В поисках приюта и возможности заработать на хлеб насущный, русские эмигранты - и в их числe Кирасиры Его Величества, - как щепки после кораблекрушения, понеслись по мирскому океану, вдобавок взбаламученному еще послe только что закончившейся мировой войны.

Казалось бы они должны были - при полной неподготовленности к какой либо специальной работе, всюду чуждые, стесняемые местными законами об охране труда неминуемо пойти на дно.

Думается, что это и произошло бы с представителями иных народов, в подобном положеньи.

[353]

Но вот прошло свыше двадцати трех лет; и что же? - Русская эмиграция, в массе, осталась плыть по верху житейского моря, на достаточно высоком моральном и материальном уровне.

Большинство офицеров - Кирасир Е. В. - осело во Франции.

Первым приехал сюда Н. В. Молоствов, вызванный его матерью. В начале 1921 -го года прибывает из Бизерты С. Л. Сафонов.

Усилиями первых, прибывших во Францию офицеров - Парижу суждено было стать главным центром Объединения полка.

В 1921 году приезжают А. С. Бразоль, Римский-Корсаков, П. Г. Старженецкий-Лаппа.

Каждый из вновь прибывающих неизменно находил поддержку со стороны ранее приехавших. Поддержка эта выражалась не только в моральной, но и в материальной помощи.

По приезде подыскивалась временная работа. В то же время шла подготовка к экзамену на право стать шоффером такси.

Ежемесячно, в первые пятницы, Кирасиры Е. В. собирались вместе, на товарищеский обед.

В 1924 г. прибыли в Париж кн. Бекович-Черкасский, Д. Н. Измайлов и В. А. Димитриев.

Общим постановлением гг. офицеров, полк. Старженецкий-Лаппа принимает на себя обязанности "Старшего Полковника Объединения". По этому случаю и из-за приезда полкового командира, коллективная жизнь офицеров полка приобретает более твердые устои. Основана Касса Взаимопомощи (при ежемесячном взносе в 11 фр.). Выработан Устав Объединения.

Постоянную моральную и материальную поддержку приносил проживающей в Америке ген. кн. Кантакузин.

Тем временем большинство офицеров Императорской Гвардии, оставалось пока что на жительстве в Югославии, главным образом в Белграде.

[354]

Закончилась открытая борьба, но не была потеряна вера в Poccию, в ее грядущее возрождение. Верили твердо, что Гвардии еще придется сыграть историческую роль Е дальнейших судьбах Родины.

Дабы сохранить спайку и исторические традиции, возникло стремление к Объединению Гвардии, сначала по полкам, а затем к общему.

Для выработки единства взглядов в понимании задач текущего момента и объединения деятельности гвардейских офицеров в Югославии, стали время от времени собираться представители полковых союзов. В конце 1921 г. Объединение Гвардии было оформлено. Во главе его стал ген. Лехович, остававшийся на этом посту до июля 1924-го года.

1 марта 1922 г. в Югославию прибыл ген. бар. Врангель. Был основан им "Совет объединенных офицерских организаций". Гвардия находилась в тесном сотрудничестве с этим советом, но сохраняла вполне самостоятельное положение.

В 1924 г., по призыву представителей гвардейских союзов во главе Обще-Гвард. Объединения стал ген.-адъют. Безобразов. 13-го апреля он прибыл в Белград и ему устроена была торжественная встреча в обширном зале ресторана "Русская Семья".

Ген. Безобразов внес решительное изменение в организацию Гвардии, - он приступил к формированию скрытых боевых кадров полков и высших соединений, с подчинением их Великому Князю Николаю Николаевичу.

Последующие события на Родине и общая международная ситуация, а также разсеяние гвардейцев по многим странам и их жизнь показали, что такой скрыто-строевой вид Объединений не жизненен.

В это же время началась сильная тяга русских во Францию и отчасти в другие страны. Белград стал пустеть. Центр переносился в Париж.

Здесь также наблюдалось тяготение к объединению офицеров Гвардии.

[355]

Инициативная группа, из гвардейских генералов, 6-го апреля 1924 года собрала первое общее собрание гвардейцев, на которое прибыло 150 человек.

К этому времени существовали уже в Париже Объединения всех отдельных частей.

После двух заседаний представителей полковых союзов, 30 июля 1924 г., Гвардейское Объединение во Франции сформировалось. Были избраны: почетным председателем ген.-адьютант Безобразов, секретарем полк. Шпигель. Было выработано временное положение.

