Русская армия в Первой мировой войне
Архив проекта -> Сражение при Горлице-Тарнов 2-6 мая 1915 г. -> VI. Подготовка к наступлению.
Русская армия в Великой войне: Сражение при Горлице-Тарнов 2-6 мая 1915 г.

VI.
Подготовка к наступлению

Схема 2 (приложение I).
Штаб 11-й армии

16 апреля генерал фон-Макензен со своим штабом прибыл в Ней-Зандец. Ему предстояла трудная задача. Превосходящий его количественно противник занимал сильно укрепленную позицию. После прорыва этой позиции наступление надо было продолжать немедленно, действуя против сообщений неприятельских армий, стоявших фронтом на юг, вдоль Карпатского хребта. Первая часть этой операции могла быть выполнена успешно только с хорошими войсками, снабженными сильными боевыми средствами; еще большего требовалось от наступления, которое должно было начаться после прорыва позиции. Возникающая непосредственно после прорыва угроза с флангов требовала от соседних армий дальнейших активных действий. Наконец, характер театра военных действий требовал изменения всей службы снабжения.
Наступление должно было застать противника врасплох. Если бы русскому верховному главнокомандующему удалось подвести к району наступления большие силы из своих резервов, несмотря на предыдущие потери, еще многочисленных, то успех боя был бы гадательный. Это обстоятельство усиливало необходимость держать вплоть до последнего момента весь план операции в тайне. Вследствие этого перевозка войск производилась настолько поздно, насколько допускали условия, причем вначале войска везли по различным дорогам для того, чтобы противник не имел возможности сделать определенные заключения.
[58]
Мнение шведских авторов о численном превосходстве и многочисленности резервов с русской стороны, а также о сильном укреплении ее позиций расходится со сведениями, помещенными в труде Бонч-Бруевича «Потеря Галиции».
Высшие штабы вместе с командами разведчиков прибывали с первыми эшелонами. Командующий армией, посвятивший предыдущие дни изучению поставленной ему задачи, подкрепляя это изучение немедленно предпринятым ознакомлением с местностью, 25-го апреля, по прибытии штабов корпусов и дивизий, издал приказ, в котором были изложены частью указания о смене австро-венгерских войск, каковую 1-я баварская дивизия должна была произвести 27-го в 10 ч. утра, а остальные части — 28-го в тот же час. Кроме того, в нем были указаны разграничительные линии между отдельными армейскими корпусами и распоряжения по распределению артиллерии усиления. В то же время он дал определенные указания относительно разведывания и пр. При каждом армейском корпусе надо было назначить начальника артиллерии корпуса, который прежде всего должен был, совместно с соответствующими пехотными начальниками, руководить согласованным артиллерийским разведыванием, объединением действий артиллерии и управлением огнем. Затем каждому армейскому корпусу указаны были участки, служившие целью наступления соседних корпусов, которые надо было стремиться фланкировать настильным артиллерийским огнем. Наконец, подчеркивалось, что артиллерийские позиции следовало выбирать таким образом, чтобы с них можно было обстреливать также тыловые оборонительные линии противника. Обнаруженные неприятельские батареи требовалось немедленно подавлять огнем артиллерии, находившейся в то время на позициях.
Несмотря на то, что времени было не слишком много, и несмотря на особые затруднения, являвшиеся следствием пестрого состава 11-й армии, подготовительная работа была закон-
[59]
чена без особых трений. Офицеры генерального штаба и представители от пехоты, артиллерии и инженерных войск, при наличии взаимного осведомления, изучили позицию противника, причем особенное внимание было обращено на расположение искусственных препятствий и на характер расположения артиллерийских орудий и пулеметов, установленных в передовых оборонительных линиях. Чтобы не возбуждать внимания противника, необходимо было избегать усиления деятельности в воздухе; тем не менее, были сделаны воздушные снимки тех участков русских позиций, которые находились в районе наступления. Путем совместной работы различных родов войск была незаметно произведена рекогносцировка местности, на которой должно было происходить наступление, а также рекогносцировка австрийских позиций и путей, ведущих к району сосредоточения».
Результаты разведывания собирались и сопоставлялись в штабе армии. На основании полученных данных, в течение 26 — 28 апреля издавались приказы и давались указания о наступлении, а также о совместных действиях с 3-й австрийской армией.
27-го апреля были даны следующие «основные указания для наступления».
Ней-Зандец, 20 апреля 1915 г.
I a № 117, секретно 11-я армия.
ОСНОВНЫЕ ДИРЕКТИВЫ ДЛЯ НАСТУПЛЕНИЯ
Для того чтобы наступление 11-й армии могло достигнуть своей цели, оно должно быть выполнено быстро. Это вообще необходимо и по оперативным причинам; кроме того, естественно, что единственную гарантию против возможного сопротивления со стороны противника на тыловых позициях и планомерного введения более сильных резервов могла дать также только быстрота наступления. Поэтому все начальники должны стремиться к тому, чтобы непрерывно поддерживать активность наступления («in dauerndem Fluss halten») в соответствующих районах. Этого можно достигнуть двумя средствами: глубоким построением наступающей пехоты и быстрым использованием действия артиллерийского огня. Вследствие этого я не могу давать наступающим армейским корпусам и дивизиям вполне определенных заданий на каждый день и тем самым препятство-
[60]
вать им продвигаться больше вперед, если бы это оказалось возможным.
С другой стороны все же требуется, чтобы постоянно была обеспечена объединенность действий в наступлении армии. Нельзя ожидать, что наступление пойдет однообразно по всему фронту. Наличие необходимости поворота фронта, направленного первоначально на северо-восток, к востоку уже предрешает для левого фланга более длинный путь. Более быстрое продвижение на одном из участков фронта часто облегчает наступление на других, где условия более тяжелы и где продвижение, может быть и случайно, задержалось; в особенности это относится к тем случаям, когда глубокое построение даст возможность направить войска во фланг, для поддержки соседних частей. Между тем группа, которой удастся занять территорию, сама подвергается опасности быть фланкированной. Скорее всего получит отпор как раз та группа, которая, вследствие своего быстрого продвижения, меньше всего этого заслуживает. Это обстоятельство вынуждает меня указать те линии, которых желательно было бы достичь согласованно и, по возможности, одновременно. Однако, войска не должны себя этим связывать в случае, если для них окажется возможным общими усилиями добиться большего продвижения. Каждое такое дополнительное достижение при наступлении будет принято мною с благодарностью, и я сумею его оценить. При указанных условиях представляется необходимым, чтобы корпуса и дивизии поддерживали необходимую связь с соседними войсковыми частями, не только телефонную, но и через офицеров. Затем командиры корпусов и непосредственно подчиненные мне начальники дивизий должны вменить себе в обязанность постоянно держать меня в известности относительно хода боевых действий для того, чтобы я был в состоянии выравнивать различные участки фронта и, сообразуясь с положением, мог бы подводить и вводить в бой мои резервы.
Ф.-Макензен.
29-го апреля был отдан приказ по армии о прорыве, объединяющий те распоряжения, которые уже были постепенно даны командирам корпусов и начальникам дивизий, согласно с данными, добытыми разведкой.
[61]
Как уже указывалось выше, (стр. 36) целью операции являлся прорыв русской позиции на участке Ропица Рус. — Горлица — Сташкувка — Ржепенник и наступление на Змигруд — Кола-
[62]
чице (к северу от Ясло); русскую главную позицию надо было взять общим наступлением. Артиллерийскую пристрелку было назначено выполнить 1-го мая после полудня. В ночь с 1-го на 2-е было предположено тревожить противника ураганным огнем в точно назначенные часы; в промежутках между периодами огня пехоте было приказано закончить подготовку исходной позиции для штурма, а инженерным войскам — образовать проходы в заграждениях. Утром 2-го мая надлежало произвести артиллерийскую подготовку, а за ней непосредственно должен был следовать штурм пехоты по всему фронту армии.
Час штурма одинаковый для всей армии, командующий армией должен был назначить позже. Непосредственно после прорыва должно было начаться наступление в указанных районах и его надлежало довести до намеченной линии. Залогом его успеха должно было быть быстрое его выполнение, в той степени, как и согласованность в продвижении между соседними частями.
При условии своевременного переноса артиллерийского огня вперед и выдвижения батарей сопровождение казалось бы возможным завершить атаку и тыловых неприятельских позиций.
Ближайшей целью для дневного наступления (схема 2) была назначена линия высот: 693 (Пстражне) — 598 — 461 (Менцина)— 288 (Кобылянка) — Урвиско — 329 (323?) к северу от м. Глиник— течение ручья Мощанка —309 (к сев. зап. от фольв. Кроковский— 396 (Туржа) — 363 (к северо-востоку от Туржа)— 340 (к югу от Ржепенник Бискупи) — 366 (Калькувка) — 377 (к западу от м. Йодлувка Туховска). Наконец, командование обеими правофланговыми дивизиями было возложено на начальника 11-й баварской дивизии, генерал-лейтенанта фон-Кнейссль.
В тот же день, в 6 часов вечера, командующий армией издал следующий приказ по артиллерии.
«1. До момента открытия огня со всех командирских и наблюдательных пунктов должно вестись непрерывное разведывание
[63]
с целью выяснить даже детали неприятельской позиции, как напр., направление расположения и число стрелковых окопов и ходов сообщения, фланкирующие постройки, расположение пулеметов, блиндажи, характер и положение заграждений. Результат разведки отмечать на схеме местности в крупном масштабе; эта схема раздается всем войсковым частям (батареям, ротам).
2. Управление огнем организовать таким образом, чтобы наблюдаемый огонь можно было направлять против всех участков позиции противника. С начальниками бригад и с низшим командным составом поддерживается непрерывная связь. По мере того, как наступление пехоты продвигается вперед, управление огнем своевременно также продвигается таким образом, чтобы было возможно быстро направлять огонь против новых целей.
