В то время, как австрийцы готовились к боям на Гнилой Липе, общая обстановка на галицийском фронте была для них мало благоприятной. 1-я армия Данкля вела затяжные бои и ожидала подхода к своему левому флангу группы Куммера. От наступления 4-й армии Ауффенберга австрийцы ожидали крупного успеха в особенности после подхода к ней группы Иосифа-Фердинанда. Зато 3-я армия Брудермана была разбита и нуждалась в существенном содействии на своем правом крыле со стороны частей 2-й армии Бем-Ермоли.

Считая, что при таковом положении всего левого фронта надежды на успех главного наступления между Вислой и Бугом могут не осуществиться, австрийское главнокомандование обращается к германцам с просьбой о поддержке. В телеграмме Мольтке от 28-го августа Конрад снова просит направить наступление германских войск из Вост. Пруссии в район Седлеца и Лукова, что, по его мнению, наилучшим образом обеспечит общий успех австро-германцев в районе Люблина, окажет поддержку австрийским армиям восточнее Львова и остановит намерение русских вести наступление от Варшавы на Бреславль в глубь Германии. Эта просьба осталась без своевременного ответа.

Преследуя разбитую в боях на р. Золотой Липе армию Брудермана, 3-я армия Рузского к вечеру 28-го августа достигла следующих районов: 11-я кав. дивизия, ведя разведку на Куликов -Львов, остановилась на ночлег в 20 км от Львова восточнее Дзибулки. XXI корпус занимал 69-й дивизией Каменку, имея остальные две дивизии на фронте Желехов - Лиска; XI корпус располагался в районе Глиняны; IX корпус овладел районом Унув-Липовце; X корпус, после оставления австрийцами Дунаюва, продвинулся до линии Боршев - Бяла. Сводный кав. корпус находился в районе

[184]

Нараюв (10-я кав. д.) -Вержбов (3-я кавк. к. д.)-Стриганце (9-я кав. д.).

В 8-й армии правофланговые части с 3 час. ночи 28-го августа двигались в общем направлении на Бобрку. К вечеру этого дня, сделав переходы более 50 км, корпуса достигли: VII корпус -района Дунаюва, а XII корпус-района Стратин- Рогатин; VIII корпус занял фронт Лучинце- Желиборы; XXIV корпус был разбросан по Днестру от Галича до Залещиков; 12-я кав. дивизия занимала Нараюв. Остальная армейская конница располагалась: 2-я сводная и 2-я кубанская каз. дивизии-в районе Сарнки, 1-я кубанская каз. дивизия-в Бурштыне. Днестровский отряд, поступивший под командование начальника прибывшей терской каз. дивизии Аратюнова, находился в двух переходах к востоку от Черновцы на фронте Ливинцы - Михайловка.

3-я армия Брудермана, после отхода от Золотой Липы, расположила свои корпуса в следующих районах: XI корпус-Прусы - Миколашев; III и XII корпуса - на фронте Куровице - Фирлеюв. Последние 2 корпуса после боев были чрезмерно изнурены, а III корпус, кроме того, понес большие потери. Для укомплектования 3-й армии были направлены: из Самбора - 4-я маршевая бригада и из Кракова - 10-й ландш. полк; в состав XI корпуса включена 44-я ландш. дивизия. В районе Львова образуется армейский резерв из 23-й гонв. дивизии и 97-й ландш. бригады, который сосредоточивается на высотах южнее Жолкева, в целях обеспечения левого фланга армии от обхода со стороны Мосты В.- Каменки. Позиция, занятая войсками 3-й армии, была заранее подготовлена и усилена техническими средствами. Для связи с 4-й армией в районе Магирув-Рава-Русская был выдвинут конный корпус Витмана.

2-я австр. армия Бем-Ермоли к 28-му августа еще не закончила сосредоточения своих частей: VII корпус начал высадку в районе Ходоров - Журавно, которая заканчивалась к 30-му августа. В районе Рогатина находились 105-я ландш. бригада, 8-я кав. и 20-я дивизии. 12-я марш, бригада занимала Галич; 38-я дивизия - Мариамполь; 43-я ландш. дивизия перевозилась по жел. дороге из Буковины в район Галича, куда прибывала к 31-му августа; 1-я и 5-я кав. дивизии отходили на Галич.

В то время, как бои на Золотой Липе вели войска армии Рузского, поддержанные только правофланговым VII корпусом и 12-й кав дивизией 8-й армии, в боях на р. Гнилой Липе принимают участие все 8 корпусов обеих армий, образовав общий фронт от Каменки через Перемышляны и Рогатин до района Галича, протяжением около

[185]

120 км, на котором действовали 20½ пех. и 8 кав. дивизий и 2 стр. бригады, всего 344 бат., 192 эск. и 1304 орудия, или около 400.000 бойцов, что дает в среднем 3 бат., 1½ эск. и 11 орудий на 1 км фронта Однако такая плотность фронта не везде была одинакова; так, оба фланговые корпуса - XXI и XXIV-в первые дни действовали на более широком фронте: XXI корпус -в 25-30 км полосе к северу от жел. дор. Львов - Красне, а XXIV корпус в первые два дня боя имел в районе Галича только 1½ дивизии, держа остальные 1½ див. на уступе почти в 1½ переходах к востоку - в районе Нижниов - Монастержиска - Бучач.

Остальные войска 3-й и 8-й армий наступали на фронте протяжением 75 км от жел. дор. Львов - Красне до района Желиборы силами в 15½ пех. и 6 кав. дивизий, что доводит силы русских в центре на 1 км фронта до 5 бат. пехоты, 2 эск. и 12 орудий. Состоявшееся 30-го августа объединение командования 3-й и 8-й армиями под начальством Рузского еще более увеличивало силу этой массы русских войск, о которую вторично разбилась в боях на Гнилой Липе попытка австрийцев обеспечить свою главную операцию на север между Вислою и Бугом. Для питания предстоящего боя русское командование резервов не имело, и роль таковых только на левом фланге сыграли подтянутые к Галичу и севернее дивизии XXIV корпуса.

Окончание сосредоточения главных сил 2-й австр. армии в районе Рогатин - Галич и усиление 3-й австр. армии новыми резервами увеличивало силы австрийцев в боях на Гнилой Липе более чем вдвое, по сравнению с таковыми в боях на Золотой Липе. В общем, австрийцы к 29-му августа успели сосредоточить на 120-км фронте от Куликова до Мариамполя 14½ пех. и 4 кав. дивизии и 6 ландш. бригад. Кроме того, они имели 6 маршевых бригад, всего 39 марш. бат. и 4 эск., которые в большинстве были использованы в первой линии для боевых задач, преимущественно оборонительного характера, и только частично для пополнения потерь в полевых дивизиях. Всего в 3-й и 2-й армиях насчитывалось 262 бат., 136 эск. и 828 орудий полевых войск и 39 бат. и 4 эск. маршевых формирований, т.-е. около 300.000 бойцов.

Участки, занятые корпусами, на заранее укрепленной позиции, были различной силы: XI корпус (30-я див., 93-я ландш. и 11-я марш. бриг.) занимал позицию от Пруссы до Миклашева, протяжением около 10 км, что дает на 1 км около 2 бат., ½ эск. и 6 орудий; III корпус (28-я, 44-я, 6-я и 22-я див. и 3-я марш. бр.) и XII корпус (16-я, 35-я и 11-я див.)-

[186]

от Куровице до Фирлеюва, протяжением около 35 км., что дает на 1 км фронта 3 бат., ½ эск. и 9 орудий.

На фронте 2-й армии австрийцы развернули на переправах через pp. Гнилую Липу и Днестр от Руды до Мариамполя на участке, протяжением около 50 км, 5 пех. и 1 кав. дивизии, 1 ландш. и 1 марш, бригады, всего 95 бат., 38 эск. и 43 батареи, что составляет на 1 км фронта до 2 бат., 1 эск. и 5 орудий. Это расположение австрийских войск не было сплошным: между XI и III корпусами имелся 15-км промежуток. За левым флангом общего развертывания в районе Жолкев - Куликов имелся резерв 3-й армии в составе 24 бат., 5 эск. и 7 батар. Кроме того, в гарнизоне Львова находилась 97-я ландш. бригада, а в ближайшем тылу высаживались новые укомплектования: 4-я марш. бригада и 10-й ландш. полк, всего около 16 бат. Настроение австрийских войск после боев на Золотой Липе было подавленное, некоторые части III и XI корпусов признавались мало боеспособными, но все же австрийцы считали, что 3-я армия может удержаться на укрепленных позициях.