На заседании 21-го октября 1924 года, был принят проект устава. Целями были поставлены: 1) Поддержание всесторонней связи между собою, 2) согласование решений и действий по общим вопросам, 3) взаимную поддержку. Примечание к пункту 3-му: "В Объединение могут входить гвард. организации, находящиеся и в других странах".

16-го ноября 1924 года, возглавление всех военных организаций принял на себя Великий Князь Николай Николаевич.

На собрании представителей Гвардии, 25.XI. 1924 г., в дололнение к Уставу был принят "Наказ Гвард. Объединения во Франции", пунктом первым которого: "Объединение предоставляет себя в полное распоряжение Верх. Главн-го, Вел. Кн. Николая Николаевича для борьбы за спасение Родины и возстановления в ней законной Монархии".

Получалось положение, при котором существовало два обще-гвард. Объединения в Югославии и во Франции, с различными несколько поставленными себе задачами и внутренним строем, но подчинившиеся оба Вел. Кн. Николаю Николаевичу и имевшие одного и того же председателя ген.-адъют. Безобразова (во Франции - почетного).

С целью унификации задач и строя Гвард. Объединения Вел. Князь установил что "организация гвард. частей с включением их в дивизии и корпуса несвоевременна и не соответствует настоящим обстоятельствам, полагая, что в данное время более соответствующей яв-

[356]

ляеся организация на болee скромных началах". Одновременно, Вел. Князь назначил генерала фон Кауфман Туркестанского председателем Гвардейск. Объединения.

Таким образом превалирующее значение получало с его задачами и внутренним строем Гвардейское Объединение в Париже.

На замену прежней организации в Белграде было сформировано совещание старших представителей Гвардии, по два от каждаго рода войск.

В 1926 г., с кончиной Великого Князя, Гвардейское Объединение вновь заняло вполне самостоятельное положение, входя лишь в тесную связь с иными офицерскими организациями.

В Париже постепенно собралось 22 офицера-кирасира Его Величества.

Большой радостью для них явился переезд во Францию старейшего кирасира Е. В. - ген. барона Штемпель, избранного Возглавляющим Полковое Объединение.

Едва Объединение Кирасир Его, Величества приняло стройную организацию, как созрело решение повергнуть к стопам Ее Императорского Величества Государыни Императрицы Марии Феодоровны свои верноподданнические чувства.

За подписью командира полка кн. Бековича-Черкасского или старшего полковника Старженецкого-Лаппа, а впоследствии возглавляющего Объединение ген. бар. Штемпель, посылались Ее Величеству телеграммы во дни рождения или тезоименитства, а также в день полкового праздника. Кроме того, в Дании состоял в должности гувернера у детей Великой Княгини Ксении Александровны корнет Ралгин, который лично поздравлял Государыню от полка и подносил Ей букет, перевитый полковыми лентами. Аналогичные телеграмы посылались Е. И. В. Великому Князю Николаю Николаевичу через состоявшего при нем адъютантом бывшего офицера полка полк. бар. фон Вольф.

Ея Величество и Великий Князь Главнокомандующий

[357]

отвечали высокомилостивыми телеграммами, которые и хранятся в музее полка.

В горестные дни кончины Ее Величества, полк. Сафонов, будучи секретарем Гвардейского Объединения, имея родственников в Копенгагене, смог поехать на погребение Государыни и от лица полка и Гвардейского Объединения присутствовать на отпевании, возложить венок на гроб Императрицы, и выразить соболезнование Их Императорским Высочествам Вел. Княгиням Ксении и Ольге Александровнам, которые просили благодарить гг. офицеров полка за выраженное участие.

Между прочим, Вел. Кн. Ксения Александровна тогда же сказала полк. Сафонову, что в личной библиотеке английской Королевы имеется экземпляр Истории Кирасир Его Величества (состав. Волынским) и обещала при первой возможности ее разыскать и прислать в полк. Полк. Сафоновым было подробно описано, отпечатано и разослано всем группам Объединения и отдельным гг. офицерам описание его пребывания в Дании и участия в погребении Государыни Императрицы.

После кончины Е. И. В. Великого Князя Николая Николаевича от гг. офицеров полка была послана телеграмма Великой Княгине Анастасии Николаевне. Кроме того полк принял участие в сооружении мраморной доски-памятника Августейшему Главнокомандующему.