3. Пристрелку в тех районах обстрела, которые распределены между артиллерийскими группами, — особенно против важных пунктов в этих районах, — произвести 1-го мая, начиная с 3-х час, по корпусам, согласно распределению, сделанному начальником артиллерии. Чтобы не обнаружить раньше времени противнику план распределения огня, пристрелку производить также и по тем участкам позиции, которые, согласно с планом наступления, не предполагается брать штурмом. Обнаруженная артиллерия противника приводится к молчанию по возможности при помощи воздушного наблюдения.
4. В течение ночи с 1-го на 2-е мая по позиции противника дается несколько очередей беглого огня, с неправильными промежутками, с целью мешать работам по ее укреплению и восстановлению. Иногда такие работы могут обнаружить также наблюдатели, находящиеся в передовых пехотных линиях. Кроме того должны также сообщать, требуется ли содействие артиллерии для прикрытия пехоты при ее продвижении (к штурмуемой позиции). Следует обратить внимание на то, чтобы ночью орудия стреляли реже, и чтобы полученные в течение дня комплекты были пополнены. Для выполнения ближней разведки и для уничтожения заграждений саперами, во всей армии должен быть сделан перерыв в огне между 10-ю и 11-ю час. вечера и между 1-м и 3-мя час. ночи. Дальнобойным орудиям настильного огня тревожить в течение ночи противника в местах его расположения в населенных местностях.
5. 2-го мая в 6 час. утра начинается артиллерийская подготовка, продолжающаяся в течение четырех часов. При этом огонь всех орудий навесного действия направляется против расположения пехоты. С артиллерией противника борьба навесным огнем производится в той мере, насколько она ведет огонь против наступающей пехоты и поскольку действие орудий отлогого огня не оказывается достаточным. При штурме позиций противника особенное значение придается фланкирующим участкам. Так как передовые окопы вначале, вероятно, будут заняты слабыми силами, то особенно важно обстреливать также ходы сообщения
[64]
и тыловые стрелковые окопы на возможно большую глубину, а также и убежища. Там, где саперы и минометы не разрушат заграждений, это должна сделать артиллерия. Строения, расположенные вблизи пехотных позиций, должны быть разрушены; надо при этом иметь в виду, что обычно внутри и за строениями находятся сильные убежища. Пока позиции подготовляются к штурму, орудия отлогого огня направляют свой огонь против артиллерии противника и обстреливают местность и пути подхода в его тылу. Приблизительно за четверть часа до начала штурма эти орудия начинают переходить к обстрелу фланкирующим огнем указанных им участков позиций противника, а также местности за этими позициями.
6. С началом штурма огонь переносится вперед и регулируется в зависимости от продвижения пехоты. При этом те районы, где противник будет в состоянии оказать новое сопротивление, особенно принимаются во внимание. Русские имеют привычку в 40 — 50 метрах за линией огня держать наготове укрытые пулеметы, которыми они фланкируют в момент штурма. Вследствие этого представляется целесообразным выдвинуть как можно дальше вперед отдельные взводы, дав им задание бороться непосредственно с действующими пулеметами.
Против стреляющей артиллерии противника начинает действовать та батарея, которая ее обнаружила.»
По поводу приказа по артиллерии полезно отметить следующее:
К п. 1-му: Подобную организацию изучения местности и составления схем можно осуществить только при позиционных условиях войны. Не следует упускать из виду, что наши IX и X корпуса находились уже около 4-х месяцев на одних и тех же позициях. С германской стороны работала авиация, которой на русской стороне не было.
К п. 2-му. Не вполне ясно, что в данном случае подразумевалось под «наблюдаемым» огнем артиллерии; повидимому, такое ведение огня, когда данные для стрельбы могут корректироваться на основании наблюдения мест падения снарядов.
К п. 3-му. Идея осуществления пристрелки для данного случая накануне имеет много оснований, в особенности, если принять во внимание, что с 3-х часов дня солнце должно освещать русскую сторону, облегчая наблюдение с германской стороны и затрудняя его с русской.
К п. 4-му. Содействие артиллерии при продвижении пехоты, видимо, разумеет помощь при ночном сближении ее с противной стороной с целью занятия исходного положения для штурма.
К п. 5-му. Можно обратить внимание, что уничтожение искусственных препятствий возлагалось главным образом на сапер. Это, с одной стороны, дает повод думать, что в то время по крайней мере эта задача не возлагалась на артиллерию, а с другой, — что искусственные препятствия не были достаточно серьезны и были расположены только перед передней линией укреплений (о чем было указано и выше на стр. 56).
К п. 6-му. Предоставление каждой из батарей свободы действия по любой обнаруженной батарее противника свидетельствует, что организации борьбы с артиллерией противника не было.
В общем, насколько директивы ген Ф. Макензена и его приказ по армии оставляют весьма благоприятное впечатление своей ясностью, определенностью и краткостью, настолько приказ по артиллерии армии останавливает внимание помещением в нем детальных указаний такого
[65]
рода, которые казалось бы, прекрасно должны быть известны всем исполнителям из официальных уставов и наставлений.
Кому же не известно, что со всех «командирских и наблюдательных пунктов», раз только они существуют, «должно вестись непрерывное разведывание» наблюдение всех подробностей расположения противника (п. 1)? Разве возможно атаковать позицию противника, если по «всем ее участкам» нельзя вести «наблюдаемого огня» или без «непрерывной связи с командирами бригад и низшим командным составом» (п. 2)? Кому не известно, что «при штурме фланкирующие участки имеют особое значение» (п. 5); что «с началом штурма огонь переносится вперед в зависимости, от продвижения пехоты (п. 6); и т. п?
*
Генерал фон-Макензен счел себя вынужденным ограничить район наступления сравнительно узким фронтом — в 34 км. Согласно директивы высшего командования, первою целью наступления были назначены неприятельские коммуникационные линии, идущие к западу от Лупковского перевала. На основании данных, имевшихся к 25-му апреля, фронт наступления был сдвинут несколько к югу для того, чтобы избежать фланирующего огня против левого крыла со стороны русской артиллерии, расположенной на северном берегу р. Бяла.
Принимая во внимание слабые силы пехоты, можно, конечно, сказать, что было бы желательно еще более значительное сокращение фронта атаки. Оба правых корпуса были составлены из трех-полковых частей и фактически не могли осуществить в указанных районах построения для наступления настолько глубокие, чтобы можно было после прорыва продолжать его непрерывно («in dauerndem Fluss»). Между тем правое крыло армии надо было отвести ближе к северному склону Карпат для того, чтобы кратчайшим путем достичь цели наступления, при каковом условии и сокращении левого крыла с юга могла бы возникнуть опасность действительного окружения противника с севера» Та глубина, на которую надо было рассчитывать при ударе, находится в известном соотношении с шириной района наступления. Если бы в данном случае ее уменьшить, угрожала бы опасность, что успех, достигнутый на небольшом участке фронта, мог бы иметь лишь местное значение.
Итак, для наступления корпусам даны были значительные участки фронта: корпусу фон-Кнейссль (6 пех. полков) — 10 км, XL I резервному корпусу (6 пех. полков) — 9 км, VI австрийскому корпусу (9 пех. полк.) — 7 км и Гвардейскому и VI корпусу (8 пех. полк.) — 8 км. Сравнительно меньшие участки обоих левых корпусов, по отношению к их пехотным силам, обусловливались более длинными путями, которые им надо было пройти,
[66]
и предстоящей им, в связи с этим, более тяжелой работой; меньшее же протяжение участка Гвардейского корпуса обусловливалось требованием прикрытия фланга во время поворота, который необходимо было сделать при дальнейшем наступлении. Пришлось итти на риск растяжения частей на длинном фронте. Это оказалось допустимым благодаря качеству германских войск. Пока дело шло лишь о захвате передовой русской позиции и о продвижении в ее тыл. Но, если бы, как это и случилось в действительности, этот бой потребовал применения всех имеющихся в наличии сил пехоты непосредственно после прорыва позиции, не оставалось бы вовсе сил для того, чтобы можно было продолжать наступление «непрерывно» («in dauerndem Fluss»).
Из приказа командующего армией и указаний его относительно наступления вытекали те новые в некотором отношении принципы, которые предлагалось применять при наступлении.
Уже во время подготовки к наступлению совместное действие отдельных родов войск было организовано систематически. В разведке принимали участие представители командного состава и разведывательные органы пехоты, артиллерии, инженерных войск и авиационных частей, которые при постоянной взаимной ориентировке непрерывно держали под наблюдением позицию противника. На основании составленной в штабе армии сводки результатов разведки и докладов соответствующего низшего командного состава, вырабатывались планы наступления.
Артиллерия должна была быть расположена таким образом, чтобы позиции противника могли быть обстреляны во всю их глубину одновременно. Артиллерийская подготовка должна была предшествовать продвижению пехоты. Борьба с артиллерией начиналась с помощью воздушного наблюдения, в связи с пристрелкой по позициям пехоты. Против них в ночь перед наступлением надлежало открыть тревожащий огонь в то время, как орудия отлогого огня должны были обстреливать пути сообщения противника. Борьба с пехотой сосредоточивалась против пунктов прорыва и должна была вестись прежде всего орудиями навесного огня, между тем как одновременно батареям отлогого огня поручалось вести огонь против артиллерии противника и направлять его на его пути сообщения. В некоторых случаях артиллерия должна была также уничтожать искусственные препятствия. Непосредственно перед штурмом районы прорыва изолировались (окаймлялись) фланговым заградительным отлогим огнем (пушечным). Поддержка артиллерии во время штурма и после него должна была выражаться в наблюдаемом огне, согласованном с нуждами пехоты. В этом случае должна была применяться и артиллерия сопровождения.
[67]
Корпус фон-Кнейссль
Карта. Схема 3