8-я армия еще 27-го августа получила от главнокомандующего юго-зап. фронтом новую задачу-помочь своими главными силами войскам 3-й армии одержать решительный успех в операции против Львова, парализуя своим левофланговым XXIV корпусом деятельность противника на берегах Днестра. На следующий день главнокомандующий, в виду тяжелого положения на фронте 4-й и 5-й армий, снова повторил свое приказание о перемещении 3-й армии к северу, что неизбежно влекло за собой и соответствующее перемещение корпусов 8-й армии. Согласно указания Рузского, от 8-й армии ожидалось содействие в направлении 1-2 дивизий на Нараюв и затем обеспечение левого фланга 3-й армии со стороны Миколаева при ее операции против Львова. Первоначально Рузский предполагал, с разрешения главнокомандующего юго-зап. фронтом, по достижении 28 го августа конечных пунктов марша, приостановить на 2-3 дня дальнейшее наступление 3-й армии с целью упорядочения тыла, влития пополнений и производства разведки Львова, который считался сильно укрепленным. Эта остановка должна была быть использована также для перегруппировки в целях перемещения армии к северу, при чем движение войск в новом направлении должно было начаться не позже 31-го августа. Однако верховный главнокомандующий не разрешил этой остановки и приказал 3-й и 8-й армиям продолжать самое энергичное наступление, указав, что "остановка 3-й армии, какими бы она причинами ни вызывалась, признается совер-

[187]

шенно недопустимой, ибо она даст передышку противнику и позволит ему использовать переброску сил от Львова на север. Ген. Рузский должен держать стремительным натиском находящегося перед ним противника за горло, развивая действия своим правым флангом в обход Львова с севера". Этот категорический приказ заставил 3-ю армию продолжать наступление и привел к 4-дневным боям, которые получили название сражения на р. Гнилой Липе.

Австрийцы считали положение своей 3-й армии достаточно устойчивым, так как противник 28-го августа общего наступления не продолжал и, видимо, был также истощен. Поэтому главнокомандование решает поддержать 3-ю армию войсками сосредоточивающейся 2-й армии и продолжать бой на Гнилой Липе. При указанной группировке 2-я армия, прикрывая все переправы через Днестр от Жидачева до Мариамполя и Нижниова, могла сосредоточить для поддержки отходящей 3-й армии две группы: одну в 2-3 дивизии у Ходорова и другую в 3 пех. и 2 кав. дивизий у Галича, которыми и предполагалось нанести встречный удар в обход фланга и тыла наступающей к Днестру 8-й армии Брусилова. Необходимо отметить, что разведка австрийской авиации и армейской конницы ввели главнокомандование в заблуждение, не раскрыв своевременно сосредоточения 8-й армии в районе Проскурова и наступления ее главных сил к югу от жел. дор. Тарнополь- Рогатин-Ходоров. До боев на Гнилой Липе австрийцы считали, что в этом районе наступают только большие массы русской конницы, поддержанные небольшими пехотными частями, а не вся масса войск 8-й армии. В окончательном виде план австрийцев вылился в решение вести армией Брудермана оборонительный бой на заранее укрепленной позиции на фронте Львов-высоты западнее Перемышляны-Рогатин, имея за левым флангом в районе Жолкев-Куликов армейский резерв (23-я гонв. див. и 97-я ландш. бриг.) для производства флангового удара против правого фланга 3-й армии Рузского. 2-я армия, по сосредоточении на фронте Ходоров- Галич, должна была перейти в наступление, охватывая левый фланг и выходя в тыл наступающим к Днестру войскам 8-й армии.

Сражение на р. Гнилой Липе происходило на путях от Каменки, Буска и Глиняны к Львову и вдоль всего течения р. Гнилой Липы. Общий характер местности представлял собой равнину, покрытую небольшими холмами, рощами и лесами, иногда придававшими местности пересеченный, закрытый характер. Единственным препятствием, пересекающим район сражения с севера на юг, являлась р. Гнилая Липа, правый берег которой был использован австрийцами, как новый оборони-

[188]

тельный рубеж. Река Гнилая Липа при ширине 10-20 м и глубине 1½-2 м во многих местах проходима в брод. Долина реки имеет болотистые участки, покрытые лесом. Берега долины на всем течении высокие: до 50 м в верховьях и до 100 м ниже Рогатина. Командование чаще принадлежит левому берегу, особенно заметное в районе Перемышляны и Рогатина. Мостов шоссейных-5, а на грунтовых путях в среднем по одному на 3-4 км. В общем, местность была удобна для маневрирования крупных масс, не давая особых выгод австрийцам для обороны.

В отношении устройства тыла 3-й и 8-й армий существенных изменений к началу боев на Гнилой Липе не произошло. Три дня боя 26-го-28-го августа, в течение которых войска продвинулись всего на 15-30 км, дали возможность несколько подтянуть, отставшие обозы и тыловые учреждения, которые к 29-му августа были расположены следующим образом:

В 3-й армии военные дороги корпусов были продолжены, при чем головные этапы находились: для 69-й дивизии-в Радзихове; эта военная дорога с 29-го августа подлежала закрытию; для XXI корпуса-в Холоюве, для XI корпуса-в. Олеско, для IX корпуса-в Злочеве и для X корпуса-в Зборове. На головных этапах каждой военной дороги были заготовлены запасы имущества и находились этапные полуроты для открытия двух новых этапов в случае дальнейшего продвижения корпусов, которые, таким образом, были обеспечены организацией военных дорог еще только на два перехода.

Так как железная дорога Броды-Ожидов (35 км) не была еще восстановлена, то подвоз продовольствия происходил средствами войсковых обозов из прежних продовольственных магазинов, которые находились в 25-40 км от головных этапов в следующих пунктах: в Бродах (для XXI, XI и IX корпусов), в Заложцы (для X корп.), в Дубно (для XXI и XI корп.) и в Кременце (для IX и Х корп.), в которых в общем находились 5-дневные запасы продовольствия на каждый корпус. В Ровно и Щепетовке оставались промежуточные магазины на всю армию.

Склады огнестрельных припасов были подвинуты к войскам, для чего в Заложцы были выдвинуты запасы ¼ легкого и ¼ мортирного арт. местных парков, назначенных для X корпуса, а в Подгорцах был организован промежуточный склад патронов для IX и X корпусов. Основной склад находился в Бродах (для XXI, XI и IX корп.), где были сосредоточены

[189]

запасы 3/4 легкого и 3/4 мортирного арт. парков (10½ милл. винт., 22 тыс. легк. и 4½ тыс. тяж. гауб. патронов). Один легк. местный парк был в Дубно.

Санитарные учреждения были развернуты следующим образом: в Бродах - 3 полевых госпиталя для XXI и XI корпусов, в Подкамень - 1 госпиталь для IX корпуса, в Кременце - 2 госпиталя для IX и X корпусов и в Заложцы - 3 госпиталя для X корпуса. Кроме того, 12 запасных госпиталей находились; в Дубно (2), в Ровно (4), в Здолбунове (2), в Щепетовке (3) и в Кривине (1). Военно-санитарные транспорты находились по одному в Подкамень (для IX корп. ) и в Заложцы (для X корп.). Эвакуация раненых и больных была организована на ж.-д. станций Броды и Кременец и далее на Ровно и Щепетовку, где находились энакуационные комиссии. Таким образом, весь путь эвакуации тянулся в среднем 30-60 км по грунтовым путям и 80-130 км по жел. дороге. С открытием ж.-д. станции Заблотце (17 км от Броды и 35-40 км от линии фронта), примерно около 1-го-2-го сентября, все раненые направлялись на нее, что привело к большому их скоплению и заставило спешно перенести на эту станцию этап из Олеско (открыт к 4-му сентября).

Армейские транспорты к 28 му августа, в количестве 69, работали по подвозу продовольствия и огнеприпасов от конечно-выгрузочных станций до расходных магазинов корпусов и складов патронов. Автомобильный взвод из тяжелых грузовиков для обслуживания XXI, XI и IX корпусов к началу сражения еще не прибыл в Броды, а легкий автомобильный взвод находился в Кременце, обеспечивая подвоз по военной дороге X корпуса до Зборова (около 70 км). Склады бензина были открыты: в Бродах, Заложцы и Ровно.

В общем, несмотря на сравнительно небольшой отрыв линии фронта, в среднем 55-65 км (только для X корп.- 105 км), от конечно-выгрузочных станций в Броды и Кременце и нормальное развертывание тыловых учреждений, -войска начинали испытывать затруднения в получении продовольствия, главным образом не за отсутствием такового, а вследствие неуменья организовать своевременную подачу запасов войскам, которые перестали получать хлеб и питались остатками сухарей (весь запас на 12 дней) и картошкой, так как имевшиеся 2 дачи консервов также были почти всюду израсходованы в боях на Золотой Липе.

В 8-й армии тыловые учреждения были эшелонированы вдоль 3 военных дорог, которые были организованы следующим образом: 1) военная дорога VII и XII корпусов - Волочиск - Тарнополь - Городище - Брзежаны, откуда шли ответвления на Блотню для VII корпуса и на Пуков для XII корпуса; 2) военная дорога VIII корпуса шла от Волочиска через Трембовлю - Бурканов - Подгайцы - Шумляны - Сарнки и

[190]

3) военная дорога XXIV корпуса - Волочиск - Трембовля - Хмелевка - Коваловка - Езержаны. Расходные магазины корпусов были открыты в Тарнополе, Трембовле и в Брзежанах, а армейский - в Волочиске. Склады огнестрельных припасов находились: в Городище - ½ легкого и ½ мортирного местных парков; в Тарнополе - ½ легкого парка, в Трембовле - ½ легкого, ½ мортирного и ¼ горного парков и в Волочиске - ½ легкого парка. Расход огнеприпасов в 8-й армии в период подхода к р. Гнилая Липа был весьма незначителен, а за время боев 29-го-31-го августа всего израсходованы комплекты 1 легкого, ½ мортирного и ½ горного парков.