Полк получал поздравления от последнего Главнокомандующего вооруженными силами Юга России ген.-лейтенанта бар. Врангель.

Во время отпевания почившего Вождя Белой Армии в Брюсселе присутствовали офицеры полка бельгийской группы во главе с полк. кн. Девлет-Кильдеевым, а в почетном карауле у гроба стоял подполк. кн. Черкасский.

Осенью 1925 г., в Париже в громадном зале ресторана "Жардэн д-Акклиматасион" состоялся первый обще-гвардейский обед, привлекший много офицеров (около 300 челов.). Mногиe встречались впервые за долгие годы разлуки. Обед прошел очень оживленно и с большим подъемом. Затем в январе 1930 года (чуть не в день

[358]

похищения ген. Кутепова), был общий завтрак (во французском ресторане на бул. Тампль), на котором присутствовал Великий Князь Борис Владимгрович. От полка присутствовало 7 офицеров.

В началe февраля 1935 года, в Собрании Галлиполийцев, офицеры Гвардии объединились снова. Завтрак посетили Вел. Кн. Андрей Владимирович и Князь Гавриил Константинович. МЕСТО скончавшегося ген. Кауфман-Туркестанского занимал ген. Лехович (Гвард. полевой артилл.). Наш полк был представлен 8 офицерами во главе с командиром полка. Под звуки трубачей гг. офицеры усиленно объединялись, завтрак прошел прекрасно.

Кроме Обще-Гвардейских объединений Кирасиры Его Величества принимали участие в празднованы 200-летнего юбилея Л.-Гв. Измайловскаго полка (поднесли серебряную чарку с надписью), 200-летия Конной Гвардии (адрес от полка) и 200-летия памяти великого Суворова - торжественное собрание (на авеню д-Иена), организованное офицерами Петровской бригады.

Несмотря на все превратности жизни в чужой стране, в постоянной заботе о "хлебе насущном", без надежд на близкое возвращение на Родину, никто не пал духом. Соответствующий старым традициям полка принцип взаимной материальной и моральной поддержки всегда строго соблюдался и соблюдается однополчанами.

За время пребывания в Парижe, кирасирская семья пополнилась 7 полковыми дамами. Образование новых "семейных очагов", гостеприимно и радушно раскрывших свои двери всем однополчанам только укрепило единение и дружеское общение в часы досуга. За невинным бриджем, стаканом вина или чашкой чая, офицеры полка отрешались на время от повседневных, нудных забот. Присутствие в полковой семье доблестного последнего командира полка кн. Бекович-Черкасского и княгини, с их неизменно сердечным отношением и вниманием к офицерам полка, не могло также не способствовать еще большей спайке нашей полковой семьи. Офице-

[359]

ры полка, живущие во Франции, прилагают также все усилия для поддержания связи со своими однополчанами, проживающими в других странах.

По доброй, старой традиции, со времен Царского Села, где каждую пятницу (первую в месяце), всe гг. офицеры присутствовали на обеде в Собрании - решено и постановлено продолжать собираться каждый месяц в первую пятницу на обед. Первые годы эмиграции, когда вся парижская группа состояла из 3 или 4 человек - встречи носили случайный характер, но уже с 1925 года ежемесячные обеды, за редким исключением, происходят уже регулярно. Хозяином Собрания является корнет фон Вальц.

Лишь в августе, ввиду разъезда большинства офицеров в отпуска из Парижа, встреч обычно не бывает.

Сначала собирались в ресторане "Эколь Милитэр", а после его закрытия, в русоких ресторанах, где имеется отдельный зал, чтобы можно было без помехи поговорить о полковых делах, вспомнить доброе старое время и посидеть за стаканом вина. К сожалению, выбор ресторана был очень труден: или плохо кормили, или выходило дорого. Пробовали французские, но в небольших ресторанах нет отдельных кабинетов, надо рано расходиться, да, кроме того, заранee сказать сколько человек будет присутствовать - невозможно, так как многие, особенно шофферы, связанные характером работы, приезжали когда могли. Последние годы, благодаря любезности полк. Сафонова, полк. Бразоль и ротм. Заливского, - оказалось возможно иногда собираться у них на квартирах. Это давало много плюсов: симпатичная, уютная обстановка, отсутствие чужих, возможность сидеть до любого часа и даже поиграть в бридж. Правда, был и минус - приходилось безпокоить дам - им было, конечно, много хлопот и работы. В виде исключения на обеды приглашались посторонние лица напр. ген. Ознобишин, сделавший пожертвование в музей полка.