Район наступления корпуса фон-Кнейссль ограничивался справа высотами, расположенными к северу от долины ручья, протекающего через Драгашув, слева — линией высот 295 (Ново-двор) — 278 (к юго-западу от Урвиско). Первой задачей корпуса было занять высоты — 693 (Пржегонина) — 461 (Менцина вкл.)— 554 (Замчиско) — Урвиско.
Приказ по корпусу о подготовке к операции был отдан 29-го апреля и содержал следующие главнейшие пункты:
«При наступлении я имею в виду направить главный удар против горы Замчиско (507 — 554) и северно-западного ее склона (312 — 334).
  • 1. 11-й баварской дивизии наступать главными силами на высоту 507, препятствуя частью ее контр-удару противника со стороны высоты 469 (Менцина Мл.); оставшийся участок позиции дивизии удерживать возможно меньшими силами.
  • 2. 119-й дивизии наступать рядом с 11-й баварской и своими частями противодействовать фланкированию противником нашего наступления с севера.
  • 3. Начальнику артиллерии корпуса расположить артиллерию таким образом, чтобы она могла решить следующие главные задачи:
    • а) окончательно подготовить к атаке все оборонительные линии и фланкирующие укрепления на вершине 507 и на ее северо-западном склоне, до в. 312;
    • б) препятствовать введению в бой противником резервов, в особенности по Менцинской долине и через рощицы, расположенные на горе Замчиско, а также со стороны высоты 469 (Менцина Мл.) и вершин, расположенных вокруг отм. 349 (Сокуль) к Сенкова;
    • в) препятствовать действию всякого фланкирующего огня, направленного против наступающей пехоты, в особенности с гребня в. 643 (Малястув), с высоты, находящейся в 1 км к западу от в. 501 (Ропица Рус.) и с высот у отметки 349 (Сокуль);
    • г) подавить артиллерию противника, которая может действовать против наступающей пехоты».
Начальникам дивизий сообщить как можно скорее, какие части легкой полевой артиллерии они считали бы желательным иметь в непосредственном своем распоряжении.
Кроме того, каждой дивизии иметь наготове одну из батарей для немедленного выдвижения вперед в любой момент.
[68]
Командир 21-й баварской пехотной бригады, командовавший вместо генерала фон-Кнейссль 11-й баварской дивизией, направил от своей пехоты 4 батальона (3-й пехотный полк и один батальон, 13-го рез. пех. п., хотя последний оставался в распоряжении начальника дивизии) против высоты 507. Но и второстепенную