Санитарные учреждения также постепенно были подтянуты к линии фронта, при чем 33 госпиталя были развернуты на следующих этапах: в Брзежанах - пять госпиталей, в Тарнополе - пять, в Трембовле - три, в Волочиске - пять и на остальных этапах - по 1-2 госпиталя. Эвакуация шла через Трембовлю на Волочиск и Жмеринку, где была эвакуационная комиссия. Средняя длина эвакуационного пути - 110-120 км грунтового пути (шоссе) и 150 км по жел. дороге.

Армейские транспорты, в количестве 34, были использованы для подачи снабжения от конечно-выгрузочной станции в магазины в Тарнополе и в Трембовле.

В общем, 8-я армия, вследствие большого недостатка транспортных средств и отрыва войск от конечно-выгрузочной станции на 120 км и более, испытывала значительные затруднения в подаче продовольствия и эвакуации раненых, которые в большом количестве загружали полевые госпиталя и даже местные лазареты, использованные во всех уездных городах Галиции.

В отношении средств связи обе армии были обеспечены недостаточно, что отразилось на быстроте передачи донесений и приказов. Таким образом, изложенное выше состояние тыла не только мало обеспечивало войска обеих армий в период сражения, но и могло задержать развитие дальнейшего успеха после боев на р. Гнилая Липа.

Итак, верховное командование обеих сторон, опасаясь за судьбу операции между Вислой и Бугом, снова требует продолжения боевых действий своих армий на восточном крыле, что приводит к напряженным боям на р. Гнилой Липе. Стремление русского командования сковать противника на, фронте и обойти его своим правым флангом севернее Львова вполне отвечало обстановке и было легко выполнимо, требуя производства небольшой перегруппировки корпусов 3-й армии несколько к северу. Группировка корпусов 3-й и 8-й армий, имевших 20½ пех. и 8 кав. дивизий на 120-км фронте, допускала возможность сосредоточения крупных сил для ведения

[191]

главного удара на правом фланге 3-й армии к северу от жел. дор. Броды - Львов, что в значительной степени облегчило бы действия против неприятеля, фронт которого к югу от жел. дор. почти всюду был укреплен и прикрывался хорошо обстреливаемой с высот западного берега долиной р. Гнилой Липы. Однако ни командование фронтом, ни Рузский, со второго дня боя объединивший командование обеими армиями, не меняют после боев на Золотой Липе группировки 3-й и 8-й армий, которые сохраняют прежнее построение и ведут главный удар к югу от жел: дороги, имея на 75-км фронте 15½ пех. и 6 кав. дивизий, что приводит к тяжелым боям по прорыву укрепленной позиции австрийцев южнее Перемышляны. Таким образом, несмотря на то, что бои 26-го - 27-го августа разъяснили обстановку и выяснили, что на восточном крыле у австрийцев оставлен только слабый заслон, командование 3-й армии не производит выгодного маневра обходом фланга укрепленного противником рубежа, а продолжает вести наступление для прорыва укрепленных позиций.

Австрийцы, имевшие всего 17½ пех. и 4 кав. дивизии (с 6 ландш. бригадами), вторично пытаются остановить наступление русских армий, требуя от армии Брудермана обороны укрепленной позиции с целью сковать наступающие на Львов войска, и подготовляют охват обоих флангов 3-й и 8-й русских армий. Однако неготовность войск обеих фланговых групп-Демпфа и 2-й австр. армии-и запаздывание их действий приводят к тому, что каждая в отдельности обрекается на неудачу. Таким образом, является вопрос - не следовало ли бы австрийцам после боев на Золотой Липе, в виду запаздывания сосредоточения 2-й армии и серьезного потрясения 3-й армии, отойти еще на 1 переход на более глубокий рубеж: восточные укрепления Львова-Миколаев-Ходоровские пруды-р. Днестр, на котором и дать новое сражение при более выгодных оперативных и тактических условиях?

29-го августа 3-я и 8-я армии продолжали наступление к Львову и к Гнилой Липе, сбивая арьергардные части австрийцев. Бои велись главным образом на фронте двух левофланговых корпусов 3-й армии и на всем фронте подходивших к Гнилой Липе корпусов (VII, XII и VIII 8-й армии, которые встретили упорное сопротивление частей 2-й австр. армии.

Боевые действия на правом фланге 3-й армии развернулись следующим образом: 11-я кав. дивизия продолжала разведку из района Теодорсгофа на Львов.

[192]

XXI корпус оставался в прежнем районе, укрепляя позиции на линии Желихов-Лиски. На следующий день, имея задачу обеспечивать правый фланг армии, XXI корпус совершил перегруппировку, заняв 11-й кав. дивизией район Бутыни и выдвинув 69-ю дивизию в Мосты Бельке, 44-ю-в Купичволя, и 33-ю - в Каменка. Выполняя фланговый марш в новый район, корпус неожиданно был атакован от Жултанцы частями 23-й гонв. дивизии. Наступление венгерцев было остановлено встречным наступлением бокового авангарда 44-й дивизии, который атаковал противника около 16 час. и отбросил назад с громадными потерями. В новом районе, находясь на уступе и в переходе севернее остальных корпусов 3-й армии. XXI корпус занимал выгодное положение для удара по тылам группы Иосифа - Фердинанда, но, не ведя глубокой разведки и не имея сведений о серьезном положении на левом фланге армии Плеве, всю вторую половину дня оставался в выжидательном положении.

Соседний XI корпус, ведя наступление вдоль жел. дор. на Львов, около полудня 29-го был атакован в центре 44-й див. XI австр. корпуса, которая вела наступление от Журавники на 78-ю дивизию. Около 18 час. после вторичной контр-атаки австрийцы, обойдя правый фланг 78-й дивизии, заставили ее отступить на высоты вост. Журавники. На левом фланге корпуса успешное наступление авангарда 32-й дивизии на Куровице во фланг позиции противника помогло наступлению соседнего к югу IX корпуса на ее фронт и создало выгодное положение в центре 3-й армии, давая возможность обхода с севера всей укрепленной позиции австрийцев к югу от Куровице. Однако это положение не было сразу использовано, что, в связи с событиями следующего дня, задержало овладение центром 3-й армии названной позиции.

30-го августа с рассветом 44-я ландш. дивизия снова атаковала 78-ю дивизию, укрепившуюся на высотах вост. Журавники. Для ее поддержки соседние 11-я и 32-я дивизии перешли в наступление, обходя Журавники с севера и юга, что заставило австрийцев около 10 час. утра начать отход и очистить Журавники, которые в 13 час. были заняты 78-й дивизией. Однако в 11-й дивизии 42-й и 43-й полки, в связи с успехом на участке 78-й дивизии, выдвинулись слишком вперед вдоль жел. дор. до передовых Львовских укреплений у Борщовице, где попали под сосредоточенный огонь с нескольких сторон и в сильно расстроенном состоянии должны были отойти в исходное положение, оставив в руках противника 4 орудия. По окончании боя части XI корпуса, были передвинуты к северу на место ушедших частей XXI корпуса, при чем 11-я дивизия к вечеру заняла

[193]

ст. Милатын, а 78-я дивизия по смене ее частями 32-й дивизии к утру 31-го августа сосредоточилась в районе станции Задвурце. В общем, к вечеру 30-го XI корпус находился не далее перехода от укреплений Львова, которые были заняты отошедшими часами XI австр. корпуса.

В IX корпусе, ночевавшем на 29-е августа в районе Унюв - Млыновце - Липовце после преследования по лесистой местности 22-й ландв. дивизии,- с рассветом продолжалось наступление, имевшее целью овладеть высотами западного берега долины р. Гнилой Липы, сильно укрепленными и занятыми частями III австр. корпуса со средней плотностью 2 бат., ½ эск. и 6 оруд. на 1 км. Позиция австрийцев тянулась по горному массиву Туркоцин к югу от Куровице на протяжении 15 км через гору Циемна в районе Лагодова и до Кросиенки.

Медленно наступая 2-мя дивизиями на 10 км и ведя довольно упорный бой, IX корпус только к вечеру на правом фланге немного продвинулся к позиций противника, заняв 42-й дивизией район Альфредовна. В центре 58-я дивизия овладела горой Циемна (449) и высотами западнее д. Лагодов, но дальше продвинуться не могла, удержав под сильным огнем свои позиции. 30-го августа продвижение 42-й дивизии к позиции противника на горном массиве Туркоцин развивалось медленно, в виду сильного огня со стороны противника и его контратак, которые привели даже к оставлению горы Циемна. К наступлению темноты части 58-й дивизии вновь отобрали эту гору, и к ночи фронт IX корпуса находился в непосредственной близости к главной позиции австрийцев на высотах у Туркоцина и Кросиенко. Однако становилось очевидным, что дальнейшее развитие фронтального наступления IX корпуса являлось возможным только при поддержке с фланга частями XI корпуса.

