне, пишущий настоящие строки предлагал в сентябре 1914 г. организовать польские партизанские отряды, но на возбужденном об этом ходатайстве была положена одним из Командующих армиями резолюция "отклонить; это оружие может быть обращено против нас же самих".

3) Влияние характера местности (театра военных действий).

Наиболее благоприятной является местность, которая не затрудняет движения отрядов, составленных из конницы. В силу этого местность не должна быть пересечена серьезными препятствиями в роде широких рек, горных проходов, больших болотных пространств. Но из этого не следует, что удобной является только открытая местность. Она должна быть закрытой и пересеченной, но настолько, чтобы не затруднять быстрых и свободных движений конницы. Если горы проходимы, то они напр. способствуют скрытным движениям, засадам, неожиданным нападениям. Во всяком случае, если местность не благоприятствует развитию партизанских действий конницей, то не исключается возможность прибегнуть к формированию небольших партизанских

[222]

отрядов из пехоты, для которых и леса и болота, и горы будут могучим союзником, по при условии, если она комплектуется местными жителями.

4) Выбор начальников партизанских партий.

Не всякий может быть начальником даже небольшой партизанской партии. Прежде всего у такого начальника должен быть решительный характер, который выражается в предприимчивости, храбрости, способности бросаться на самые отчаянные предприятия, способности быстро принимать решения и разбираться в обстановке. Партизан Давыдов так говорит о партизанах: "Нет излишней отважности для человека, который обрек себя на опасную службу партизана: он часто должен отказаться от жажды вкусить по совершении подвига плоды геройского вдохновения; не ожидая рукоплесканий, похвал и наград, он должен продвигаться для нанесения чувствительных ударов неприятелю: нередко приходится погибнуть с пользою хотя бы позорною смертью".

Но, одного сильного характера мало: нужно, чтобы у человека сердце лежало к этому делу, а затем необходима и теоретическая подготовка в военном деле. "Желательно, говорит Давыдов, чтобы начальник партии не был чужд и правил стратегии, дабы, умея предузнать взаимные движения воюющих сторон мог бы приноравливать к ним движения своей партии".

Наконец, начальник партии должен пользоваться полным доверием и преданностью своих подчиненных. Доверие это должно доходить до такой степени, чтобы солдаты были проникнуты убеждением в целесообразности всех его требований, распоряжений и действий.

Военная история называет имена таких именно партизанов, к числу которых относятся Давыдов, Сеславин, Фигнер, Чернышев, Платов. Смелость Фигнера была изумительна. Он не раз бывал в Москве, занятой французами. Вооружал там же жителей. Устраивал на улицах засады и истреблял ночью французов, а днем, переодевшись во фрак, спокойно гулял в толпе и вызнавал, что было нужно. Он не раз бывал на биваках французов, переодеваясь то купцом, то бродягой, то французским офицером, поверяющим сторожевые посты.

В соответствии с важностью выбора начальника партии должен быть сделан и подбор всего личного состава, т.е. он должен состоять из расторопных, смелых и решительных людей.

Таковы общие условия успеха партизанских действий.

Из предыдущего видно, что быстрота в скрытность действий, необходимые во всех предприятиях партизанов требуют, чтобы

[223]

отряды и партии состояли преимущественно из конницы. Военная история дает нам мало примеров участья пехоты, но и в этих случаях ее садили на коней или на подводы, но и в этих?.

Способность современной конницы к действиям в пешем строю делает ее способной к работе при всякой обстановке. Участье пехоты возможно лишь тогда, когда часть ее формируется на месте партизанских действий, что возможно при участии в борьбе местного населения, а также в тех случаях, когда партизанские партии могут оставаться долгое время в известном районе.

К крупным конным отрядам может придаваться и артиллерия. Сила отряда - 500-3000 всадников.

Обращаясь к изучению самой работы партизанских партий из опыта войн прошлого можно извлечь следующие указания.

Перед выступлением в набег надо осмотреть партию с целью устранить всех слабых людей, которые не могли бы вынести усиленной работы. Затем, такому же осмотру подвергнуть и конский состав.

Во время самого набега важно освежать партию, по мере надобности лошадьми, которые брать реквизицонным порядком у местных жителей.

Обоз берется только вьючный, при чем больше, чем по одной вьючной лошади на 20 человек допускать не следует. Довольствие партии основывается на местных средствах, а в качестве неприкосновенного запаса следует иметь на двое суток хлеба и на сутки овса.

В снаряжение партии должны входить шанцевый инструмент и подрывное имущество.

Не только начальник партии, но и весь личный состав должен иметь карты, часы, бинокли, компасы, полевые книжки а у начальника партии должен быть денежный аванс, как для расплаты с жителями, так и для найма проводников и лазутчиков.

Если начальник партии не владеет языком местного населения, то нужно иметь в составе партии переводчика. В зависимости от величины партии при ней должен быть врач или хотя бы фельдшер для подачи помощи больным и раненым с запасом медицинских средств.