задачу — связать обороняющегося на высоте 469 — он хотел решить путем наступления. Поэтому одному полку (22-му пех.) было приказано занять последний из указанных пунктов. На правом фланге 13-й резервный пех. полк (кроме одного батальона) должен был попрежнему удерживать свою позицию. Что касается артиллерии, то начальник дивизии располагал 21/2 легкими пушечными батареями, из которых один взвод был подчинен
[69]
13-му рез. пех. п., одна батарея — 22-му пех. п. и одна батарея держалась наготове за 3-м пех. полком.
Командир 119-й дивизии поручил командиру пехотной бригады (генерал-майору фон-Зутер) занять четырьмя батальонами (46-го пех. полка с одним батальоном 46-го резервного пех. п.),совместно с 11-й баварской дивизией, северо-западный склон высоты 507, в то время как 58-й пех. п. (главная его часть) должен был отвлечь внимание обороняющегося в районе в. 349 — Сокуль — в. 346 и в юго-восточной городской части Горлица. Начальник дивизии оставил в своем распоряжении 3 батальона, которые были расположены за бригадой фон-Зутер, и получил кроме того от командира корпуса одну легкую полевую пушечную батарею (1-я батарея 237-го легкого арт. п.). Ее, повидимому, держали наготове для следования за бригадой фон-Зутер.
В связи с приказом по корпусу, в тот же день 29 апреля, в корпусе фон-Кнейссль был отдан приказ по артиллерии о подготовке к выполнению операции.
Приказ этот устанавливал следующее временное подразделение (схема 3):
Группа Диетль. 21-й л. арт. п. (кроме 11/2 батар.), одна австрийская горная пушечная батарея.
Группа Крулле. 237-й л. арт. п. (кроме 1 батар.).
Группа Дюваль-де-Наварр. 5-я батар. 2-го рез. бав. пеш. арт. п. (15-см гауб.), 3-я батар. (15-см гауб.) 2-го рез. бав. пеш. арт. п., одна австрийская горная гаубичная батарея.
Группа Трюштедт. 3-й дивизион 4-го пеш. арт. п. (21-см гауб.), 3-й див. 14-го рез. пеш. арт. п. (21-см гауб.).
Группа Нитше. 1-й див. 4-го п. рез. арт. п. (15-см гауб.), 2-й див. 14-го рез. пеш. арт. п. (15-см гауб.), 2 австрийские 15-см гауб. батареи, 1 австр. 12-см пушечная батарея.
В 21 баварскую пехотную бригаду выделяется 5-я и половина 6-й батар. 21-го л. арт. п., а также одна австрийская горная пушечная батарея, и
В 119-ю дивизию 1-я батарея 237-го л. арт. п.
Приказ по артиллерии (№ 1) был следующего содержания.
  • «1. После того как мною будут указаны наблюдательные пункты и позиции батарей, батальонам и батареям произвести всю подготовку к занятию огневых позиций. Эту подготовку выполнить повсюду таким образом, чтобы не возбуждать внимания противника. Занятие позиций батареями и первоначальное снабжение их боевыми припасами произвести с наступлением темноты, в ночь
[70]
  • с 29-го на 30-е апреля. В этот последний день, к 2-м часам дня, всем батареям быть готовыми к бою.
  • 2.................................
  • 3. Командиры групп руководят размещением батарей, устройством наблюдательных пунктов для управления огнем и установлением телефонной связи как между соответствующими группами так и со мной, а также с выдвинутыми вперед наблюдателями и пехотой. Схемы огневых позиций и расположение командиров групп, батальонов и батарей, наблюдательных пунктов этих частей, а равно направления важнейших телефонных линий связи будут показаны при раздаче приказов сегодня вечером. Не позднее 30-го апреля сдать мне также переспективные схемы, указывающие те пункты, которые могут быть обстреляны отдельными группами. На основании этих схем будет дана предварительная схема распределения огня.
К п. 3-му приказа: Обращает внимание распоряжение: в течение одного дня (вернее ночи) составить групповые и сводные схемы всех подробностей расположения артиллерии, связи и перспективные чертежи целей, т. е. работу, на которую обычно тратятся месяцы времени. Предварительное распределение огня дается «в комнате». Этот приказ мог быть осуществлен лишь только в том случае, если 11-я германская армия располагала (что весьма вероятно) подготовленными планами местности крупного масштаба (примерно 100 м в см), на которых действительно можно было бы часа в два нанести все требуемое по данным, накопленным в течение предыдущего длительного периода времени.
  • 4. Каждой группе выбрать опытного и подходящего офицера, который состоял бы, в качестве офицера связи, в передовой линии при одном из пехотных начальников. Он должен поддерживать телефонную связь с группой, содействующей данному войсковому соединению. Распределение этих офицеров между начальниками пехоты будет установлено позже.
  • 5.................................
  • 6. Там, где это окажется нужным, командирам групп выслать своих передовых артиллерийских наблюдателей в передовые линии и установить с ними телефонную связь. Этим наблюдателям следовать с своими телефонами вместе с продвигающейся пехотой и доносить как о желаниях пехотных начальников на передовых позициях, так и о своих собственных наблюдениях. Они сами руководят огнем против таких целей, которых не видно с наблюдательных пунктов этих батарей.
  • 7. Имею честь предложить, чтобы начальники легких артиллерийских полков не позже, как при ежедневном получении приказа, представляли мне схемы расположения их полков, а также устанавливали бы связь со мною. В остальном надлежит самостоятельно сделать всю подготовку своих батарей к стрельбе.
  • 8. Каждой батарее подготовлять к 3 час. ночи 1-го мая следующее количество боевых припасов на позициях батарей или близ них, а именно:
[71]
Тяжелая полевая гаубичная батарея 600 выстрелов
Мортирная батарея 500 выстрелов
Полевая пушечная батарея 1 200 снарядов
Габихт».
Согласно этому приказу артиллерия была распределена следующим образом:
Группа Диетль: 2-й див. 21-го л. арт. п. (4-я половина 6-й батар., одна австрийская горная пушечная батарея) — 591 — 629 (Рихвальд), 1-й див. 21-го л. арт. п. в.в. — 330 (Сяры);
Группа Крулле: к югу от в. 346 (Ропица Польска);
Группа Дюваль-де-Наварр: к югу и к западу от в. 629 (Рихвальд);
Группа Трюштедт: район около 340 (к юго-востоку от Шимбарк);
Группа Нитше: 2-й див. 14-го рез. пеш. арт. п. и одна австрийская 15-см гаубичная батарея — в.в. 379 — 295 (Новодвор), одна австрийская 15-см. гаубичная батарея и австрийская 12-см пушечная батарея — к юго-западу от в.346; 1-й див. 4-го пеш. арт. п. у отметки Н. Н. (Быстржица),
Командные пункты были расположены:
Начальника артиллерии корпуса. на высоте 487 (Сяры).
Командира группы Крулле.
Командира группы Трюштедт.
Командира группы Нитше.
Командира группы Диетль. на высоте 629 (Рихвальд).
Командира группы Дюваль-де-Навар
30 апреля генерал фон-Кнейссль отдал приказ по корпусу о прорыве. В нем заключались, главным образом, взятые из приказа командующего армией и по артиллерии армии распоряжения о пристрелке и о поддержке при атаке 2-го мая. Во время коротких перерывов в течение ночного обстрела пехота должна была сигнальными ракетами и громкими командами заманить русских к окопам, где сейчас же вслед за тем они должны были подвергнуться новому огневому нападению.
Пехоте было приказано постоянно держать артиллерию в известности о результатах ее стрельбы. 21-й баварской пехотной бригаде (т. е. 11-й баварской дивизии) предлагалось о своих пожеланиях, касающихся огня по определенным целям во время артиллерийской подготовки, в первую очередь действовать совместно с группой Диетль, затем с группой Дюваль, а 119-й
[72]
дивизии обращаться к группам Крулле (сначала) и Нитше. В связи с этим приказом по корпусу и с вытребованными, согласно приказу по артиллерии № 1 п. 3, схемами, был издан следующий приказ по артиллерии № 2 о прорыве.
«1. 1-го мая после полудня батареи начинают пристрелку. Ею руководят командиры полков и групп так, чтобы батареи друг другу не мешали, и так, чтобы намеченное распределение огня не было обнаружено противником».
Изменено время начала пристрелки: вместо 3 час. дня — после полудня. Возможно, что артиллерия просила о предоставлении большего времени, в особенности при условии необходимости соблюдения различных предосторожностей при ведении пристрелки.
2. На ночь с 1-го на 2-е мая было отдано следующее распоряжение:
«Всем батареям и наблюдательным пунктам находиться в полной боевой готовности.
............
Для ночной стрельбы назначать в первую очередь такие батареи, которые не выдают себя вспышками. Избегать ненужного расхода снарядов.
3. 2-го мая от 6-ти до 10-ти часов утра выполнить артиллерийскую подготовку с тем, чтобы подготовить позицию противника к штурму. При этом устанавливается такая скорость огня, чтобы можно было повсюду, как правило, стрелять с наблюдением. Вслед за артиллерийской подготовкой непосредственно начинается штурм.
При начале штурма огонь переносится вперед без заметного перерыва. Он регулируется в зависимости от продвижения пехоты вперед так, чтобы наступление на тыловые линии позиции, было основательно подготовлено и поддержано. ........
«4. Когда огонь будет продвинут вперед наступающей пехоты, командирам батареи надлежит внимательно следить за тем, чтобы продвижение не тормозилось собственным артиллерийским огнем. На это также должно быть обращено особое внимание в тех случаях, когда огонь переносится на фланкирующие укрепления.
5. Задачи артиллерии.
  • а) Группа Диетль
    Район огня: Драгашув — в. 507 (разграничительная линия — 507 — 408), внутри района наступления, и кроме того местность между Малястув и Драгашув (район 3-й австрийской армии).
    Фланкировать окопы противника также и перед X австрийским корпусом; разрушить неприятельские фланкирующие
[73]
  • укрепления (также и к востоку от Малястув). В особенности бороться с отдельными орудиями и пулеметами на гребне — 643 (Малястув).
    Препятствовать подходу резервов в долинах Драгашув и Меншна и через рощи на высотах 469 и 507.
    Удерживать, совместно с группой Дюваль, обороняющегося противника на позициях в районе Драгашув — в. 469.
    Бороться с обнаруженной артиллерией противника и с ее наблюдательными пунктами.
    Обстреливать ночью подходящими для того батареями местность в Менцинской долине (пристрелка засветло).
  • б) Группа Крулле
    Общие задачи, как указано выше в п. а) — против в. 507—р. Ропа; граница района справа, — как то указано в п. а). На обязанности группы лежит в особенности фланкирование к юго-востоку и прекращение движения в районе к востоку и к юго - востоку от Сокуль. Тревожащий огонь против рощ. Ночью обстреливать местность подходящими для того батареями (пристрелка засветло).
    Полевым батареям пользоваться каждым случаем (независимо от указанных ей районов), когда можно нанести вред противнику и поддержать продвижение нашей пехоты.
Огульное предоставление батареям такой широкой инициативы, да еще в бою такого типа, о котором идет речь, вряд ли целесообразно: полезно оградить себя от возможной беспорядочной стрельбы, с возможным излишним расходом снарядов. Понятие «нанести вред противнику», да еще «независимо от указанных районов» — весьма растяжимо. Такое право можно предоставить разве только хорошо «воспитанной» артиллерии, проникнутой полным пониманием поставленной общей задачи и стремлением выполнить ее в первую очередь, в бою с мало выясненной и случайной обстановкой.
  • в) Группа Дюваль-де-Наварр
    Район огня: Драгашув — в. 507 (включ.) (границу см. выше п. а).
    Бороться с обнаруженной артиллерией и обстреливать ее наблюдательные пункты, поскольку она действует против нашей наступающей пехоты. Разрушать фланкирующие укрепления блиндажи, которые могут оказаться препятствием продвижению вперед, в тылу и особенно в долинах, захватывая насколько возможно глубокий район. Приковать, совместно с группой .Диетль, обороняющегося противника на позиции в районе Драгашув — 469. Стрелковые окопы на высоте 469 подготовить к штурму. Если встретится необходимость, разрушить искусственные препятствия. В ночное время обстреливать деревни в Менцинской долине.
  • г) Группа Трюштедт
    Подготовить к штурму укрепленную в несколько линий позицию на вершине 507 до Менцинской долины. Если нужно, разрушить искусственные препятствия.
[74]
  • д) Группа Нитше
    Район огня: северо-западный склон высоты 507 (вкл.) — р. Ропа.
    Неприятельскую позицию подготовить к штурму от левой границы группы Трюштедт до района к северо-востоку от 312. Фланкирующие укрепления к северу от в. 507 и в укрепленном пункте у 349 разрушить, а также, по возможности, находящиеся здесь блиндажи.
    Группе, совместно с группой Крулле, удерживать обороняющегося противника на позициях до р. Ропа.
    Бороться с обнаруженными батареями и их наблюдательными пунктами, если они могут действовать против нашей наступающей пехоты.
    Фланкирование линий позиций противника к северу от р. Ропа до начала штурма. Захватывая возможно более глубокий район, препятствовать связи с тылом и вперед. Если потребуется, разрушить искусственные препятствия. В ночное время обстреливать деревни, лежащие за линией неприятельского расположения. На время штурма позиций противника пушечная батарея переносит свой огонь на батареи и ведет огонь по району расположения противника и по его путям сообщения».
6.................................
7.................................
Габихт».
На основании этого приказа, в соответствующих группах были отданы приказы о ведении огня. Для примера приводится приказ по группе Диетль от 1-го мая.

ПРИКАЗ О РАСПРЕДЕЛЕНИИ ОГНЯ
(Согласно схеме начальника артиллерии с нумерами целей) (Схема 4).

«Граница между обеими дивизионными группами для борьбы с артиллерией противника и пулеметами, а также с резервами: долина у Менцины Мл. Необходимо оказывать поддержку в других районах огня против тактически важных целей.
Бороться в особенности против следующих целей:
Для левой группы (1-й див. 21-го пеш. арт. п.): цели №№ 11, 12, 13, Менцинская долина (резервы). Группа помогает также действовать против цели 10, которая находится в районе обстрела соседней артиллерийской группы; для правой группы (1/2 2-го див. 21-го пеш. арт. п. с горной батареей) цели с № 13 до № 22 включительно.
[75]
Главная цель наступления — в. 507. Удерживать обороняющихся на позициях в местности Драгашув — высота 469. Крупнейшее значение имеют фланкирующие укрепления у цели № 18, к северу от Ропица Рус, и кроме того у цели № 22, к юго-западу от Драгашув, а также к востоку от Малястув.
Обратить особенное внимание на борьбу с такими пулеметами и батареями, которые затрудняют продвижение нашей пехоты. Появляющиеся резервы брать немедленно под огонь. В остальном руководствоваться приказом по артиллерии корпуса № 2, п. 5».
Диетль».