В X корпусе разведками, произведенными в ночь на 29-е августа, было выяснено, что части XII австр. корпуса, отойдя на западный берег р. Гнилой Липы, укрепляются на фронте Перемышляны-Бржуховице и южнее. Все переправы через реку, за исключением исправного моста у Залипье, австрийцами были взорваны. Постепенно продвигаясь к переправам под дальним артиллерийским огнем противника, дивизии X корпуса развернулись на 10-км фронте Перемышляны (31-я див.)-Волков (60-я див.)- Бржуховице (9-я див.). На правом фланге корпуса действовала 5-я дивизия IX корпуса, наступавшая на северную окраину Перемышлян и далее на Кросиенку. По занятии Сивороги, 5-я дивизия распространилась до железной дороги, где стала окапываться, имея в виду в дальнейшем действовать в охват

[194]

левого фланга австрийцев, прикрывавших Перемышляны. В центре X корпуса 31-я и 60-я дивизии, сблизившись с противником, весь день окапывались на восточном берегу Гнилой Липы и вели только артиллерийскую борьбу. 9-я дивизия к 8 час. утра подошла к реке, развернула 1-ю бригаду к западу от с. Билки и завязала бой с 35-й австр. дивизией, которая развернулась к полудню на фронте Мерешов-Бржуховице и стала теснить правый фланг 1-й бригады. После 15 час. дня, южнее упорно удерживающейся 1-й бр. 9-й дивизии, стала подходить 2 я бригада 9-й дивизии и к Янчину- 13-я див. VII корпуса. При подходе этих частей, наступавших в боевых порядках, разные полки 9-й и 13-й дивизий перемешались цепями, что в значительной степени мешало управлению боем и вынудило прекратить движение 2-й бригады 9-й дивизии. С подходом этих частей атаки 35-й австр. дивизии прекратились, и бой с наступлением темноты затих с тем, чтобы с рассветом следующего дня снова возобновиться. На левом фланге X корпуса сводный кав. корпус поддерживал наступление левого фланга 9-й пех. дивизии, развернув 10-ю кав. дивизию у Янчина. В виду сильного огня с высоты западного берега Гнилой Липы, 10-й кав. дивизии также не удалось в этот день переправиться через реку. Остальные дивизии кав. корпуса оставались в районе Вержбов-Стриганце, находясь от фронта в 18 км.

30-го августа X корпус с рассветом приступил к форсированию р. Гнилой Липы и овладению позицией австрийцев у Перемышлян. Дополнительные разведки в течение ночи установили сильное укрепление позиции частями XII австр. корпуса, которые возвели на высотах западного берега реки в два, а местами в три яруса окопы. Местечко Перемышляны было искусно приспособлено к обороне, имея возможность вести фланговый пулеметный огонь вдоль позиции. Западнее Перемышлян была обнаружена тяжелая гаубичная артиллерия австрийцев. Средняя плотность австрийцев доходила до 3 бат., 6 пулем., ½ эск. и 11 оруд. на 1 км позиции. У русских на 16-км участке от Сивороги до Янчина - 6 бат., 12 пулем., 1½ эск. и 15 оруд. на 1 км. Под прикрытием густого тумана 124-й полк 31-й дивизии перешел через реку частью по мосту у Залипье, а частью в брод и закрепился в 12 час дня на западном берегу. Наступление остальных полков 5-й и 31-й дивизий на позицию у Перемышлян развивалось медленно, и только в 19 часу, после подготовки атаки огнем мортирного дивизиона, в связи с охватом левого фланга австрийцев 5-й дивизией, эти части овладели железнодорожной станцией Перемышляны и также перешли на западный берег реки. После этого части XII австр. корпуса, боясь окружения, в виду наличия второго прорыва у Бржуховице, стали отступать в беспорядке в направлении на Свирж, оставив на позиции

[195]

20 орудий, 2 гаубицы и большое число зарядных ящиков и повозок. Преследование противника 5-й и 31-й дивизиями велось вяло и с наступлением темноты прекратилось вовсе и на следующий день не продолжалось. В центре X корпуса 60-я дивизия в течение дня форсировала реку, захватив до 500 пленных, 6 орудий и 4 пулемета.

На участке 9-й дивизии с рассветом возобновилась артиллерийская подготовка предстоящей атаки: на правом фланге 9-й дивизии развернулся 52-й полк 13-й дивизии, а на левом фланге - 2-я бриг. 34-й дивизии. После 10 час. все семь полков дружно пошли в атаку через открытую долину р. Гнилая Липа и форсировали реку у д. Бржуховице, после чего 88-я австр. стр. бригада начала отходить в северо-западном направлении. После овладения 9-й дивизией высотами западного берега 10-я кав. дивизия, ночевавшая в д. Янчин, также переправилась через Гнилую Липу и около 13 час. двинулась преследовать XII австр. корпус, направляясь на север вдоль ближайшего тыла брошенной австрийцами укрепленной позиции. Нагнав в районе Недзелиска австрийскую колонну, 10-я кав. дивизия обстреляла ее артиллерийским огнем и заставила поспешно отойти на Свирж. После этого была обнаружена по дороге от Бржуховице на Свирж вторая колонна, которая была атакована в конном строю шедшим в авангарде 10-м гусарск. полком, который опрокинул 5 линий пехоты наступавших на него австрийцев и захватил один пулемет. Подошедшие главные силы 10-й кав. дивизии снова были пущены в конную атаку, вторично опрокинули австрийцев и погнали их назад на подходящую пехоту X корпуса, которой австрийцы частично и сдались. Во время боя 10-я кав. дивизия захватила 4 гаубицы и много пленных. После конной атаки дивизия собралась на ночлег в районе Хлебовице, что в 5 км южнее Свирж, и наблюдала своим сторожевым охранением и разъездами, как всю ночь в этом районе в беспорядке отходили на Львов пехотные части XII австр. корпуса. Этим преследование после успешного прорыва позиции и ограничилось, так как 3-я кавк. каз. дивизия в преследовании австрийцев участия не приняла, ограничившись производством разведки из своего района в направлении на Бобрку и Стржелиску, а 9-я кав. дивизия была выделена из сводного кав. корпуса и направлена на север в район XXI корпуса.

Успешные действия на фронте XI и X корпусов предрешали исход боев на следующий день в центре 3-й армии на участке

[196]

IX корпуса, где части III австр. корпуса продолжали еще упорные бои за обладание горным массивом Туркоцин.

Командующий 2-й австр. армией предполагал встретить на Гнилой Липе у Рогатина наступление русских войск группой Мейкснера (VII корпус, 20-я дивизия, 105-я ландш. и 12-я марш. бригады, 8-я кав. дивизия) и атаковать их во фланг от Галича группой Карга (38-я и 43-я дивизии и 103-я ландш. бригада). Но в 17 час. 29-го августа группа Мейкснера получила новый приказ оказать содействие правому крылу XII австр. корпуса, наступая частью сил в северном направлении.

На правом фланге 8-й армии в VII корпусе форсирование Гнилой Липы было произведено на участке от Бржуховице до Хулкова совместно с частями 9-й дивизии, после чего в 21 час для преследования противника по дороге от Бржуховице на Свирж был выдвинут только один 49-й полк 13-й дивизии.

В XII корпусе 19-я дивизия, подходя 29-го августа к Гнилой Липе, вступила в бой с 20-й австр. дивизией и спешенными частями 8-й кав. дивизии, занимавшими сильно укрепленную позицию на высотах в 8 км восточнее Рогатина. Только к позднему вечеру, понеся значительные потери, части 19-й дивизии сбили противника штыковым ударом и овладели высотами левого берега. Продолжая продвигаться с боем к реке, 19-я дивизия после заката солнца овладела Рогатином и переправами через Гнилую Липу и закрепилась к ночи на фронте Подгродзие - Рогатин. В тесном промежутке, шириною около 12 км, между 19-й дивизией и левым флангом VII корпуса вели наступление 1-я бр. 12-й дивизии и 65-я дивизия, и здесь же на участке Гнилой Липы от Фирлеюва до Подгродзие действовали 10-я и 12-я кав. дивизии. В виду пересеченной и лесистой местности эти части медленно подвигались к реке и только к вечеру заняли фронт от Фирлеюва до Руды, обеспечив стык VII и XII корпусов. После 17 час., когда 34-я австр. дивизия группы Мейкснера пыталась наступать на север через Руду на поддержку правого крыла XII австр. корпуса, - 65-я дивизия своим огнем задерживала это продвижение.

На следующий день, с рассветом, 30-го августа, бой у Рогатина возобновился на участке 19-й дивизии, которая постепенно продолжала теснить части 20-й австр. дивизии и 12-й марш. бригады на высоты западнее Рогатина. К австрийцам всю ночь прибывали части VII австр. корпуса, которые стали распространяться на Руду, но совместным ударом с севера 1-й бр. 12-й пех. и 12-й кав. дивизий это наступле-

[197]

ние было окончательно остановлено. Несмотря на особое упорство австрийцев и большие потери 19-й дивизии (за 2 дня боя до 50% своего состава), XII корпус не только удержал свое расположение, но даже продвинулся у Подкамень к высотам левого берега р. Свирж, на которых заняли позицию отступившие 34-я и 20-я австр. дивизии и 12-я марш. бригада. Особенно тяжелое положение создалось к ночи на участке 19-й дивизии, которая, израсходовав все резервы, окопалась на позиции к западу от Рогатина, имея у себя в тылу горящий город и зная, по сообщениям жителей, что впереди, на станции Псары, продолжается высадка частей VII австр. корпуса.

