Русская армия в Первой мировой войне
Архив проекта -> Брухмюллер Г. Германская артиллерия во время прорывов в мировой войне. -> Введение
Русская армия в Великой войне: Брухмюллер Г. Германская артиллерия во время прорывов в мировой войне.

Введение.

Взаимоотношения между полевой и пешей артиллерией во время войны.

В начале мировой войны отношения между полевой и пешей артиллерией были далеко не безупречны, хотя за последние годы перед войной они значительно улучшились.
Большинство офицеров нолевой артиллерии видели в командном составе пешей артиллерии прежних крепостных артиллеристов, привыкших сражаться из-за вала и рва. Этот взгляд относится ко времени разделения артиллерии на полевую и пешую. Предубеждение было очень нелестно для пешей артиллерии и еще 15 лет тому назад, в связи с выработкой новых уставов, было предложено заменить термин "пешая артиллерия" наименованием "тяжелая артиллерия", ибо с названием "пешая артиллерия" были связаны слишком неприятные воспоминания. Отношения между этими разновидностями одного рода оружия несомненно затрудняли их совместное обучение, взаимное понимание, одним словом, их спайку перед войной.
До самого начала войны центр тяжести обучения полевой артиллерии лежал в подготовке к маневренной войне; подготовка же к позиционной войне производилась в довольно скромном объеме. Это было вполне понятно и оправдывалось опытом прежних войн. Но вот разразилась мировая война, а с ней начались и позиционные действия. Перед полевой артиллерией встали
[24]
такие задачи, как стрельба при помощи батарейного плана (unter Benutzung des Batterieplans), ночная стрельба, стрельба во время тумана; все это для многих полевых артиллеристов оказалось совсем непривычным. Пешая артиллерия не только шутя разрешала эти задачи позиционной войны, но превосходно действовала и в маневренной войне, зачастую решая успех. Полевая артиллерия открыто признала более разностороннюю подготовку и заслуги пешей артиллерии, что значительно способствовало сближению между этими видами артиллерии.
В дальнейшем была достигнута полная согласованность действий обоих видов артиллерии, немало способствовавшей достижению успеха в больших наступлениях позиционной войны. Мне пришлось знавать очень многих полевых артиллеристов, которые были прекрасно осведомлены обо всех особенностях работы пешей артиллерии и проявляли к ней живейший интерес.
Спайка между обоими видами артиллерии достигалась особенно тем, что части их, входившие в состав одной и той же дивизии, подчинялись общему начальнику артиллерии (Artillerie-kommandeur), которые назначались из лиц командного состава полевой или пешей артиллерии. Это был начальник с правом издания приказов (mit Befehlsbefugnis).
[25]
Высшим штабам, начиная со штаба корпуса, придавались "артиллерийские советники" (Artilleristiscbe Berater), назначавшиеся также из рядов полевой или пешей артиллерии, но без, права издания приказов; при штабах армий на главных фронтах — артиллерийские генералы; группам армий, штабам армий и корпусов на арочих фронтах — "артиллерийские штаб-офицеры". Эта мера облегчала совместные действия обоих видов артиллерии. Но своеобразное положение "артиллерийского советника" требовало от занимающего эту должность выдающихся личных качеств. В этой должности можно было сделать очень много; занимающий ее мог приобрести большое, иногда решающее, влияние на ход операций. Однако "артиллерийские советники" не везде оказывали на действие артиллерии то влияние, на которое они имели право и которое должны были бы оказывать; причину этого надо искать в стремлении сохранить свое положение, которое иногда было довольно шатким, вследствие расхождения во взглядах на действия артиллерии между советником и начальником соответствующего штаба, в преданности отжившим свой век приемам, в нежелании выступать со своими личными взглядами и в целом ряде других явлений. Впрочем, эти случаи, к счастью, составляли исключение. По общему же правилу артиллерия имела в лице артиллерийских советников вполне надежных руководителей.
Так как я, пеший артиллерист, был около двух лет командиром полка полевой артиллерии, то мне пришлось основательно познакомиться с взаимоотношениями между обоими видами артиллерии. Занимая в начале войны должность командира 2-го гвардейского ландверного батальона пешей артиллерии и штаб-офицера пешей артиллерии Кульмской крепости, я в ноябре 1914 г. был назначен начальником артиллерии во вновь
[26]
сформированную дивизию фон-Верница (позднее — 86-я пехотная дивизия), а в 1915 г., кроме того, приказом командующего армией — командиром 86-го полка полевой артиллерии. В этом полку был отличный офицерский состав, в особенности хороши были командиры дивизионов — капитаны Шенлейн, Майвег и Штоппель; опытные надежные унтер-офицеры — Хохензе и Шиллер, награжденные еще зимой 1915—16 гг. орденом Железного Креста 1-й степени, и храбрые, преданные долгу, солдаты. Я считал за честь стоять во главе такого полка.
Весной 1916 г. в связи с боями у озера Нарочь обо мне узнал начальник штаба 10-й армии полковник Хелль, а через него и главнокомандующий Восточным фронтом. В 1917 г. меня привлекали к разработке почти всех наступлений на Восточном фронте, а осенью 1917 г. и в 1918 г. мне пришлось работать в непосредственном распоряжении верховного командования на Западном фронте.
Таким образом, благодаря целому ряду случайностей, мировая война выдвинула меня из скромного положения командира пешего ландверного артиллерийского батальона на должность инспектора артиллерии при верховном командовании (Artillerie kommandeur zur Verfiigung der О. Н. L.). Благодаря этим случайностям мне удалось приобрести сначала в небольшом масштабе опыт, который я использовал впоследствии при крупных наступлениях.