ХLI резервный корпус
Схема 5

Район наступления XLI резервного корпуса охватывал местность, расположенную от линии Н. Н. у Новодвор — 278 (к юго-западу от Урвиско) до леса Каменец (7,5 км к северо-западу от Горлица. Его задача заключалась в том, чтобы дойти до района р. Ропа, к юго-востоку от Глиник — высота 323 (Глиник) — долина р. Мощанки до в. 287 (2 км к северу-востоку от Каменец).
[76]


Правый фланг VI армейского корпуса должен был занять хребет между Каменец и Пустки, расположенный влево от XLI корпуса, а также указанную высоту.
Командир корпуса имел в виду прорвать позицию противника одновременно в двух различных местах, а именно: у Горлица — в. 357 (к северу от города) и у Каменец.
[77]
Приказ по корпусу был такого содержания:
«ХLI резервный корпус.
Штаб корп. Бяла-Нижняя у Грибув.
30, 4, 15, 3 пополудни.
Секретно.
Только через офицеров.
1. Корпусу прорвать русские позиции между линиями высот Новодвор — Горлица (включ.) — 278 — 325 — Урвиско (искл.) — 270 (к западу от Либуша) — 304 — высота Татаровка (включ.) (см. карту) и Воля Лузанска — столб с образом — 334 — 354 — 287 — 440 — (см. карту) — 365 — Бечь (искл.) — до отметки высоты южнее Кунова, и продолжать наступление в восточном направлении.
2. Сборный корпус (11-я баварская дивизия и 119-я дивизия) наступает рядом, справа и направляет свой главный удар против высот, расположенных к востоку от Сенкова. VI армейский корпус наступает рядом, слева и направляет главный удар против высот Пустки.
3. Прорыв фронта противника в обеих дивизиях корпуса произвести следующим образом:
Пристрелку батарей произвести 1-го мая, после полудня. Более ранняя пристрелка может иметь место лишь в том случае, если потребуется отразить возможное наступление со стороны противника, чтобы он раньше времени не обратил внимания на значительное усиление артиллерии.
В течение ночи с 1-го на 2-ое мая вести периодически изменяющийся по силе огонь (см. приказ по артиллерии). До 10-ти ч. в. — редкий огонь, от 10-ти до 11-ти ч. в. перерыв в стрельбе; от 11-ти в. до 1 ч. н.—редкий огонь. Перерыв на 10 минут (от 12 ч. 5 м. до 12 ч. 15 м. н.), со световыми сигналами для того, чтобы заманить противника в окопы и тем подвести его под наш огонь, который тогда открыть снова. От 1 ч. до 3 ч. ночи — большой перерыв в стрельбе. От 3 ч. ночи до 6 ч. утра — редкий огонь. Между 5 ч. 15 м. и 5 ч. 25 м. у. производится 10-минутный перерыв, во время которого произносятся громкие команды.
Во время больших перерывов — от 10-ти до 11-ти в. и от 1, ч. до 3 ч. н. — вперед посылаются сильные патрули для того, чтобы подготовить путь через расположенные перед фронтом противника искусственные препятствия и для разведки окопов.
Утром 2-го мая начать артиллерийскую подготовку, непосредственно после которой должен последовать штурм.
Накануне вечером будет назначено время ее начала и окончания для всего фронта армии. Ни одного более или менее важного приказа не передавать по телефону. Только проверка всех часов может быть произведена по телефону.
4. Непосредственно вслед за прорывом начать наступление в районах указанных разграничительных линий. Быстрое проведе-
[78]
ние наступления является в такой же степени залогом успеха, как и полная согласованность при наступлении соседних частей. Перенося своевременно огонь артиллерии вперед и заставляя артиллерию следовать за продвигающимися вперед частями пехоты, можно рассчитывать выполнить атаку и тыловых позиций противника.
5. Разграничительная линия между дивизиями: в.в. 696 — 416 — рощица к юго-востоку от 427 — южная опушка леса у 335 — 280 (у восточной части Загоржаны) — мост через р. Ропа (в 300 м. южнее Клечаны) (см. карту)—350, к югу от Глембока (все указанные пункты для 81-й дивизии).
6.
  • а) 82-й дивизии, в распоряжение которой придаются специальные средства наступления, вести главное наступление на юго-западную окраину Горлица и высоту 357, лежащую к северу от этого города. Фланкированию наступления с высот, расположенных к востоку от Горлица, противодействовать распределением артиллерийского огня, которое организуется главным командованием; с этой же целью, дивизии согласовать свои действия с соседней дивизией справа. 82-й дивизии передать в мое распоряжение 2-го мая в 6 ч. утра 3 батальона в качестве резерва, которому расположиться к югу от высоты 696. Командованию пока оставить на месте телефонный пост у высоты 696 и докладывать по телефону о своем прибытии главному командованию.
  • б) 81-й дивизии направить свой главный удар на Мшанка и на Каменецкий лес.
Фланкирование со стороны Пустки и с высот, расположенных восточнее этой деревни, предупреждать распределением огня, что организует главное командование.
Дивизии «hat sich stark links zu staffeln» (принять уступной порядок в большей мере налево) так, чтобы она оказалась в состоянии отразить контр-удары противника с севера и, если встретится необходимость, поддержать наступление на высоты, расположенные восточнее Пустки, не давая, однако, оттянуть себя на восток от направления, указанного приказом по армии.
Дивизии передать в мое распоряжение смешанный дивизион легкой артиллерии (2 пуш. и 1 л. гауб. бат.) 2-го мая, к 6 ч. у., на дороге — Польна — Шалева. О прибытии доложить главному командованию через телефонный пост при штабе дивизии в м. Польна.
Неясное пока назначение выделяемого «в резерв» легкого смешанного дивизиона.
7. Дивизиям оставить у себя свои саперные роты; одну саперную роту от 10-го арм. кор. передать в распоряжение штаба, образовав из нее саперный резерв и расположив его к югу от 696 (см. п. 6).
Распределение минометных частей было сделано раньше.
Дивизиям оставить при себе свою конницу. Применять ее вначале для препровождения пленных. С сегодняшнего вечера
[79]
назначить майора фон-Флотов с адъютантом и со взводом, который он сам выберет, состоять в распоряжении штаба.
8. Дивизиям предписывается точно соблюдать п. 8 приказа по армии от 29-го апреля.
Из требования совместных действий вытекает, что дивизиями должна быть как можно более одновременно достигнута линия в. 288 — к северо-западу от Кобылянка — Урвиско—в. 323 к северу от Глиник — течение ручья Мощанка, а если обстоятельства сложатся благоприятно, — то взять и расположенный дальше гребень высот.
9. Производить разведки в районах наступления; особенно заботиться о том, чтобы определить местонахождение артиллерии противника даже путем засечек в ночное время.
Указание, сделанное о том, что разведку артиллерии надлежит производить «даже» путем засечек в ночное время, дает основание считать, что германская артиллерия располагала, повидимому, недостаточными сведениями о русской артиллерии.
10. Пути сообщения в тыл...............
11. Командный пункт главного командования: в. 747 со связью через в. 686 к командному пункту 81-й дивизии, находящемуся к западу от Быстржица, и к командному пункту 81-й дивизии, у в. 696. Начальник артиллерии резервного корпуса (полковник Леппер) и начальник саперов находятся при главном командовании.
12. Помимо охранения собственной связи, дивизиям надлежит зорко следить за линиями связи 82-й дивизии, от в. 747, через в. 686, к командному пункту дивизии, за линиями связи 81-й дивизии, от в. 747 до командного пункта 81-й дивизии.
Штабу принять на себя охрану линии от в. 747 до штаба корпуса.
Командный пункт штаба занять, начиная с сегодняшнего вечера. С повреждением телефонных проводов бороться беспощадно.
13. Относительно удаления населения будет издан особый приказ.
Ф. Франсуа.»
Одновременно артиллерии было дано приведенное ниже временное распределение и группировка (схема 5).
«I. Артиллерия корпуса
Начальник артиллерии: Ком 82-го рез. легк. арт. п. полковник Леппер.
Правая группа: в.в. 429 — 416 — Быстра.
2-й див. 3-го пеш. арт. п. (кроме 7-й бат.).
[80]
Одна австрийская 15-см. гаубичная батарея.
Левая группа: в. в 511 —696 (северо-западная — Быстра).
3-я бат. 1-го пеш. арт. п. (две 21-см гауб. бат.)
7-я бат. 3-го пеш. арт. п. (15-см гауб.)
7-я бат. 1-го бав. рез. пеш. арт. п. (10-см пуш.), одна австрийская 12-см пуш. бат.
II. Артиллерия дивизии
А. 82-я резервная дивизия
Начальник артиллерии: командир 82-й рез. легк. арт. бригады.
Правая группа: р. Ропа — в. 325.
70-й рез. л. арт. п.
Левая группа: в.в. 429 —441.
69-й рез. л. арт. п.
Б. 81-я резервная дивизия
Начальник артиллерии: ком. 81-го рез. легк. арт. бригады.
Правая группа: в.в. 427—416—511 —696.
67-й рез. л. арт. п. (кроме 1-ой бат.)
Левая группа: в. 455 — Воля Лузанска.
68-й рез. л. арт. п. (кроме 1-го див., без 3-й бат. и 6-й бат.), 1-я бат. 67-го рез. л. арт. п.
III. Корпусный резерв
Дорога Польна — Шалева.
1-й див. 68-го рез. лег. арт. п. (кроме 3-й бат.), 6-я бат. 68-го рез. л. а. п.
Отчетливое назначение артиллерии в корпусный «резерв»: это артиллерия, стоящая во время боя на дороге. Интересно проследить в дальнейшем применение этого «резерва».
В одновременно изданном приказе по артиллерии было указано на следующие главнейшие цели:
1. Наибольшие силы направить против «предусмотренных боевых фокусов», а именно — Горлица, высота 357, лес. на в. 335 и Каменец; желательно добиваться фланкирующего огня.
Повидимому, под «боевыми фокусами» подразумеваются пункты позиции, наиболее опасные в отношении возможности открытия из них внезапного огня против штурмующей пехоты.
2. Заставить замолчать артиллерию противника и обстреливать подступы резервов.
Неудачная формулировка задачи о борьбе с артиллерией противника по сравнению с приведенными выше приказами: не только не указано цели подавления, но задача не соразмерена и с имеющимися средствами наблюдения и с осведомленностью о точном расположении артиллерии противника.
[81]
3. С помощью назначенных для этой цели батарей непрерывно бороться со всеми известными фланкирующими укреплениям, стараясь их подавить.»
Легкая артиллерия была подчинена соответственным начальникам дивизии в начале артиллерийской подготовки. Заявления относительно поддержки огнем со стороны тяжелой артиллерии надо было направлять командиру корпуса.
Задачи артиллерии были даны со ссылкой на схему целей,, на которой были обозначены районы огня. Согласно этой схемы огонь во время артиллерийской подготовки должен был быть распределен следующим образом (см. схему 4).
Против Горлица: 4-ая бат. 70 рез. л. арт. п. (главным образом против артиллерии) и 5-ая бат. 3-го пеш. арт. п. (15-см гаубицы).