Соседний к югу VIII корпус в течение 29-го августа завязал встречный бой с наступающими частями групп Мейкснера и Карга: 14-я дивизия была атакована у Лучинце 17-й австр. дивизией и была вынуждена перейти к обороне. К вечеру 14-я дивизия, поддержанная 2 полками 3-й стр. бригады, подошедшими из XXIV корпуса от Дрыщова, после упорного боя овладела к ночи обоими берегами Гнилой Липы в районе к югу от Рогатина, создав прочное положение на правом фланге VIII корпуса. В 15-й дивизии у Желиборы создалось довольно тяжелое положение. Группа Карга, наступая от Галича 43-й дивизией и 103-й ландш. бригадой и от Мариамполя 38-й дивизией, к 16 час. достигла фронта Кунашев - Гербутов и угрожала обходом левого фланга VIII корпуса. Это наступление принудило 15-ю дивизию перейти к обороне и она задерживала в течение дня наступление противника, выжидая подхода 48-й дивизии XXIV корпуса, направленной на поддержку VIII корпуса от Монастржиска через Дрыщов.

XXIV корпус, выделив на помощь VIII корпусу 3-ю стр. бригаду и 48-ю дивизию, остальными силами продолжал наблюдать за переправами через Днестр ниже Галича и усиленно разведывал авиацией район последнего, в виду предположения о сосредоточении в этом пункте значительных сил австрийцев. Переправа у Нижниова наблюдалась 4-й стр. бригадой. В переходе к востоку в районе Бучача и Язловца располагалась 49-я дивизия.

30-го августа VIII корпус продолжал оборонять позиции вдоль Гнилой Липы к югу от Рогатина до Желиборы, ожидая подхода к своему левому флангу 48-й дивизии. Под вечер 17-я австр. дивизия снова атаковала на участке 14-й дивизии, но была отбита с большими потерями. Также неудачна была попытка частей группы Карга продолжать наступление от Галича на участок 15-й дивизии, которая, отбив атаку, перешла в контр-

[198]

наступление двумя своими полками и при поддержке 2 полков 3-й стр. бригады потеснила противника к югу. Начавшийся отход австрийцев, в связи с подходом 48-й дивизии, обратился в полное бегство, при чем было брошено 31 орудие. 48-я дивизия после 14 час. атаковала части 38-й австр. дивизии, занимавшей позицию западнее Дрыщова. Наступая на позицию с фронта 1-й бригадой и охватывая правый фланг противника 2-й бригадой, 48-я дивизия с малыми потерями сбила австрийцев и овладела высотами в 6-7 км от Галича, где и заночевала. За поздним временем и в виду отсутствия при дивизии гаубиц для подготовки атаки укреплений Галича, наступление было приостановлено до утра.

Днестровский отряд 28 го августа был подчинен командиру XXIV корпуса, который ограничился направлением 2-й бриг. 12-й дивизии только на Залещики для овладения переправой у этого пункта. В виду ухода из Черновицкого района 43-й австр. дивизии, остававшаяся там 35-я австр. ландш. бригада не выдержала натиска частей Днестровского отряда и начала отходить, оставив 29-го августа Черновицы. В общем, обстановка южнее Днестра также благоприятствовала развитию дальнейшего наступления 8-й армии.

Таким образом, к концу второго дня боя все наступательные попытки австрийцев были окончательно прекращены. Успехи русских войск следует отнести к отличному огню 3-дм. скорострельных батарей. Плотность огня русских батарей на участках XI, IX и X корпусов доходила до 12-15 орудий на 1 км, превышая таковую же у австрийцев в 1½ раза. В районе Рогатина на участке XII корпуса плотность огня доходила до 13 орудий на 1 км против 6½ орудий, бывших у австрийцев. Австрийцы всюду принуждены были перейти к обороне, а на 15-км участке в районе Перемышлян и южнее до Хулкова бросили свои позиции и были в полном отступлении на Свирж. Занимавший этот участок XII австр. корпус должен был начать отход, в виду прорыва позиции на своем правом фланге на участке 88-й стр. бригады. В образовавшийся прорыв проникла 10-я кав дивизия, которая, преследуя противника, дошла до окрестностей Свиржа, т.-е. на 15 км в глубь расположения противника. Против прорыва находились 12-я кав. и 3-я кавк. каз. дивизии и пять дивизий X и VII корпусов, которые не только не приняли участие в развитии прорыва и в преследовании отходящего противника, но даже и на следующий день действовали пассивно. А между тем, XII австр. корпус после пятидневных боев был совершенно небоеспособен. Корпус понес большие потери, и только через 2 дня, 1-го сентября, в трех дивизиях было собрано не более 20.000 бойцов, т.-е. менее 50% его штатного состава. Упра-

[199]

вление всеми частями корпуса было потеряно. Попытка командира корпуса задержаться и устроить частично войска на арьергардной позиции восточнее Свиржа привела к тому, что генерал Кевес и его штаб попали под шрапнельный огонь 10-й кав. дивизии и были рассеяны. Упав с раненой лошади, генерал Кевес был брошен на поле своим штабом и ускакавшим конвойным экскадроном и только к вечеру один прибыл в Бобрку, где застал из своего штаба 2 офицеров генерального штаба, 2 ординарцев, одного интенданта. Связь со Львовом была прервана в течение двух дней. С помощью остатков своего штаба ген. Кевес разыскивал в районе Бобрка и приводил в порядок части своего XII корпуса и только 2-го сентября, не преследуемый русскими войсками, начал отходить к укрепленной позиции за р. Верещицей.

Серьезная неудача на фронте ХII австр. корпуса отразилась также и на участке двух соседних дивизий III австр. корпуса, которые также были вынуждены оставить свои позиции в районе севернее Перемышляны и начали отходить на Львов. В общем, из всей 3-й австр. армии только 28-я и 6-я дивизии III корпуса продолжали удерживать еще свой участок укрепленной позиции на высотах в районе Туркоцина. Все остальные части были в полном отступлении. Первоначально командующий 3-й австр. армией надеялся остановить отходящие части на линии Куликов-восточный фронт укреплений Львова - Бобрка. Однако верховное командование в 15 час. 30 августа отдает приказ № 1.366, согласно которого 3-я армия должна была быть отведена сначала на указанную выше линию, а потом на линию Львов - Миколаев. Вопрос о дальнейшем отходе 3-й армии за линию р. Верещицы верховное командование предполагало разрешить до полудня 31-го августа, видимо, в зависимости от результатов действий 4-й армии Ауффенберга.

Дело в том, что верховное командование чрезвычайно опасалось за положение 4-й армии. Хотя последняя и окружала 5-ю армию Плеве и от ее дальнейших действий ожидался большой успех, но в связи с отходом армии Брудермана тылы 4-й армии становились открытыми для ударов конницы армии Рузского.

В общем, положение двух правофланговых австрийских армий представлялось в этот день довольно тяжелым, а 4-й армии Ауффенберга становилось опасным. Необходимо было остановить продвижение русских войск в район Львова и заполнить прорыв между 3-й и 4-й австр. армиями. В решении этой задачи и заключалось для австрийцев значение дальнейших боевых действий в районе к востоку и северо-востоку

[200]

от Львова, потому что с утверждением противника в районе Жолкев-Магирув, на путях от Львова и от Городокской позиции к Раве-Русской и Томашеву, расположение 4-й армии Ауффенберга в Томашевском районе являлось бы, конечно, невозможным.

Между тем, командующий 3-й австр. армией в ночь на 31-е. августа отдает приказ № 332 о последовательном отходе 3-й армии сначала на линию Львов-Крассов, где армия должна была оставаться до 2-го сентября, а потом-на Городокскую укрепленную позицию. При расположении на первом рубеже части 3-й армии получали следующие задачи: группа Демпфа (23-я див. и 97-я ландш. бриг.) оборонять высоты у Куликова и Жолкева; XI корпус располагался на северо-восточном фронте Львовских укреплений, имея на своем правом фланге у Винники 44-ю дивизию; на высотах вдоль шоссе Львов-Миколаев позади ручья Зубрж должны были занять позицию III и XII корпуса-на фронте от Солонка до Хрусно, имея на правом фланге в районе Крассова группу из 11-й пех. и 4-й кав. дивизий и 105-й ландш. бригады.

Вторую половину приказа об отходе к Городокской позиции верховное командование не утвердило и 31-го августа, в связи с успехом 4-й армии, отдало приказ об удержании Львова, как политического и военного центра. Таким образом, расположение 3-й армии около Львова должно было служить той опорой, которая обеспечила бы успешное окончание операции 4-й армией у Томашева и позволила бы сосредоточить разбросанную в Буковине и на Днестре 2-ю армию.