К моменту выхода III-го тома, таких полковых со-

[360]

браний и встреч состоялось в Париже двести двадцать пять.

Второй по многочисленности группой является бельгийская, возглавляемая князем Н. М. Девлет-Кильдеевым и состоящая из 8 офицеров. Группа находится в постоянном общении друг с другом, а также с однополчанами, проживающими в Париже.

Пять офицеров проживает в Сербии. Жизнь здесь тяжелее, чем в иных странах, что лишает возможности часто встречаться между собой и поддерживать связь с центром полка.

Кроме того - 3 офицера проживают в Сев. Америке, 1 в Румынии, 1 в Финляндии и 1 в Турции.

[361]

В заветный день полкового праздника, Кирасиры Е. В, собираются повсюду неизменно вместе - помолиться в Храм Божий, а затем на общую товарищескую трапезу.

В Париже, к часу дня 21-го июня по ст. ст., с семьями, собираются в русскую церковь на "Ню Дарю".

Служится молебен с поминовением Державных Шефов, Августейших однополчан, и кирасир "За Веру, Царя и Отечество" на полe брани живот свой положивших, в смуте убиенных и в мире скончавшихся; увы, в список этот прибавляются все новые и новые имена. После молебна дамам подносятся букеты цветов и тут же, во дворe церкви, снимаемся группой. Затем дамы собираются у кого нибудь из дам же завтракать, а мы, офицеры, направляемся в ресторан, где уже заказан обед. Первый тост за Российский Императорский Дом и за полк.

Секретарь читает многочисленные поздравления от Лиц Императорской Фамилии, от офицеров полка, находящихся в других странах, от Полковых Объединений Войск Гвардии.

Чередуются речи, поднимается настроение. Но веселие это все же не настоящее, тоска гложетъ сердца и почти каждый тостъ заканчивается надеждой дожить до того радостного дня, когда Кирасиры Его Величества в родном Царском Селе вновь представятся перед своим Государем и заслужат Его Царское Спасибо.

Только начало крепнуть Объединение в Париже, как вскоре зародилась мысль собрать и сохранить все, что относилось к славному прошлому Кирасир Его Величества: фотографии, группы, гравюры, историю полка и предметы обмундирования.

Первый почин положил полк. Сафонов, получивший от ген. Ознобишина с десяток гравюр (через полк. Скуратова). Затем ротм. Розеншильд-Паулин посчастливилось увидеть у г-жи Ковалевской, сестры нашего бывшего офицера шт.-ротм. Лишина (убитого в 1915 г., в Великой войне), целый ряд фотографий парадов полка и гравюр - все это было переснято, и положено на-

[362]

чало к основанию музея. Ротм. Розеншильд был назначен заведующим музеем. Надлежало разыскивать и приобретать все, что относилось к полку. Трудное это дело, конечно, особенно при отсутствии необходимых средств. Случайно узнав адрес нашего бывшего офицера, живущего в Финляндии полк. В. В. Целебровского, - зав. музеем написал ему письмо, - в результате получили от него в дар музею полка: Историю полка Туган-Мирза-Барановского, 1887 года, и палаш. Куплена очень интересная памятка Кирасира, изд. 1854 г., последняя история полка, ред. поруч. Волынского (Юбилейная - 1902 г.), а также несколько гравюр и рисунков. Полк. Кучин прислал 180 негативов - снимки из жизни полка в Великую войну. Из этих фотографий вышел очень интересный альбом. Ген. Ознобишин подарил полку каску и альбом (25 листов) обмундирований полка с 1702-1860 год, прекрасные гравюры в красках (приложение к Истории полка).

По приказание Вел. Кн. Димитрия Павловича от полк. Конной Гвардии Козлянинова получено 6 фотографий с тарелок Гофмаршальского сервиза, изображающие Кирасир Его Величества. (Собств. Великаго Князя).

Таким образом, общими усилиями, при минимальных затратах, собралась хорошая коллекция гравюр. Есть немало фотографий, как из мирного, так и военного времени. Три истории-памятки полка Кирасир Его Величества находятся в музеее.

Кавалергард В. Н. Бибиков передал в музей вывезенные им из Гатчинского и Царскосельского дворцов ценные фотографии из жизни полка.

