Значение изучения военной истории в деле военного образования давно всеми признано. В современную эпоху это значение еще возросло. Быстрый ход развития современной техники вынуждает столь же быстро эволюционировать методы ведения войны. Для того, чтобы угадать формы будущей войны, необходимо исходить из подробного изучения последней Большой Войны. Ближайшая будущая война, конечно, будет отличаться от только что минувшей. Многие факторы, с появлением которых приходилось уже считаться в минувшей войне, в будущую получат сразу же полное применение; появятся и новые факторы. Военная наука стоит перед обширной и трудной задачей - прогноза. Но одну особенность первого периода будущей войны предсказать уже можно. Она вытекает из той политической обстановки, которая сложилась в Европе после Версальского мира. Ни одно из современных европейских государств не в состоянии осуществить ту "стенку" от моря и до моря, которая, начиная с 1915 г., придала минувшей войне характер "крепостной войны" в грандиозном масштабе. Неосуществимо это даже для наиболее сильной из всех держав - Франции. По этой причине будущая война приобретет маневренный характер. Минувшая война тоже первые месяцы сохраняла подвижной характер. Но этот первоначальный период был сравнительно коротким, особенно на Французском театре. Громадность сил, выставленных каждой из сторон, позволила очень скоро каждой из них дотянуться до "обезпеченных" флангов. В будущей войне

[I]

маневренный период продлится дольше, и с большей вероятностью можно ожидать, что одна из сторон успеет в течение его принудить другую к заключению мира.

С этой точки зрения особенный интерес представляет изучение кампании 1914 г. на Русском фронте. Маневр получил в ней более полное развитие, чем в любой другой кампании той же войны на Французском или Русском театрах.

К изследованию этой кампании мы и приглашаем читателя.

Предпосланными выше строками уже очерчивается до некоторой степени и самый характер нашего труда.

Работы по Военной Истории могутъ быть подразделены на две категории.

Одни из них задаются исключительно целью возстановить точную картину событий. Подобные работы составляют, по существу говоря, "чистую" Военную Историю. Они уклоняются от критического разсмотрения творчества действующих лиц, сосредоточивая всецело критический анализ на оценке правдивости изложения событий в использованных документах. Что такая работа крайне необходима, видно хотя бы из того, что, как правило, можно утверждать, что ни одна реляция не дает правдивого изложения событий.

Работы только что указанного характера являются основой для всякого рода других военно-исторических изследований; но они возможны лишь при обладании полного объема документов. Поэтому, это достижимо лишь тем военно-историческим комиссиям, которые работают в архивах государств, принимавших участие в войне. Такая работа происходит сейчас и в Москве.

Предлагаемая читателю работа представляет собой военно-историческое изследование другого типа. Она принадлежит к тому разряду военно-исторических работ, главною целью которых является изучение данной войны, как ряда связанных между собою событий. Здесь центр тяжести изследовний лежит на анализе сосуществовавания и причинной связи явлений. Совершенно естественно, что в этом случае,

[II]

внимание изследователя не может ограничиться одной только критикой степени достоверности используемых ими документов; он вынужден анализировать и самый процесс творчества действующих лиц, а потому не может уклониться и от критики в области военного искусства.

Вот почему мы считаем долгом обратить внимание читателя на эту сторону нашей работы. Будучи сам участником многих операций и боев, автор хорошо знает, насколько приложима именно к военному творчеству французская пословица: "la critique est aisee, l'art est difficile". Поэтому при высказывании своих суждений автор не руководится желанием производить суд, а лишь стремлением найти поучение для будущих деятелей в трудной области военного творчества.

Условия, в которых протекала работа автора, были чрезвычайно неблагоприятными. Эмигрантская обстановка сильно затруднила для него обращение к первоисточникам, т. е. к документам. Пользование последними было ограничено лишь следующими возможностями:

а) Во время войны автору удалось подобрать при помощи своих многочисленных учеников некоторые из наиболее интересных документов в дополнение к тем, с которыми ему пришлось ознакомиться непосредственно на занимаемых им ответственных должностях Генерального Штаба.