2-й армии приказывается отвести Рогатинскую группу (VII корпус, 20-я пех. и 8-я кав. дивизии и 12-я марш. бриг.) за укрепленную линию Ходоровских прудов, а остальные части армии расположить более сосредоточенно. Для выполнения этой задачи группа Карга (38-я и 43-я ландш. дивизии) переводилась из района Галича по южному берегу Днестра в район Журавно. На предмостных укреплениях Галича оставлялась только 103-я ландш. бригада. 40-я ландш. бригада выводится из Нижниова. 35-ю ландш. бригаду приказывается перевезти по железной дороге на Станислав, район которого также предназначается к очищению. В дальнейшем 2-я армия должна была под прикрытием части VII корпуса, занявшего Ходоровскую укрепленную позицию, отвести свои войска к 2-му сентября на соединение с 3-й армией, заняв 34-й дивизией позицию на северном берегу Днестра, за ручьем Зубрж, от Крассова до Миколаева, и имея на южном берегу Днестра от Миколаева до Жидачева остальные части армии. Все переправы через Днестр ниже Жидачева были взорваны.

[201]

Главнокомандующий юго - зап. фронтом директивой от 30-го августа поставил 3-й и 8-й армиям новые задачи: "развить энергичное наступление и нанести удар войскам противника, действующим в районе Львов-Миколаев-Городокская позиция, сковав их свободу действия, и исключить всякую возможность выделения из них подкреплений на северный фронт". Для объединения действий 3-й и 8-й армий на время выполнения операций под Львовом, общее командование было возложено на Рузского, которому была подчинена и 8-я армия.

На основании указанных выше задач Рузский потребовал со стороны 8-й армии непосредственного содействия 3-й армии действиями на ее левом фланге, в обход правого фланга противника, всем VII корпусом, согласуя действия такового с X корпусом. В дальнейшем на VII корпус возлагалась задача по атаке г. Львова с южной и юго-восточной стороны. Остальные войска 8-й армии должны были обеспечить операцию на Львов со стороны Днестра.

Командующий 3-й армией решил 31-го августа атаковать противостоящего противника и, преследуя его, дойти до линии Жултанце-Ярычув-Барщовице-р. Кабановка. Для обеспечения этого наступления XXI корпус с 11-й кав. дивизией должен был вести разведку в направлениях на Кристынополь- Бельз-Рава-Русская и Жолкев, поддерживая связь с 5-й армией, и выдвинуть две дивизии в район Мосты В. для перерыва соообщений от Львова на север и одну дивизию-в направлении на Куликов для содействия XI корпусу.

В 8-й армии предполагалось продолжать наступление VII корпусом в юго-зап. направлении, совместно с XII корпусом, который должен был вести наступление на своем правом фланге и удерживать расположение в центре и на левом фланге. Для усиления XII корпуса направлялась бригада из VIII корпуса, который взамен усиливался бригадой 48-й дивизии из состава XXIV корпуса. VIII корпусу была поставлена задача прикрывать левый фланг 8-й армии со стороны Галича и оказывать помощь XII корпусу. XXIV корпус подтягивался в район Галича, направляя 49-ю дивизию в район Дрыщов-Галич. Рузский, узнав об использовании VII корпуса в юго-западном направлении, категорически потребовал о направлении его на Бобрку, а XII корпуса - на Миколаев. Таким образом, планы русского командования сводились к фронтальному преследованию 4½ корпусами, занимавшими узкий 60-км фронт. Три фланговых корпуса (XXI, VIII и XXIV) и часть XII корп. в преследовании участия не принимают. Рузский не задается решительными целями использовать

[202]

плоды побед 29-го и 30-го августа, а готовится вести медленное методическое наступление на Львов, затрачивая на обеспечение этой операции почти половину подчиненных ему войск Возможность произвести коренную перегруппировку корпусов 3-й и 8-й армий и, одновременно с преследованием разбитого противника, создать серьезную угрозу 4-й армии Ауффенберга ускользает от русского командования и этим создается для австрийцев возможность успешно закончить Томашевское сражение и занять выгодное исходное положение для удара на юг. А между тем, австрийское верховное командование еще утром 31-го августа считало, что если в этот день 4-я армия не достигнет успеха, то необходимо отдать приказ об отходе этой армии на Сан.

С утра 31-го августа корпуса 3-й и 8-й армий продолжали преследование отступающих австрийцев, сбивая арьергардные части противника, захватывая тысячи пленных, брошенные орудия, пулеметы и большое количество других трофеев, свидетельствующих о беспорядочном отходе противника.

В 3-й армии XXI корпус, оставив в районе Бутыни для разведки на Раву-Русскую 11-ю кав. дивизию и в районе Мосты В. 69-ю дивизию, повел наступление 44-й и 33-й дивизиями на фронт Туринка-Жолкев-Куликов. Подойдя к Дзибулке, 33-я дивизия нашла это селение занятым 23-й австр. див. и вступила с ней в бой, который продолжался на следующий день до вечера. Взятые в плен 450 чел. принадлежали к маршевым соединениям 6 различных полков. Однако противник все время усиливался со стороны Жолкева частями 97-й ландш. бригады, что создало тяжелое положение на фронте 33-й дивизии и вынудило командира XXI корпуса разрешить частям 44-й дивизии атаковать во фланг от Туринки на Жолкев, который, по данным разведки, был занят непрочно. К вечеру 1-го сентября, когда 44-я дивизия овладела Жолкевом, ведя бой только с тремя батальонами ландштурма, а 33-я дивизия была близка к успеху на своем фронте, из штаба 3-й армии была получена новая задача XXI корпусу по обеспечению фланга 3-й армии, в виду все более и более усиливающейся опасности со стороны 4-й австр. армии с севера. Для этого XXI корпус усиливался 9-й кав. дивизией и должен был немедленно оттянуть 69-ю дивизию из Мосты В. на Добротвор, а 44-ю и 33-ю дивизии- в район Каменки. Свой отход в новое положение XXI корпус совершил беспрепятственно в течение ночи на 2-е сентября.

[203]

выдвинув на север на Кристынополь подошедшую 1-го сентября 9-ю кав. дивизию. В своем новом положении XXI корпус бездействовал весь день 2-го сентября, когда от жителей были получены первые сведения о начавшемся очищении австрийскими войсками Львова.

В то время, как XXI корпус 31-го августа угрожал Львову с севера, XI корпус, получивший задачу наступать севернее жел. дороги на восточный фронт Львовских укреплений, на своем правом фланге был атакован от Жултанце частями 23-й австр. дивизии. Это наступление вскоре австрийцами было прекращено, в виду обхода 33-й дивизии, после чего части XI корпуса на своем правом фланге и в центре беспрепятственно продвигались к восточным укреплениям Львова, заняв к вечеру 11-й дивизией район севернее Ярычува, а 78-й дивизией - район восточнее Ярычува. Наступавшая на левом фланге корпуса 32-я дивизия, вследствие повторных просьб командира IX корпуса о содействии 42-й дивизии, которая не могла продвинуться вперед у Туркоцина, энергично продолжала атаку на горный массив к югу от шоссе Куровице- Львов. Перейдя в наступление около 9 час. утра, части 32-й дивизии, неся большие потери, медленно продвигались на укрепленную позицию, протяжением до 10 км, занятую частями XI австр. корпуса, на возвышенном плато между дд. Зухоржице - Печени. Выдержав контр-атаку противника на своем правом фланге, части 32-й дивизии только к наступлению темноты овладели лесом Гржедо, примыкавшим с востока к дер. Зухоржице и высотой "Могила" у дер. Печеня, после чего австрийцы стали поспешно отходить на Львов. Пленные австрийцы принадлежали к составу маршевой бригады, составленной из 5 различных маршевых батальонов основных полков XIV корпуса. Не подлежит никакому сомнению, что при большей активности XXI корпуса и согласованности его действий с XI корпусом малочисленной группе Демпфа могло бы быть нанесено более существенное поражение. За бои 30-го и 31-го августа 32-я дивизия имела потери в 1.270 чел., а весь XI корпус за 3 дня боя с 30-го августа по 1-е сентября - 480 убитых и 2.400 раненых.

Успех в центре и на левом фланге XI корпуса 31-го августа, сейчас же отразился на положении соседней 42-й дизизии IX корпуса, которая уже к 12 час. дня овладела левофланговым участком укрепленной позиции противника у Туркоцина, захватив большое число пленных, принадлежавших к составу 3-й маршевой бригады III корпуса. Ее успех передался на участок 58-й дивизии, которая у Лагодова всю ночь находилась под усиленной бомбардировкой противника, обстрели-

[204]

вавшего гору Циемна. Около 9 час. утра 58-я дивизия перешла в наступление и сбила арьергардные части отступавшего III австр. корпуса. Преследуя противника, части XI и IX корпусов в течение 1-го сентября дошли до реки Кабановки, пройдя за 2 дня с боями 9-12 км, и укрепились на фронте Ярычув-Билки-Остров-Миколаев (сев.)-в расстоянии пушечного выстрела от передовых упреплений восточного фронта Львова.

10-я кав. дивизия, так удачно начавшая накануне преследование противника и ночевавшая к югу от Свиржа в Хлебовице Свирские, в течение 31-го августа ограничилась менее решительными действиями и уклонилась от выгодного направления преследования на северо-восток, направив свои действия в западном направлении к югу от Бобрка на Сарники-Лань. По пути движения в 4 км от места своего ночлега 10-я кав. дивизия обстреляла артиллерийским огнем большую колонну частей XII австр. корпуса, а еще через несколько километров, у д. Сарники, встретила большую колонну обозов, которую также обстреляла, и, продолжая движение на запад, у д. Лань была встречена огнем противника, занимавшего это селение силами до одного батальона с двумя пулеметами. После небольшой перестрелки 10-я кав. дивизия вернулась назад и стала на ночлег в районе Лубечка, где, согласно донесению начальника дивизии, предполагалось дать отдых в течение 1-го и даже 2-го сентября. 3-я кавк. каз. дивизия наступала перед фронтом X корпуса и к вечеру 1-го сентября сосредоточилась в районе Старое Село.