Если больные и раненые не могут выдержать перевозок, то они оставляются на попечении у жителей.

Строжайшая дисциплина в партии непременное условие успешности ее действий, так как без нее партизаны часто предаются грабежам, чем отталкивают от себя местных жителей

[224]

а иногда и гибнут. Так отряд партизана Фигнера погиб из-за отсутствия дисциплины.

Самое трудное для партизанской партии проникнуть в тыл противника. Понятно, что, если фланги его открыты, то стоит только скрыто и незаметно их обогнуть. Дело становится гораздо труднее, если приходится проникнуть через неприятельское расположение. В том и другом случае, однако, нужно иметь самые точные сведения о расположении ближайших частей противника, о характере и порядке исполнения сторожевой службы и о местности.

Если проникнуть в тыл удалось, то в дальнейшем необходимы быстрота и скрытность движения и искусное заметание следов.

Скорость движения, как показывает опыт прошлого, доходит от 50 до 120 вер. в сутки.

Затем при работе в тылу партизаны не должны оставаться на одном месте. Партизан Давыдов об этом говорит так: "лучшая позиция для партии есть непрерывное движение, не дозволяющее противнику знать место, где она находится, при чем необходима неусыпная бдительность часовых и разъездов". Разведывание о противнике должно вестись непрерывно на большом расстоянии всеми к тому средствами, дабы начальник всегда имел точные сведения о всем происходящем в районе своего действия, иначе партия не будет обеспечена от нападения.

Выступая с привала и ночлега, проходя большие населенные пункты, обыкновенно начинают движение не в том направлении, в котором предполагается двигаться, а затем, скрывшись из посторонних глаз, партия околицей, выбирается на свой настоящий путь. Это движение зигзагами определяет и выбор дорог. Держаться все время одной, а особенно, большой дороги, партизану нельзя. Обыкновенно приходится переходить с одного пути на другой и даже менять хорошую дорогу на малую, глухую, пробираться трущобами, урочищами и, только скрыв свой след, выйти снова на хорошую дорогу.

[225]

Распускание ложных слухов о направлении движения достигается путем расспроса местных жителей о дорогах, ведущих в обратную сторону. Полезно прибегать к посылке даже ложных телеграмм или умышленной утери ложных распоряжений. Кроме того полезно высылать особые партии с целью привлечения к ним внимания противника.

Применение всех этих указаний наглядно будет видно из примера набега известного партизана Чернышева (см. схему № 61), на Кассель.

Переправясь через Эльбу близ Акена с отрядом в 2300 коней при 6 орудиях, Чернышев расположился у Бернбурга. Нужно было скрыть направление дальнейшего движения, развлечь внимание противника, занимавшего разные пункты на левом берегу Эльбы и собрать необходимые сведения. С этой целью Чернышев выслал более и менее сильные разъезды к Битерфельду, Делигу, Галле, Кверфурту, Эйнгебену, Эгольду. Из этого видно, что партии были высланы по кругу в 50-60 в. радиусом.

Одной из партией в 80 казаков, под начальством ротмистра Фобеки, удалось напасть врасплох на Кверфурт, отстоящий от Бернбурга на 50 в. и захватить там 40 офицеров и 500 солдат.

Выступив из Бернбурга 12-го сентября через Эйслебен, на следующий день Чернышев был в Розлу. Здесь он получил известие, что вестфальский отряд Бастинелера, выдвинутый из Касселя, стоит на его пути в Гейлингенштадте, имея аванпосты

[226]

у Нордгаузена. Тогда Чернышев с целью маскировать свое движение, направляет к Нордгаузену сильную партию с приказанием извести демонстрацию и отойти потом к Зондергаузену, а сам, свернув с большой дороги влево, двигается окольным путем в обход неприятельского отряда по крайне тяжелой дороге на Зондергаузен к Мюльгаузену, куда и прибывает утром 15-го.

В продолжение этого перехода были распускаемы слухи о движении якобы значительного союзного корпуса вслед за отрядом Чернышева, который выдавал себя за авангард главных сил этого корпуса. Чернышев приказал везде по пути заготовлять для них припасы, и задерживать всех проезжающих, которые могли бы дать сведения о движении отряда. 15-го же отряд выступил из Мюльгаузена и, совершив 80 верстный переход через Ванфрид, Эшвеге, Вальдекапель, 16-го прибыл к Касселю.

В частности отряд Чернышева двигался следующим образом: войска останавливались на ночлег на самое короткое время в местах, удаленных от всякого жилья. Когда же приходилось останавливаться на привалах в местечках или деревнях, отряд оцеплял их цепью постов, не позволявших никому из жителей выходить из селения.

Проводникам не говорили о действительной цели похода и у них расспрашивали о таких дорогах, по которым двигаться и не предполагалось.

В этом набеге "Чернышев шел со средней скоростью 50 верст в сутки. Понятно, что эта скорость не может служить обязательной нормой. Чем меньше опасность, тем меньше переход и наоборот.