Против высоты 357: 70-й рез. л. арт. п. (кроме 4-й бат.) 1-ая и 2-ая бат. 69-го рез. л. арт. п., 8-я бат. 2-го пеш. арт. (15-см гаубицы), половина 5-й бат. 1-го пеш. арт. п. (21-см гауб. бат.) и от корпуса фон-Кнейссль — 1 австрийская 15-см. гаубичная батарея и 1 австрийская 12-см пушечная батарея.
Против холмов к северу от в. 357: 2-й див. 69-го рез. л. арт. п. против леса 335: 3-ья бат. 67-го рез пеш. арт. п. (против артиллерии), 1 австрийская 15-см гаубичная батарея и половина 5-ой бат. 1-го пеш. арт. п. (21-см гаубицы), причем 5-я бат. 67-го рез. л. арт. п. была расположена против района, лежащего непосредственно к северо-западу от леса.
Против Мшанка: 2-ая бат. 67-го рез. л. арт. п., 3-ья и 5-я бат. 68-го рез. л. арт. п.; 2 легкие австрийские полевые гаубичные батареи, половина 7-й бат. 3-го пеш. арт. п. (15-см гаубицы) и половина 6-й бат. 1-го пеш. арт. п. 21-см гаубицы) и
Против Каменецкого леса — Подлесье: 1-я, 4-я и 6-я бат. 67-го рез. л. арт. п., 4-я бат. 68-го рез. л. арт. п., половина 6-й бат. 1-го пеш. арт. п. (21-см гаубицы); при этом район обстреливался 6-м австр. корпусом из одной 10-см пушечной батареи и одной 30,5-cм гаубичной батареи.
7-ая бат. 1-го бав. рез. пеш. арт. п. (10-см пушечная батарея), и австрийская 12-см пушечная батарея обстреливали район наступления соседних корпусов в. 346 и Пустки.
«Для ориентировки» был указан точный расход снарядов, которые предполагалось выпустить при выполнении артиллерийской подготовки, подразделенный по двум периодам времени: первый, охватывающий 21/2 часа, второй — 11/2 часа. После штурма запасов боевых припасов должно было «безусловно» оставаться: в легкой пушечной батарее 300 выстрелов, в 21-см гаубичной батарее — 100 выстрелов и в остальных гаубичных батареях — по 200 выстрелов.
[82]
Наконец в приказе заключалось еще такое распоряжение: «В последние 5 минут перед штурмом развить самую большую скорость огня. Поддерживать ее в течение 5-ти минут после начала штурма и в период переноса огня против тыловых оборонительных линий. Не допускать при этом никакого перерыва в огне. В течение первого периода артиллерийской подготовки главное внимание обращать на борьбу с тыловыми окопами, а во время второго периода — на борьбу с передовыми. Ввести три перерыва в огне, каждый в 5 минут: первый — за 1l/2 часа, второй — за 45 минут, третий — за 20 минут до окончания артиллерийской подготовки. Непосредственно перед каждым перерывом в огне передовые линии закрываются дымовой завесой... Перед штурмом некоторые батареи получат новое распределение огня, которое будет сообщено позже. При этом обратить внимание на то, чтобы батареи, ведущие огонь против пехоты противника, ни при каких условиях не мешали бы продвижению собственной пехоты. Своя пехота отмечается белыми тесьмами на ранцах и красно-белыми щитами на флангах. Те батареи, которые ведут огонь против артиллерии, если батареи противника молчат, стреляют по другим целям, поддерживая при этом редкий огонь по площадям, и увеличивают скорость огня, лишь только батареи противника начинают действовать. Часто бывало, что артиллерия противника прекращала огонь вплоть до решающего момента, когда наступающая пехота обстреливалась сосредоточенным огнем. Надо использовать все средства с целью определить позиции батарей противника. Распределение огня, данное на схеме, не должно связывать. Предполагается, наоборот, что все начальники, вплоть до командиров батарей, должны делать правильные выводы из собственных наблюдений во время боя и направлять огонь в указанных границах таким образом, чтобы получался наилучший результат. О всех важных наблюдениях докладывать соответствующему высшему начальству. Не ожидать приказов, но принимать самостоятельно и немедленно требуемые меры.»
Этот приказ артиллерии г. Франсуа обращает внимание целым рядом отрицательных сторон.
а) Как было указано выше, на ряду с несостоятельной постановкой задачи о борьбе с артиллерией противника, в то же время дается весьма условное указание об «известных фланкирующих укреплениях» (стр. 82), которые предлагается только «стараться подавить», тогда как, наоборот, этого рода цели должны были и могли быть подавлены и разрушены с полной достоверностью. О «неизвестных» фланкирующих укреплениях, которые могли бы начать действовать уже во время штурма и потому более опасных, наоборот, не говорится ничего.
б) С самого начала артиллерийской подготовки, которая не может представлять собой ничего иного, как систематически организованную в целом работу артиллерии, где каждый участник мог бы выполнять свою задачу, не мешая остальным, легкая артиллерия передана в распоряжение
[83]
начальников дивизий и оторвана от тяжелой; на содействие тяжелой предписывается рассчитывать не по систематически разработанному плану, а по «заявлениям» (стр. 82).
в) Представляется совершенно необъяснимым идея распределения расхода снарядов «по часам» (стр. 82 и 83), да еще с «безусловным» приказанием определенного остатка по окончании штурма. Как будто бы расход снарядов в бою зависит исключительно от времени, а не от характера задач, которые возложены на артиллерию, в особенности, если в числе таковых заключаются столь определенные задачи, как стрельба на разрушение, выполняемая при артиллерийской подготовке.
г) Конец приказа (стр. 83) еще определеннее подчеркивает несостоятельность постановки задачи о борьбе с артиллерией противника — «заставить замолчать», так как одновременно говорит об использовании всех средств еще только «с целью определить позиции батарей противника». Из этого видно, что расположение батарей противника не было известно, а тогда нельзя и ставить задачи об их подавлении. Ведь если батареи противника не были установлены до боя, нет никакой гарантии в том, что хотя бы и «все средства» дадут уверенность определить их во время боя. А не установив расположения батарей, нельзя и заставить их замолчать.
д) Конец указаний артиллерии, предоставляющий ей полную свободу действий вне «распределения огня, данного на схеме», оставляет полное недоумение.
Подобная опора на самостоятельность и инициативу артиллерийских начальников, быть может, хороша и уместна в авангардном бою встречного характера, со всеми вытекающими из такого боя последствиями. Но ведь бой 2-го мая происходил с противником, который стоит на позициях уже четыре месяца, успел себе бараки построить и жен из России выписать. Относительно тщательного изучения расположения противника до деталей командующий армией дает категорические указания и требует заблаговременного составления схем на картах крупного масштаба и перспективных чертежей. При наличии таких условий действие артиллерии без точно разработанного до каждой мелочи и строго соблюдаемого плана, созданного в теснейшей связи с планом действий пехоты, совершенно несостоятельно. При наличии же и выполнении такого плана невозможно изменить ни целей, по которым последовательно должна стрелять артиллерия, ни количества снарядов, которое требуется для достижения результата, ни времени, необходимого для стрельбы.
Легкомысленное отношение г. Франсуа к им же самим данным указаниям о распределении огня наводит на мысль, что таковые даны только для формы, во исполнение приказания командующего армией, но что лично г. Франсуа в них не верит, а может быть даже и вовсе не понимает основных идей целесообразного использования артиллерии в подобного вида боях. От всего его приказа по артиллерии веет скорее каким-то «расписанием церемониала» боя по времени и механическим распределением выстрелов, похожим на расписание смотровой стрельбы «в присутствии высоких особ», но никак не вдумчивым и целесообразным использованием артиллерии.
Относительно пристрелки и огня в течение ночи с 1-го на 2-е мая даны были такие же распоряжения как и в корпусе фон-Кнейссль, согласованные с приказом по артиллерии командующего армией.
Для стрельбы во время атаки тяжелой артиллерии были установлены определенные цели, между тем как легкой артиллерии даны были общие директивы — бороться наблюдаемым огнем с оборонительными линиями, расположенными перед наступающей пехотой, — чтобы в момент последнего штурмового удара
[84]
загнать людей в окопы и дымовой завесой воспрепятствовать их огню.
82-й резервной дивизии, задачей которой было занятие Горлица, — высота 357, не удалось получить от своего соседа ожидаемой поддержки — наступления на высоту 346. Обращение корпуса к генералу фон-Кнейссль привело лишь к обещанию с его стороны обстрела артиллерийским огнем названного пункта. Вследствие этого фланговый прорыв должен был в конце концов ограничиться охватом одной лишь высоты 357, откуда позже должно было быть поведено наступление на защитников города, с фланга и с тыла. Командир пехотной бригады, полковник Кауперт, расположил один полк (271-й рез. пех. п.) для наступления против указанной высоты, в то время как 272-й рез. пех. п. (кроме одного бат.) должен был связать гарнизон Горлица. 2-му бат. 270-го рез. пех. п. было приказано задержать противника на холмах, расположенных севернее в. 357.
81-я резервная дивизия, которой была дана задача занять деревню Мшанка и Каменецкий лес, сосредоточивала весь 269-й рез. пех. полк для наступления на участок леса и на Подлесье. Сначала должен был быть взят этот район, а затем защитники Мшанка должны были быть разбиты наступлением во фланг и в тыл. Только один батальон (3-й бат. 268-го рез. пех. п.) был выделен с целью связать гарнизон деревни. Но начальник дивизии имел в виду вести также наступление на лес 335 и для этой цели выделил 267-й рез. пех. п. и 268-й рез. пех. п. (кроме 3-го бат.) и образовал резерв дивизии позади 269-го рез. пех. п. 1-я батарея 67-го рез.л.арт. п. держалась наготове для того, чтобы во время атаки следовать за последним из указанных пехотных полков.
[85]
Несомненный факт выделения одной батареи в резерв даже в дивизии В нашей практике за всю войну нельзя найти такого «резервирования» артиллерии при операциях подобного рода, в которых дорога во все время выполнения операции каждая пушка.
Такое выделение артиллерии в «бездеятельный» резерв возможно только при наличии достаточных средств для того, чтобы было что выделить, и при твердой уверенности в успехе задуманного плана. Ценность и правильность такой меры может быть установлена только при исследовании тех результатов, которые она принесла в дальнейшем протекании боя.