X корпус, преследуя австрийцев, медленно продвигался к Львову и, гделав за два дня переход около 25-28 км, к вечеру 1-го сентября занял фронт Остров-Шеломея, имея 31-ю дивизию на уступе в районе севернее Бобрка для связи с подходящим в этот район VII корпусом 8-й армии.

В соседней 8-й армии 31-го августа, несмотря на то, что воздушная разведка еще накануне обнаружила отход противника частью сил на Днестр, а частью к Львову, боевые действия развивались недостаточно энергично. К утру этого дня части 8-й армии занимали в районе Рогатина следующее положение, частично перейдя на западный берег Гнилой Липы: VII корпус-в районе Осталовице- Добржанице; XII корпус-в районе Руда-Рогатин; в VIII корпусе 14-я дивизия-западнее Бабушова.

С утра 31-го августа возобновился огневой бой на участках VII и XII корпусов, при чем VII австр. корпус пытался продолжать наступление на Руду в обход левого фланга

[205]

VII корпуса, но это наступление к полудню было остановлено частями 12-й дивизии. Желая развить успех предшествующего дня и окончательно сломить сопротивление австрийцев, еще сдерживающих к западу от Рогатина сильно пострадавшую 19-ю дивизию, Брусилов направляет части 12-й дивизии на Подкамень для охвата, а на Стржелиску-для глубокого обхода VII корпуса. Перейдя после полудня в наступление, части XII корпуса и 12-й дивизии легко сбили арьергардные части австрийцев и к вечеру овладели обоими берегами р. Свирж и районе Стржелиска - Подкамень. Наступающая с фронта 19-я дивизия овладела районом станции Псара. Таким образом, успех был достигнут сравнительно легко, так как бывшие у Рогатина части австрийцев около полудня под влиянием обозначившегося обхода VII корпуса начали отходить под прикрытием арьергардов на укрепленную линию Ходоровских прудов, где расположились, имея 17-ю дивизию на участке севернее Ходорова, а 34-ю дивизию-по Днестру для прикрытия переправ у Жидачева и Журавно. Наиболее пострадавшие накануне 20-я дивизия и 12-я марш. бригада были отведены в резерв в район Жидачева.

Упорство австрийцев на фронте XII корпуса, а также их настойчивые атаки под вечер 30-го августа от Галича на 15-ю дивизию в районе Желиборы отразились на действиях VIII корпуса. Несмотря на приказание выделить в XII корпус с рассветом 31-го августа бригаду 14-й дивизии, командир VIII корпуса, ожидая возобновления атак на позиции 15-й дивизии и опасаясь прорыва между 14-й и 15-й дивизиями, не счел возможным послать эту бригаду, а приказал 14-й дивизии оставаться в занимаемом ею положении и быть наготове поддержать соседнюю 19-ю дивизию переходом в наступление во фланг противнику. Днем в связи с переходом XII корпуса после полудня в наступление для овладения гребнем высот левого берега Свиржа у Подкамень и южнее, командующий 8-й армией потребовал перехода в наступление и частей VIII корпуса, поставив им задачу захватить и уничтожить переправу у Мартынова, что должно было быть выполнено еще ночью на 1-е сентября. При этом указывалось, что быстрота выполнения задачи имеет самое существенное значение. в виду требования главнокомандующего вести энергичное наступление к Львову и Миколаеву и нежелательности выставления заслона у Мартынова, чтобы не дробить войска. При дальнейшем наступлении задача прикрытия фланга и тыла 8-й армии от Галича должна была быть возложена на XXIV корпус.

Продвигаясь за отошедшим VII австр. корпусом части VIII корпуса к вечеру достигли 14-й дивизией р. Свирж на участке к югу от станции Псары. 15-я дивизия, дожидаясь подхода частей 48-й дивизии, оставалась в прежнем районе

[206]

севернее Галича. XXIV корпус 31-го августа подтягивал 49-ю дивизию к Дрыщову на смену 48-й дивизии, которая также продвигалась на смену 15-й дивизии.

В общем, 31-го августа на фронте 8-й армии обозначился полный успех. 8-я армия, сосредоточив свои корпуса, разбила противника и заставила его отступить. За три дня боя захвачены тысячи пленных, 70 орудий, 3 знамени и много других трофеев. Этот успех давал возможность в полной мере осуществить требование Рузского о непосредственной поддержке левого фланга 3-й армии при ее операции на Львов. Еще днем Рузский телеграфировал Брусилову, что на фронте 3-й армии австрийцы очистили Гнилую Липу и что 3-я армия предполагает достигнуть ручья Кабановки, что требует одновременного достижения VII корпусом района Бобрки и обеспечения всей операции на Львов наступлением ХII корпуса на Миколаев.

Выполнив 1-го сентября эти указания по отношению VII и XII корпусов, командующий 8-й армией направил VIII корпус на Ходоров и оставил XXIV корпус с 1-й кубанской каз. дивизией в прежнем районе для наблюдения за Днестром от Мартынова до устья р. Збруча. Для содействия XXIV корпусу подтягивался Днестровский отряд, находившийся в районе Ржавенцы-Баламутовка-Юркенец, который получил задачу перейти возможно скорее в район Нижниова и вести разведку на фронте Станислав-Коломыя.

К вечеру 1-го сентября части 8-й армии беспрепятственно вышли на фронт Бобрка-Ходоров. VII корпус достиг к 14 час. района Бобрка, выдвинув авангарды на правый берег р. Бялы. По прибытии в Бобрку 13-й дивизией был найден огромный обоз противника с большим запасом продовольствия, фуража и снарядов. Весь путь на Бобрку был усеян повозками, опрокинутыми зарядными ящиками, лазаретными линейками, брошенным оружием, что наглядно свидетельствовало о паническом отступлении XII австр. корпуса. XII корпус перешел в район Стрежилиска на место ушедшего VII корпуса, выдвинув беспрепятственно охранение до р. Бялы. Армейская конница продвинулась к западу, заняв к вечеру: 12-й кав. дивизией-Суходоль, а конницей Павлова- Ходоров, ведя обеими дивизиями разведку переправ через Днестр. VIII корпус, смененный у Галича частями 48-й дивизии, к 17 часам сосредоточился в районе восточнее Ходорова. По пути движения 14-й дивизии к югу от ст. Псары были найдены брошенные противником 17 орудий и 80 зарядных ящиков, много оружия и снаряжения, которые свидельствовали о бегстве частей 20-й австр. дивизии и 12-й марш. бри-

[207]

гады после боя у Рогатина. В XXIV корпус для овладения переправой у Мартынова была выделена бригада 48-й дивизии. Другая бригада 48-й дивизии была задержана в районе Галича у Большовце до выяснения результата действий 49-й дивизии, которая 1-го сентября сосредоточилась в районе Дрыщова и предполагала начать штурм Галича на следующий день. 4-я стр. бригада продолжала оставаться в районе Нижниова, выжидая подхода Днестровского отряда, который 30-35-км переходами, начиная с 29-го августа, спешно двигался по правому берегу Днестра от Залещиков к Нижниову.

В то время, когда 3-я и 8-я русские армии начали перегруппировку с целью занять исходное положение для операции под Львовом, 3-я и 2-я австр. армии, покинув поле сражения на Гнилой Липе, стремились оторваться от противника и вывести свои войска из-под ударов. Хотя причиною отхода 3-й австр. армии оффициально была объявлена неудача наступления рогатинской группы, тем не менее австрийское командование было чрезвычайно озабочено состоянием 3-й армии Брудермана. Офицеры генерального штаба, командированные в эту армию, донесли главнокомандующему, что III и XII австр. корпуса дезорганизованы, и в штабе главнокомандующего складывалось мнение, что 3-я армия не будет в состоянии удержаться на линии Львов-Миколаев. Однако невыяснившийся еще результат сражения 4-й армии у Комарова заставил верховное командование потребовать от 3-й и 2-й армий остановки на линии Львов - Миколаев с целью оказать сопротивление противнику и только после этого уже отойти за р. Верещицу.

Согласно этих указаний, командование 3-й армии выделило к Жолкеву и Куликову группу Демпфа (23-я див. и 97-я ландш. бр.) и конный корпус Витмана (10-я и 11-я кав. див.). Группа Демпфа заняла высоты западнее линии Жолкев- Куликов. XI австр. корпус (30-я и 44-я див., 93-я ландш. и 11-я марш. бр.) занял северо-восточный и восточный фронты Львовских укреплений. III австр. корпус расположил 88-ю стр. и 108-ю ландш. бригады и часть 14-й марш. бригады в районе Сехов-Сокольники и сосредоточил остальные свои дивизии (6-я, 22-я и 11-я див.) в районе юго-зап. Сокольников.