Мы уже говорили, что партизану редко приходится останавливаться на ночлег в населенном пункте, а большею частью лишь в урочищах. Если же необходимо дать отдых людям под крышей, то должны быть приняты все меры предосторожности и зоркого наблюдения за населением.

При движении партизаны уничтожают встречные телеграфные линии, портят попутно железнодорожные и вообще производят разрушения, которые могут затруднить сообщение в тылу армии противника. Так как предметами действий партизанов, являются различные сооружения и учреждения в тылу армии, то ясно, что они должны взбегать вступления в бой с войсками противника. При встрече с разъездами противника надо захватывать их целиком, дабы кто-либо из его состава не мог дать сведения о движении партизанов.

[227]

Однако, если без боя невозможно исполнить своей задачи, то прибегать к нему приходится. Необходимо это бывает при нападении на железные дороги, транспорты, этапы и т.п.

Характерной особенностью боя партизанов должно быть скрытое приближение и быстрое, энергичное нападение.

Кроме этих двух основных требований при налете партизаны должны сразу же атаковать противника с разных сторон, выставляя заслон в том направлении, откуда к противнику могут подойти подкрепления.

В случае неудачи партизаны применяют отступление в рассыпную, т.е. предоставлялось каждому отходить в произвольном направлении, а затем они собирались на заранее указанный сборный пункт.

Краткость изложении не позволяет нам остановиться на изучении примеров из войн прошлого. Приемы старых партизанов сохранили свою силу и ныне. Значение же партизанских действий ныне, когда армии живут не на средства страны, а должны обосновывать свое продовольствие главным образом на подвозе, возросло еще больше.

Развитие авиации дает нам право высказать мысль, что в помощь коннице ныне появился новый вид партизанов в воздухе, т.е. аэропланы, которые могут выполнять те же задачи, нападая на железные дороги, станции, склады, транспорты в тылу армии противника, причиняя сбрасыванием бомб неисчислимые бедствия.

[228]

Техника дает в руки партизанов средство поддерживать связь со своей армией посредством радиотелеграфа и тех же самолетов. Вот почему необходимо и ныне серьезно изучать историю партизанских действий, вводя в уроки прошлого лишь те коррективы, которые требуют успеха техники.

В заключение мы приведем весьма поучительный пример действий партизанского отряда Девета, в англо-бурской войне 1900-1901 г. г. (см. схему № 62). Англичане под начальством лорда Роберта с 3 пехотными и одной кавалерийской дивизией наступали по дороге Блюмфонтейн-Претория, оттесняя буров на Преторию. Две их дивизии находились на этапной линии севернее Блюмфонтейна, две другие прикрывали район операций с востока и еще две (Метуена и Кольвиля), действовали по поддержанию спокойствия в стране. В общем 38.000 англичан выставлены были для действия в поле, а 45.000 прикрывали сообщение с тылом. Под начальством Девета находилось всего?00 конных буров с 5 орудиями. С этими силами он беспокоил дивизию Кольвиля во время перехода ее из Фентерсбурга через Линдлей и Хейльброн.

27 мая в Линдлее к дивизии Кольвиля должен был присоединиться вышедший из Кронштадта отряд в составе 500 человек под командой полковника Спрагге. Однако последний в Линдлее дивизии уже не застал и в тот же день после полудня был окружен Деветом. Тем не менее ему удается при помощи гелиографа и высланных гонцов войти в сношение с дивизией Кольвиля в Хейльборне и с передовыми частями дивизии Метуена, достигшим в этот день Кронштадта. Несмотря на то, что Метуэн двинулся с возможной скоростью к нему на выручку, отряд был принужден 31-го мая сдаться.

Овладев вновь Линдлеем, лорд Метуэн поспешил дальше к Хейльборну для того, чтобы подвезти продовольствие дивизии Кольвиля, остановившейся в бездействии вследствие недостатка продовольствия. 7-го он достигает Хейльборна с потерей одной только продовольственной колонны в 55 повозок с прикрытием в 160 человек, попавшей в руки Девета. Этот последний делает неудачное нападение на главный этапный пункт севернее Кронштадта, затем окружает на одном холме у Роодеваля баталион милиции, который потеряв 7 офицеров и 160 солдат, сдается в плен (7-го июня).

Вслед за тем бурами уничтожается железнодорожный поезд, нагруженный военными материалами и боевыми припасами. Три

[229]

дня остается Девет у железной дороги разрушая ее и разгоняя партии рабочих.

Из Блюмфонтейна и попавшей тем временем в руки англичан Претории высылается отряд войск. Метуэн также двинулся из Хельборна к железной дороге.

Девет видит себя окруженным со всех сторон. Однако, благодаря переданному лорду Метуэну ложному известию о взятии Кронштадта, заставившему его свернуть в сторону, Девету удается тем временем уйти со своим отрядом к западу.

Помимо уничтожения запасов и удержания в тылу армии значительных сил, в руки Девета попало с 27-го мая по 7-е июня 1500 человек.

[230]