VI австрийский корпус и гвардейский корпус

В VI австрийском армейском корпусе и в прусском гвардейском корпусе (схема 6) делались приготовления к наступлению, подобные тем, как и в обоих правых корпусах армии.
VI корпус, в составе 9-ти пехотных полков и 1 тяжелой и 16 легких батарей, был усилен 3-мя германскими 10-см пушечными батареями, 3-мя германскими 15-см гаубичными бата-реями и 2-мя австрийскими 30,5-см. мортирными батареями. Задачей корпуса было занять высоты Пустки и 434 (Вятрувки) и оттуда двинуться вперед к долине р. Мощанка. Командир корпуса, фельдмаршал-лейтенант барон Арц фон-Штрауссенбург, направил 12-ю пехотную дивизию против Пустки, а 3-ю гонведную дивизию против высоты Вятрувки и местности, расположенной к северу, а также приказал тяжелой артиллерии, чтобы она сначала содействовала наступлению 12-й дивизии против выс. Пустки, а после этого поддержала бы штурм венгров против высоты Вятрувки.
Гвардейский корпус имел заданием занятие русской позиции Сташкувка-Бялувка (371) и достижение высот, прилегающих с востока и с северо-востока к Туржа и к востоку от Ржепенник Стржижевский.
В обеих гвардейских дивизиях, повидимому, были применены те же приемы действия, что и в остальной армии. Так начальник 2-й гвардейской дивизии, которому был дан правый и более широкий участок района наступления корпуса, имел намерение сначала взять эти высоты, которые с обеих сторон окружали хорошо оборудованное для обороны местечко Сташкувка, а затем атаковать защитников этого местечка также с обоих флангов.

Разбор
Схемы 2 и 4

Генералы фон-Кнейссль и фон-Франсуа хотели выполнить данные им по прорыву задания путем наступления на наиболее
[86]
сильно укрепленные командующие опорные пункты позиций противника, а именно: горный массив Замчиско (507-554), Горлица, высота 357, лес в. 335 и Каменец. Эта определен-