б) В 1918 г. во время пребывания автора в Одессе, где он лечился от полученной во время войны тяжелой контузии, он принялся собирать войсковые архивы, брошенные нашими, стихийно уходящими с фронта, войсками. Ему удалось собрать несколько тысяч больших ящиков, которые и были сосредоточены в Одессе в специально предоставленном для хранения доме, и где под его руководством началась разборка собранных чрезвычайно ценных материалов. Автор успел сделать за это время много выписок.

в) В настоящее время некоторые из участников посылают автору свои воспоминания и представляют для использования имеющиеся у них на руках документы.

Мы вполне отдаем себе отчет, насколько эти возможно-

[III]

сти малы по сравнению с необходимостью беспрепятственного использования документов во всем сохранившемся в архивах объеме. Поэтому мы и просим читателя смотреть на нашу работу лишь, как на леса, которые воздвигаются при постройке больших зданий. Когда постройка будет сделана леса снимаются. Пусть такова и будет судьба нашей работы. Она послужит для возбуждения вопросов, требующих дальнейшего освещения на основании всеобъемлющего изучения документов.

Само собой разумеется, что мы использовали для нашей работы печатные труды, вышедшие как за границей России, так и в самой России.

Крупным недостатком, первых является базирование их исключительно на данных, сообщаемых нашими бывшими врагами немцами.

Подобной односторонности не избегли даже труды наших ближайших союзкиков французов.

Яркой иллюстрацией такой односторонности может служить статья в "Revue Militaire Francaise" (№ 7, январь 1922 г.) и принадлежащая перу такого авторитетного лица, как бывшего начальника французского Генерального Штаба генерала Бюа. В ней повторяются басни, распространяемые Людендорфом, как например: его утверждение, что в период первой русской операции в Восточной Пруссии 1-ая русская армия (генерала Ренненкампфа) состояла из "24-х сильных (?) пехотных дивизий". В действительности же в бою под Гумбиненом сила 1-й Русской Армии достигала всего 6,5 пех. дивизий. Казалось бы нетрудно и без специальных русских источников распознать лживость утверждений Людендорфа и не строить своих выводов на столь мифических данных. Нужно здесь сказать, что генерал Бюа в своем предисловии к статье предупреждает, что строит свое военно-историческое изследование на одних немецких данных. Вполне понятно, что с научной точки зрения ценность подобных трудов очень не велика.

Чтение статьи генерала Бюа и побудило нас приступить к нашей работе. В нас говорило чувство долга защитить

[IV]

память той армии, которая, в полном смысле слова, пожервовав собой, дала победу своим союзникам.

Наиболее ценными для нашей работы источниками являются печатные труды, изданные в Советской России. Можно пожалеть об их малочисленности, а также о крайней тенденциозности некоторых из них.

Остается сказать несколько слов о плане предпринятого нами труда.

Кампания 1914 г., являющаяся началом войны, ведется армиями такими, какими они были подготовлены в мирное время. Самый ход операций был всецело предрешен планом войны и созданной им обстановкой. Вот почему первая часть настоящего труда и посвящена краткому очерку условий, в которых началась война. 2-ая часть этой работы посвящается изложению первых операций в Восточной Пруссии. 1-ая и 2-ая части и составляют содержание предлагаемой внимание читателей книги.

В ближайшем будущем автор предполагает выпустить следующие части: 3-я - "Великая Галицийская Битва", 4-я - "Операции на левом берегу Вислы", 5-я - "Стратегические и тактические поучения из опыта кампании 1914 г. на Русском фронте".

Как 1-я и 2-я части, так и последующие представляют каждая законченное целое, а потому могут изучаться в отдельности.

В заключение автор позволит себе обратиться с одним советом к читателю, пожелавшему не только прочесть, но и изучить излагаемые в книге операции. Для этого надо нанести на листы прозрачной бумаги, пользуясь прилагаемыми к книге картами, фронты и группировки войск в важнейшие дни операций и боев. Описание составлено автором так, что оно дает полную возможность этого.

[V]