2-я австр. армия 31-го августа вывела свои войска из района Залещиков и Черновиц и взорвала там мосты. VII австр. корпус с 20-й див. и 12-й марш. бригадой после полудня 31-го августа начал отходить за линию Ходоровских пру-

[208]

дов, имея севернее 8-ю кав. дивизию. Остальные войска 2-й австр. армии также постепенно покидали линию Днестра, взрывая и разрушая в течение 31-го августа переправы у Нижниова и Мартынова. Только на долговременных укреплениях Галичской переправы оставляется, как гарнизон, 103-я ландш. бригада (12 бат., 1 эск., 1 б-рея).

В целях заполнения прорыва между 3-й и 2-й армиями, последней 31-го августа ставится новая задача-"защищать главными силами армии переправу у Миколаева и на линии ручья Зубрж искать соединения с 3-й армией". Переправы у Жидачева и Журавно подлежали разрушению. В новом положении 3-я и 2-я австр. армии должны были укрепиться для продолжительной обороны и выжидать подвоза с сербского фронта IV австр. корпуса, части которого уже начали подходить к районам Самбора и Хырова.

В течение 1-го сентября 2-я австр. армия совершала марш вдоль Днестра к Миколаеву, нигде не тревожимая противником. К вечеру ее части располагались: 34-я див., 4-я и 8-я кав. дивизии - у Миколаева; VII корпус (17-я и 20-я див. и 12-й марш. полк) занимал участок Днестра от Жидачева до Раздола, находясь уже на южном берегу; 38-я и 43-я дивизии оставили Галич и, передвигаясь по правому берегу Днестра, достигли соответственно Войнилова и Журавно. 40-я ландш. бригада, покинувшая Нижниов, дошла до Майдана, что в 14 км сев.-зап. Станислава, в районе которого находилась 1-я кав. дивизия. 5-я кав. дивизия, отходя на Стрый, достигла Соколова, а 35-я ландш. бригада - Кутты.

Итак, вторая наступательная операция австрийцев, предпринятая, чтобы остановить наступление 3-й и 8-й русских армий, была проиграна. Однако указанные выше распоряжения обеих сторон свидетельствуют, что противники в полной мере еще не оценили результатов событий, происшедших на Гнилой Липе. Австрийцы, будучи серьезно разбиты во время сражения, все же рассчитывали остановить свои отступающие 3-ю и 2-ю армии и оказать новое сопротивление на линии Львов- Миколаев, т.-е. в 1-1½ переходах за фронтом сражения на Гнилой Липе.

3-я и 8-я русские армии, одержав крупную победу, медлили с преследованием и в общем недооценивали крупных преимуществ своего стратегического положения, которое требовало как самого настойчивого, беспрерывного преследования массами русской конницы, находившимися в районе Бобрка-

[209]

Ходорова в количестве пяти дивизий, так и безостановочного развития наступления 3-й и 8-й армий. Победа на Гнилой Липе и движение на Львов и севернее должны были заставить австрийцев повернуть свою 4-ю армию на юг. Незнание истинной обстановки на фронте 3-й и 8-й армий, как следствие плохой разведки и связи и нечеткой работы штабов, является главнейшей причиной отмеченной медлительности командования.

Переходя к оценке действий сторон, необходимо признать, что 3-я австр. армия была поставлена в невыгодное положение условиями стратегической обстановки, сложившейся еще во время сражения на Золотой Липе. Выдвижение этой армии в район Злочевских высот успехом не увенчалось и подвергнуло эту армию первым крупным неудачам, заставившим ее отойти на линию р. Гнилой Липы с сильно пострадавшими войсками. Надежды командования, что 3-я армия во время сражения на Гнилой Липе выдержит фронтальный удар превосходных сил и при поддержке 2-й армии, наносящей удары противнику от Рогатина и Галича во фланг и тыл, может иметь успех, - в действительности не могли осуществиться, благодаря наступлению 8-й русской армии. Является непонятным отношение австрийцев к обстановке на фронте 2-й австр. армии. Конечно, плохая разведывательная деятельность конницы и авиации своевременно не открыла наступления 8-й русской армии, но уже с подходом ее корпусов к Золотой Липе нельзя было и думать об успехе наступления на север разбросанных частей 2-й австр. армии, которые сами могли подвергнуться фланговому удару 8-й армии.

Если имелись некоторые основания для производства встречного удара, выдвигая 3-ю армию на Золотую Липу, то после проигрыша этого сражения не является ли ошибочным решение австрийцев продолжать сражение на линии р. Гнилой Липы в 1-1½ переходах от фронта первого сражения при условии, что 2-я австр. армия к этому времени могла сосредоточить только около 5 пех. и 3 кав. дивизий, т.-е. немногим более половины своих сил? Не являлось ли бы более правильным при создавшихся условиях сразу отвести 3-ю и 2-ю армии на линию Львовских укреплений - Ходоровских прудов и далее - на переправы через Днестр, с целью активной обороны, что дало бы австрийцам выигрыш во времени для подвоза подкреплений с сербского фронта?

Своевременный отвод австрийских армий на указанный выше фронт позволил бы начать новое сражение на 2-3 дня позже при более выгодном соотношении сил и дал бы возможность в полной мере использовать всю силу долговременных укреплений Львова, Миколаева, Ходоровских прудов и Галича, которые могли бы явиться надежной опорой для боевых действий войск. Австрийцы почему-то считали небольшими

[210]

те силы, которые наступают южнее Тарнополя, хотя неудачные бои у Подгайцы и Монастержиска должны были заставить их организовать более действительную разведку на фронте своей 2-й армии, части которой к сражению на Гнилой Липе все еще были не сосредоточены. Поэтому установление должного взаимодействия между 3-й и 2-й австр. армиями являлось чрезвычайно трудным, что создавало невыгодную обстановку, из которой австрийским войскам удалось вырваться только со значительными потерями.

На неудачи австрийских войск несомненно оказали влияние, помимо неискусного оперативного управления войсками, также численное превосходство русских войск и сравнительно недостаточная тактическая подготовка и стойкость австрийских войск. Даже при сравнительно незначительной плотности на 1 км фронта, доходившей у русских в среднем до 3-5 бат., 6-10 пул., 1½ эск. и 11-15 орудий против 2-3 бат., 4 пул., ½ эск. и 6-9 орудий бывших у австрийцев, количественный перевес был достаточен для достижения победы. Отличной работой русской артиллерии достигалось огневое превосходство в боях с австрийцами; имеются данные, что даже окопавшиеся пулеметы приводились к молчанию.

В действиях русских войск необходимо отметить настойчивое стремление Рузского массировать почти все силы на Львовском направлении, несмотря на повторные требования командования фронта о выделении части сил на помощь 5-й армии Плеве. Хотя, начиная с 29-го августа, левый фланг 5-й армии постепенно и удалялся от 3-й армии, двигаясь на запад, все же командование 3-й русской армии имело возможность выделить часть сил на помощь 5-й армии, ибо подход корпусов 8-й армии на левый фланг 3-й армии к району Рогатина и Перемышляны позволял осуществить необходимую перегруппировку. Кроме того, на фронте 8-й армии, будучи почти в 1½ раза сильнее австрийцев, русские, тем не менее, на важнейшем участке, между Рогатиной и Галичем, вводят в дело меньшую часть своих войск и из-за этого испытывают серьезный кризис, нарвавшись на сравнительно большие силы австрийцев. Остальные свои войска 8-я армия разбросала между Галичем и Черновицами для второстепенных задач (наблюдение за переправами, действия на правом берегу Днестра и т. п.) или же, как в VII корпусе, не могла использовать их в полной мере из за неудачного направления на участок, занятый X корпусом.

В тактическом отношении в действиях русских войск не видно маневрирования и умения использовать свои выгодные оперативные положения для выхода на пути отступления противника. Так, XXI корпус, заняв 1-го сентября район Жолкева, не развивает своего маневра на Львов в обход левого фланга 3-й австр. армии. 33-я дивизия, сковавшая 31-го августа

[211]

у Дзибулки части 23-й австр. дивизии, не развивает своего обхода к югу, бездействует и позволяет 1-го сентября той же дивизии атаковать на юг части XI корпуса. А, между тем, австрийские войска были особо чувствительны к обходу и даже охвату их флангов. Появление частей 32-й дивизии 31-го августа на фланге укрепленной позиции у Туркоцина заставляет III австр. корпус начать отход к Львову. Выход VII корпуса к Стрежелиске на фланг VII австр. корпуса решает исход Рогатинских боев так же, как и наступление 48-й дивизии от Дрыщова прекращает наступление от Галича 2½ дивизий группы Карга.

Русские ведут преимущественно фронтальные атаки, добиваются благодаря большей плотности огня победы, успешно прорывают фронт XII австр. корпуса, гонят австрийцев перед собою, но оставляют противнику свободными пути отступления, не используя своей конницы и выгод своего положения севернее Львова и в районе южнее Перемышляны.

В заключение нельзя не отметить той исключительной выносливости, которая была проявлена в сражении на Гнилой Липе некоторыми частями как русскими, так и австрийскими. Победа на Гнилой Липе осталась за 3-й и 8-й русскими армиями, которые своим успехом уничтожили значение победы австрийцев на севере в Томашевском сражении.

[212]