ная «тактика высот» являлась, повидимому, отражением теорий, усвоенных в мирное время. Предполагалось, что взятием в первую очередь видных участков позиций противника можно
[87]
было избежать фланкирующих действий, которым могут подвергнуться войска, прижатые к центральным районам, а также избежать контр-ударов, которых такие наступающие колонны, врезывающиеся в промежутки между опорными пунктами, могут ожидать с флангов. Но захват высотных и лесных участков с их позициями, расположенными в несколько линий, был особенно необходим, если принять во внимание ту поддержку, которую обороняющийся получал благодаря широкому применению пулеметов. Возникал также вопрос, не будет ли цель достигнута, т. е. сломлено сопротивление противника, с большей экономией в средствах, если направить наступление против самых слабых участков позиции и таким образом сломить опорные пункты путем охвата. Позже, во время войны, операции, проведенные таким образом, во многих случаях приводили к успеху при сравнительно малом числе жертв. Предполагалось, что фланкирующий огонь противника против пункта вторжения, а также способность его к сопротивлению и к контр-ударам могут быть нейтрализованы сосредоточенным артиллерийским огнем против внутренних флангов опорных пунктов, путем эшелонирования в глубину наступающей пехоты и непрерывной поддержкой артиллерии.
Руководствуясь этими точками зрения, можно было бы в данном случае корпус фон-Кнейссль повести вперед, в главном направлении — Сяры — перекресток дорог — в. 306 (в 600 м к. северу от Доминиковице), a XLI резервный корпус — в главном направлении — в. 427 (в 1 км южнее Мшанка) — Глиник — перекресток дорог W. Н. Загожаны. При этом был бы достигнут двойной охват участка Горлица (отметка М. Н., что севернее Сенкова) — Z. О. (в 2,5 км севернее Горлица). Между тем ясно, что обороняющийся, находившийся между пунктами прорыва и по сторонам от них, должен был быть при этом связан.
Следовательно, в отношении корпуса фон-Кнейссль можно сказать, что он должен был лишить противника активности как на северо-западных склонах участка Замчиско так, и в направлении Сокуль, а расположение наступающей пехоты должно было быть таково, чтобы можно было сделать поворот некоторых частей против флангов и тыла указанного участка Замчиско. Что касается XLI резервного корпуса, то он должен был бы препятствовать наступлению обороняющегося с высоты 357 и из района Мшанка. Такое разрешение задачи потребовало бы значительно меньшего расходования сил корпуса, в особенности артиллерии, и дало бы возможность применить эти силы более сосредоточенно, чем это случилось фактически.
Количество имевшейся в наличности артиллерии по отношению к протяжению фронта было таково, что оно требовало
[88]
тщательного учета могущего быть расхода огня. В распоряжении корпуса фон-Кнейссль было: 14 легких пушечных батарей,
1 горная гаубичная батарея, 9 гаубичных 15-см батарей, 4 гаубичных 21-см батарей и 1 пушечная 12-см батарея, всего — 15 легких и 14 тяжелых батарей на фронте протяжением около 10 км. Это составит 2,9 батарей (11,6 орудия) на километр. XLI резервный корпус имел 12 легких пушечных батарей, 12 легких гаубичных батарей, 4 гаубичных 15-см батареи,
2 гаубичных 21-см батареи, в общем количестве — 24 легких и 8 тяжелых батарей; на фронте протяжением около 9 км, т. е. по 3,5 батарей (14 орудий) на километр Следовало ограничить цели наступления, считаясь с тем, чего возможно было достигнуть с имеющейся артиллерией, причем, однако, нельзя забывать, что артиллерия противника была довольно слаба.
В разборе шведские авторы указывают на одну из причин, на основании которой имелось бы, может быть, некоторое основание выделения артиллерии в резерв, — слабость артиллерии противника; но с другой стороны видно, что для выполнения тех больших задач, которые были поставлены артиллерии, ее было недостаточно.
Между тем, подобное ограничение, повидимому, не имело места в возможном при данных условиях объеме. В корпусе фон-Кнейссль предполагалось вести наступление одновременно против оборонительных позиций, протяжением, в общей сложности, в 4,3 км, против высоты 469, высоты 507 и против их северозападного склона, с главным ударом на этом участке (фронт в 3 км). Предложение же соседнего (с севера) корпуса вести наступление также на высоту 346, что восточнее Горлица, было отклонено. Согласно плану фронт наступления XLI резервного корпуса должен был достигать в общей сложности 5,8 км (Горлица в. 357 и Мшанка — Каменец). Между тем, отчасти по инициативе начальников дивизий, в этот план действий были внесены некоторые изменения, заключающиеся в том, что вести наступление на Горлица следовало лишь по овладении в. 357, а на Мшанку — после падения Каменец; в левой же дивизии (81-й дивизии) главный удар должен был быть направлен также и против леса 335. Во всяком случае фронт наступления корпуса сокращался в общем приблизительно все же на 1,800 м, при протяжении в 4 км. Во время наступления выяснилось, что имевшиеся в наличии артиллерийские средства слишком малы, соответственно составленным планам и их выполнению, для полной артиллерийской подготовки и поддержки наступления, и особенно это относилось к XLI резервному корпусу.
При установлении подчинения артиллерии оба командира корпуса применяли различные принципы. Генерал фон-Кнейссль оставил всю артиллерию (за исключением 31/2 легких пушечных батарей, которые были распределены между дивизиями)
[89]
под своим командованием, между тем как генерал фон-Франсуа передал легкую артиллерию (за исключением одного дивизиона, который был выделен в резерв корпуса), с самого начала артиллерийской подготовки, в распоряжение начальников дивизий, сохранив себе только свои тяжелые батареи корпусной артиллерии. Распоряжения, сделанные в корпусе фон-Кнейссль, таили в себе зародыш недостатка в поддержке огнем при наступательном движении пехоты.
Нельзя не согласиться с изложенной выше критикой шведских авторов и с наличием того факта, что «имевшиеся в наличии артиллерийские средства оказались слишком малыми для полной артиллерийской подготовки и поддержки наступления». При таких условиях, казалось бы, не может быть никакого места оставлению части артиллерии в резерве «по пехотному», т. е. вполне бездеятельной до того момента, пока не потребуется действие той пехоты, к которой эта бездействующая артиллерия «привязана». А между тем в этом случае разница между пехотою и артиллерией громадная. Пехота действительно может составлять резерв, т. е. нетронутый «запас» силы, только до тех пор, пока она не получила задач, с какового момента она неизбежно «уходит из рук» начальника» и «расходуется»; артиллерия же, хотя бы и расположенная на боевых, но закрытых позициях, не ведущая огня и неизвестная противнику, полностью составляет «запас» артиллерийской силы, во всякий данный момент не только готовой к действию, но и снова способной к изъятию из боя (прекращением огня) и обращению ее в «запас». Шведские авторы правы, упрекая германский командный состав в неудовлетворительном применении тех принципов применения артиллерии в бою, которые были изложены в до-военных уставах.
Приходится догадываться, что, повидимому, г. Франсуа совершенно пренебрегал (а может быть вовсе и не знал), о каком-либо расчете артиллерийских средств (орудий и снарядов) для решения определенных огневых задач, чему впоследствии германских генералов обучал полковник Брухмюллер. Этим только и можно объяснить его легкомысленное отношение к своим же собственным указаниям о распределении артиллерийского огня.
С этой точки зрения шведские авторы пожалуй правы, одобряя распределение артиллерии «по пехотному», сделанное г. Франсуа, по сравнению с тем объединением ее действий, которое пытается произвести г. Кнейссль: распределенная по пехотным частям артиллерия наверно будет использована, так как пехота найдет «куда стрельнуть» (хотя бы из 30,5-см гаубице по цепи); пропадет только та часть артиллерии, которая назначена в резерв. А вот для действия артиллерии, собранной воедино, нужно какое-то искусство, которого может и не оказаться.
Справедливость требует отметить, что и в русской армии «Франсуа» и «Кнейсслей» было немало.
Распределение артиллерии по группам до известной степени было согласовано с таким же распределением пехоты. Так, в корпусе фон-Кнейссль районы огня группы Дюваль и Нитше покрывали соответственно районы наступления 11-й баварской и 119-й дивизии. Границы между районами огня групп Диетль и Крулле были, напротив, оттянуты приблизительно на пол-километра к югу от разграничительной линии дивизии. Это неудобство было впоследствии сглажено тем, что одному дивизиону группы Диетль было приказано бороться также против цели № 11, расположенной на северном фланге участка
[90]
атаки 11-й баварской дивизии. В легких артиллерийских группах (Диетль и Крулле), дивизионам было предписано действовать совместно с определенной (определенными) пехотной группой (пехотными группами). Наконец, группа Трюштедт должна была целиком посвятить себя стрельбе по цели наступления 3-го пех. полка, т. е. по высоте 507. В XLI резервном корпусе районы огня 82-й артиллерийской бригады и правой группы тяжелой артиллерии совпадали с районом наступления 82-й резервной дивизии, а равно районы 81-й артиллерийской бригады и левой тяжелой группы — с районом 81-й резервной дивизии. Что касается легкой артиллерии, то за исключением тех частей, которые боролись с артиллерией противника в южных дивизиях, господствовала полная согласованность между задачами дивизионов и пехотных подразделений, наносящих удар; в северных же дивизиях батареи из разных дивизионов должны были действовать против одних и тех же целей наступления. Это последнее обстоятельство зависело, возможно, от недочетов в разведке, предшествовавшей установлению распределения артиллерии на группы. Но однако нигде не было образовано смешанных боевых групп для борьбы против общей цели. Распределение целей между легкой и тяжелой артиллерией устанавливалось высшим командованием или поручалось соответствующим начальникам дивизий.
Рассмотрение распределения артиллерии в соответствии с группировкой пехоты показывает, что германское командование более или менее благополучно справлялось с вопросом, если он требовал самой простой формы разрешения: каждый сам для себя и против своего участка. Но искусство применения имеющихся артиллерийских средств в объединенном целом, повидимому, было ему не по силам. Правда, в данном случае, для условий данного сражения, быть может, о нем не стоило и заботиться: у германской стороны артиллерии было много, русская артиллерия была малочисленна и страдала острым недостатком огнестрельных припасов. Об этом обстоятельстве, без всякой разведки и шпионства, не могли не знать даже германские солдаты, так как на дистанции, превышавшие дальность действия дистанционной трубки, русская артиллерия стреляла по ним не гранатой или бомбой, а безобидной шрапнелью «на удар». Перед майскими боями в Галиции русские войска были к тому же избалованы несложностью действий против нестойкого противника — австрийцев (славян).
Однако, несмотря на победу германцев, к вопросам об использовании ими артиллерии, ее распределении и правильности того или иного принципа ее применения надо относиться с большой осторожностью и каждый раз стараться выяснить, что именно при данной обстановке способствовало германской победе помимо их напора и искусства, и в чем действительно были положительные стороны их действий, не зависящие от создавшихся благоприятных обстоятельств?
Эти положительные стороны приходится искать прежде всего в бесспорном стратегическом и тактическом уменьи германского командования по сравнению с нашим.
В психологии и развитии бойцов.
В возможности и уменьи создать баснословное (для того времени) превосходство в артиллерийских средствах в том пункте, против которого
[91]
направляется удар. Это последнее обстоятельство позволяет с лихвою искупить ошибки использования дорого стоящих артиллерийских средств.
Впоследствии, когда соотношение артиллерии у германцев стало оказываться не слишком превосходящим численно артиллерию противника, когда в то же время и психология бойцов начала испытывать подрыв, германцам пришлось призадуматься над искусным применением артиллерии. Выучить во время войны всю огромную массу артиллеристов, не подготовленную десятилетиями мирного времени, "искусству стрельбы и управления огнем, очевидно, было невозможно. Бедность в грамотном артиллерийском командном составе ярко сказалась в необходимости прибегнуть к помощи «единичной личности» — Брухмюллера, — специалиста «по артиллерийским делам» и «гастролера» всех крупных боев (в то время как в русской артиллерии уже насчитывался не один незаметный «Кирей»). К этим же мерам помощи приходится отнести и применение метода стрельбы по численным данным, помощью которого «наукой» можно было хотя бы отчасти возместить недостаточное «искусство» германской артиллерии, но однако ценой применения огромных артиллерийских средств и колоссального расхода снарядов.
Но умное высшее германское командование прекрасно понимало, что «одна ласточка весны не сделает», почему на ряду с интеллектуальной мерою в виде «грамотного» Брухмюллера принимало и меры грубо материальные, рассчитанные на их заведомо возможное успешное использование мало искусной массой артиллерийского и общевойскового командного состава и на подорванную психологию бойцов противника. Помимо стрельбы по заранее вычисленным данным, к таким мерам надо отнести массовое применение отравляющих веществ: или при содействии «безошибочного стрелка» — ветра, или ценою затраты сотен тысяч артиллерийских химических снарядов и помощи всех научных метеорологических сил страны, в руки которых пришлось передать определение благоприятных периодов состояния погоды, для приурочивания к ним намечаемых операций. (См. Кап. Гейер, «Химическая война». Из сборника под редакцией Шварте: «Великая война 1914—1918 г.г.» Русский перевод — серия «Химия и война). ГВИЗ. 1924. Стр. 60 — 62). Естественным последствием этих мер было стремление к пресыщению армии артиллерией, заготовляемой по известной «программе Гинденбурга».
Но в 1915-м году еще «все обстояло благополучно».
Задания для артиллерии сначала отдавались в форме общих директив; приказ о стрельбе против определенных целей отдавался позднее. Скорость огня регулировалась путем установления известных норм относительного расходования снарядов. За исключением случая, когда требовалось разрушить искусственные препятствия, целью управления огнем должно было быть подавление живой силы обороны. Обстрел местности производился единственно для воспрепятствования подхода резервов противника.
Эти строки в достаточной мере подтверждают высказанное выше заключение, что в то время искусного пременения артиллерии в массах, в боях подобного рода у германцев не было.
Совместные действия соседних пехотных и артиллерийских начальников обеспечивались, между прочим, работой офицеров связи и наблюдателями, выдвинутыми в передовые пехотные линии. Эти наблюдатели, поддерживающие телефонную связь с находящимися в тылу батареями, могли, в случае необходимости, руководить огнем отдельных батарей, соответственно желаниям пехоты. Перед началом наступления план боевых действий изучался детально на местности командирами различных родов войск.
[92]













Пользовательского поиска
 
Архив проекта -> Сражение при Горлице-Тарнов 2-6 мая 1915 г. -> VI. Подготовка к наступлению.
Designed by Alexey Likhotvorik 28.01.2013 22:51:24
copyright (c) 2003 Alexey Likhotvorik