Мы все верили и верим, что рано или поздно Россия возстанет в своем чистом национальном обликe. В этот радостный час, нас всех призовут к ответу: что у вас есть предъявить? чем реальным вы доказали свою двйственную любовь и преданность Родинe и к своим старым, незабвенным родным полкам?

[363]

Вместе с тем немало горечи мы переживали от всего того, что выливалось несправедливого на старую Русскую армию, что касается ее участия в Мировой войне.

Своим долгом мы сочли увековечить истинную боевую жертвенную работу наших родных полков, путем издания печатных трудов - письменных памятников.

По предложению генерала князя А.Н. Эристова, 06 декабря 1931 года, офицеры гвардейской конницы, занимавшиеся и интересовавшиеся историей ее участия в Великой войне, собрались на частное собрание. Приводим его протокол:

[364]

С весны 1932 года начался цикл докладов. Первый был прочитан полковником Бобриковым (Конной Гвардии), на квартире родственника Г.А. Гоштовта (Кирасира Ея Величества). Он начал лекцию с момента мобилизации Гвардейской кавалерии и обрисовал политическую обстановку, предшествовавшую войне 1914 года. Следующие несколько докладов были прочитаны в зале отеля "Калифорния", (помещение было получено через полковника Пржебяно, Кирасир Ея Величества). С середины 1932 года доклады имели место в Галлиполийском собрании. Большинство кирасир Е.В. посещало эти исторические собрания и у всех остались самые лучшие воспоминания, как о делаемых на них сообщениях, так и о той симпатичной, дружеской обстановке, в которой они происходили.

В июле 1932 года был организован обед офицеров

[365]

гвард. конницы, прошедший необычайно дружно и оживленно.

В июне 1933 г. такой обед и с тем же успехом был повторен.

Таких собранш прошло двадцать два. Много воскресших воспоминаний было записано... Многими иными, данными обменялись полк. объединешя... Была налажена связь с германскими частями, дравшимися против Гвард. конницы. От них получены были интереснейшие документальные данные...

Осенью 1934 г. скончался ген. фон Кауфман Туркестанский. На посту председателя Гвард. Объединения его сменил ген. Лехович.

На первом же собрании представителей Гвардии, им собранном, выражено было настоятельное пожелание расширить военно-историческую работу гвард. конницы на всю Гвардию. Здесь же была сформирована историческ. комиссия Гвард. Объединения. Председателем ее был избран ген. А. А. Гулевич, секретарем Г. А. Гоштовт.

Собрания с сообщениями о Великой войне стали общегвардейскими. Гвард. пехоте и артиллерии удалось издать значительное количество печатных трудов.

Участие в их исторической работе офицеров гвард. кавалерии было принято с большой признательностью и не раз отмечено, как например, в протоколe общего собрания Историч. Комиссии Гвард. Объединения 20-го марта 1937 г.: "...При этом (председатель) подчеркнул то обстоятельство, что в большинстве своем, состоя из офицеров гвард. кавалерии, секретарь и его сотрудники несут свою сложную работу для использования ее главным образом частями гвард. пехоты и артиллерии. В этом примере ген. Гулевич видит лишнее доказательство тех чувств единения и взаимной поддержки, что неизменно господствовали и господствуют в отношениях между гвардейскими частями..."

В № 26 журнала "Финляндец" мы находим в статье Б. Сергеева:

[366]

В полковом Объединении Кирасир Е. В., в Парижской группе, было решено приложить все усилия, дабы увековечить жертвенный период боевого служения родного полка в Мировой войне и в Белом Движении. Была избрана историческая комиссия в составе С. Л. Сафонова, А. В. Каменского и В. А. Розеншильд-Паулин.

Кирасир Ее В., Г. А. Гоштовт взялся составить и написать историю участия полка в Великой войне.

Дружной совместной работой однополчан, благодаря сохранившимся ценным документам, в виде подлинного боевого дневника № 3-го эскадрона, (который вел А. С. Бразоль), воспоминаньям ротмистра Ломакина (написанным в конце 1916 года, доведенным до марта 1915 года), и запискам подполк. князя И. М. Черкасского (о действиях л.-эск-на в гражданской войне), с Божьей помощью, удалось историю написать.

В 1938 г. напечатан был I-й том, в 1942 г. - II-й.

С выпуском сего последнего III-го тома наша историческая миссия и наш долг по отношению к старому, незабвенному родному полку выполнены.

"Ныне отпущаеши...".

[367]