|
XVI
ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ СЪЕЗДА |
|
Кончился съезд, на руках всем съездом отнесли Брусилова до его дома. Сверху с балкона платочком жена его махала.
Потом делегаты рядами, человек по шесть-семь построившись и под ручки взявшись, ходили и революционные песни пели.
И особенно Леваниду один поручик запомнился с усами пушистыми, белыми, шел он через человека от Леванида, крайний, и потому одной свободной рукой размахивал. Припев "Интернационала" выводил он на французском
[47]
диалекте, но слово "борьба" почему-то отчетливо, как русское "луг" выкрикивал. Был он Тенгинского полка, в котором, как известно, Лермонтов служил. Вот вакансию полкового поэта поручик этот и занимал. В честь Керенского стишки сочинил и очень неплохие. Вот отрывок из них что Леванид запомнил.
Над вами, как яркое пламя,
В последний решительный час
Колышется красное знамя -
Святыня трудящихся масс.
Товарищи, время не терпит,
Товарищи, время не ждет,
Пусть трусы презренные медлят,
Герои, за нами вперед!
И пока делегаты по городу ходили и "ура" III Интернационалу орали, всей душой Леванид в радостном ощущеньи могучего массового коллективного подъема купался, И казалось тогда, какая же сила перед восторженной армией революции русской устоит.
[48]
|
Пользовательского поиска