Оценка австро-венгерской артиллерии, предоставленной в распоряжение германского командования.


Австро-венгерская артиллерия имела хорошую теоретическую подготовку; практическое обучение было тоже хорошее. К сожалению, материальная часть многих батарей была настолько неудовлетворительна, что полезная производительность ее значительно уступала германской. В дальнейшем эти батареи
[27]
были перевооружены германской материальной частью; обращению с ней прислугу удалось обучить в очень короткое время; в этом мне лично неоднократно пришлось убеждаться.
Часто батареи, даже на главных фронтах, страдали от недостатка боевых припасов, что, конечно, сильно понижало их боеспособность.
Добросовестное отношение и интерес к делу были в австро-венгерской артиллерии общим явлением, и среди офицеров имелось немало способных артиллеристов. Упомяну о полковнике Адлере, командовавшем артиллерией при штурме Зареченского предмостного укрепления, о капитане фон-Фаха, который оказал весьма ценные услуги со своей 30,5-см. моторной мортирной батареей, и капитане Грильмейере, превосходно разрешившем возложенную на него задачу при штурме предмостного укрепления близ д. Тоболы. Высота в районе тет-де-пона была названа в честь Грильмейера его именем и, таким образом, он не будет забыт. Младшие офицеры, выдвинутые с отдельными орудиями в передовые пехотные линии, неоднократно отличались во время атак своей осмотрительностью и решимостью.
Часто мне приходилось беседовать со старшими артиллерийскими начальниками австро-венгерской армии по поводу упреков, раздававшихся по адресу австро-венгерской артиллерии (расположение на слишком большой дистанции от неприятеля, слишком близкое расположение передков и запряжек к батареям для облегчения быстрого отступления и т. д.). Все в один голос говорили приблизительно так: "Если мы знаем, что можно положиться на расположенную впереди нас пехоту, если мы уверены, что под натиском противника она удержится на позиции, — мы действуем по примеру германской артиллерия. Если же расположенная впереди пехота ненадежна, мы принуждены поступать
[28]
иначе; в противном случае мы слишком часто теряли бы свою материальную часть". Этим начальникам приходилось считаться с неодинаковой стойкостью австро-венгерских частей, обусловленной разноплеменностью их состава.
Во всяком случае, можно считать установленным, что при энергичном руководстве, подробных приказах и достаточном контроле, австро-венгерская артиллерия работала вполне удовлетворительно во всех случаях, когда у нее была хорошая материальная часть и достаточное количество боевых припасов.
[29]













Пользовательского поиска
 
Архив проекта -> Брухмюллер Г. Германская артиллерия во время прорывов в мировой войне. -> Введение
Designed by Alexey Likhotvorik 03.12.2012 08:54:20
copyright (c) 2003 Alexey Likhotvorik