Общее значение Осовца определялось тем, что он лежал на болотистом, лишенном других переправ, участке р. Бобра, пересекаемом в районе крепости железной дорогой и разработанной грунтовой дорогой, ведших из пределов Восточной Пруссии через Граево к важному Белостокскому узлу в тыл тех наших армий, кои оперировали западнее линии Белосток - Брест-Литовск. К 20-м числам января 1915 года обстановка складывалась так. Наша X армия занимала позицию Ландсденен - Арис против сильно укрепившегося противника, Для обезпечения левого фланга ее в район Иоганисбург, Винцента, Кольно, Щучин была выдвинута 57 пех. дивизия 3-х полкового состава с казачьим полком, составившими отряд под названием "Щучинского", державшим связь с конницей и ополченскими частями, занимавшими промежуток до I армии, действовавшей на Млавском направлении.

Имелись сведения о сосредоточении противником значительных сил в Восточной Пруссии, почему было приступлено к формированию новой, XII армии для действий в промежутке между X и I армиями.

На возможность X армии удержаться на занятом ею рубеже видимо, Командование не надеялось, так как откомандированная в ее распоряжение крепостная apтиллepия Гродны, Ковны и Осовца была снята с позиций и отправлена по своим крепостям.

К 24 января обнаружился нажим значительных сил германцев на фланги X армии и на Щучинский отряд. С утра 25 противник обрушился почти 1½ корпусами на фронт Винцента-Иоганисбург, занятый Щучинским отрядом. В течение 25 января шел бой, доходивший до штыковых схваток и действия артиллеpии с установкой на картечь; Щучинский отряд, потеряв более 50% пехоты и 12 орудий, вынужден был к отходу: большая часть отошла на Осовец через Щучин, остальные кружным путем через Ломжу.

X армия также была принуждена противником к отходу за Неман и за верхний Бобр.

Левый фланг ее упирался в болота у д. Сосни, входившей в состав позиции; правый - в болота восточнее д. Белогронды. Позиция пересекалась Рудским каналом с единственной мостовой переправой.

[292]

Тем временем началось cocpeдоточениe XII армии в Ломжинском paйoне, а на гарнизон Осовца, до прибытия потрепанных частей 57 пех. дивизии, состоявший из запасных, ополченских и пограничных частей была возложена задача оборонять весь почти 50 верстный интервал между X и XII армиями. При таких условиях роль Осовца была пассивного характера; однако, сохранение свободы действий на обоих берегах Бобра являлась чрезвычайно важным в целях развития активных действий в направлении таких важных узлов путей как Лык и Иоганнисбург.

В следующий затем период наступательных операций X и XII apмий и перехода их вновь к обороне, Осовец связывал эти армии, обороняя 50 верстный фронт с сравнительно ничтожными силами, причем, благодаря удержанию передовой позиции, поддерживал с противником тесное соприкосновение, создавая ему постоянную угрозу перехода в наступление. При новом летнем нажиме противника по всему нашему фронту, когда он, пользуясь нашим недостатком в вооружении и в боевых припасах, вынудил нас оставить Привислянский край и начать глубокий отход на восток, роль Осовца до крайности возросла, так как прорыв у него грозил катастрофой нашим армиям, действовавшим в районе к западу от линии Осовец - Белосток - Брест.

С выходом же отходящих частей на эту линию для дальнейшего движения на восток, удержание Осовца утрачивало свое значение, так как с южной стороны он мог быть взят в самое короткое время, между тем, как его вооружение, запасы и гарнизон представляли большую ценность для наших армий. О том значении, которое придавалось германским командованием взятою Осовца, по тому "почтению", которое они питали к его силе сопротивляемости, свидетельствует многократное упоминание о нем генералом Людендорфом в своих "Воспоминаниях", к сожалению, однако не всегда ясных и правдивых, почему во многих местах его труда, касающихся вопроса борьбы за Осовец, чувствуется натяжка и стремление затушевать неприятную для себя истину.

Тем не менее, мы считаем не безинтересным для читателей отметить следующие выдержки из его труда. Касаясь январьского перехода в наступление, генерал Людендорф говорит: "В основе операции лежал план атаки Осовца самыми тяжелыми калибрами" и далее: "8-ая армия продолжала выполнять свою задачу - готовиться к штурму Осовца". Затем он говорит: "Наступление на Осовец тоже пока не дало никаких положительных результатов". Дальше им делается указание, что пришлось отдать распоряжение о приостановке наступления на Осовец по топографическим и климатическим условиям, приводя аргументы, не отвечающиe действительности. Так он говорит, что командующие высоты южного берега Бобра не позволили разместить немецкую артиллерию

[293]

так, чтобы крепостные сооружения вошли в сферу досягаемости этой артиллерии. Это не верно: немецкая артиллерия простреливала крепость и снаряды ложились часто в 4 - 5 верстах за крепостью. Переходя к части его "Воспоминаний", касающихся летнего наступления, отметим его фразу "Выгоднее всего было наступать на линию Осовец-Гродно, а может быть и Ломжу; мы изследовали болотистую почву по обе стороны Осовца, ища переправ, результаты были отрицательные". Здесь опять передержка: во-первых, необыкновенно жаркое лето высушило болота и мы имели возможность "на болотах" протянуть нашу передовую позицию восток почти на 10 верст, а во-вторых, почему же они тем не менее произвели 24 июля газовый штурм с такой уверенностью в успех, что приказано было иметь обозы запряженными, о котором однако ген. Людендорф умалчивает в своем труде. Далее он говорит: "8-ая армия вдвинулась в узкое пространство между Наревом и Белостоком для взятия с юга Oсовца, который и пал 22 августа: мы хотели брать его с востока и севера, а взяли с юга: такова война. Хотя в этой фразе существенная неточность, так как это был не Осовец, а его развалины, почему и нельзя сказать "он пал", но зато, во-первых, ею уделяется Осовцу много чести, а именно, взятия его, хотя бы и на бумаге, "целой 8-ой армией", а во-вторых, она лишний раз свидетельствует о том, как сильна была у германского командования жажда овладения крепостью.

[294]