1. В результате шестидневных боев против превосход-ных сил австрийцев 19-й корпус сковал 2-й, 9-й и 6-й австрийские корпуса, заставив первые два корпуса свер-нуть с Холмского направления, не дал себя окружить и своим упорством в значительной степени содействовал тому, что 4-я австрийская армия не выполнила поставленной ей оперативной задачи.

Этот оперативный успех 19-го корпуса был достигнут ценой больших потерь, определяемых после первых двух дней сражения в 7000 убитыми и ранеными и увеличив-шимися к концу боев в окружении только в одной 38-й дивизии до 100 офицеров и 8000 солдат, т. е. 35% ко-мандного и 50% рядового состава. Были роты, в которых оставалось по 30 человек (вместо 250), а многие имели не более 100 бойцов; почти все роты остались без офицеров.

Трофеи корпуса были также велики. Кроме двух знамен 11-го гонв. и 65-го пех. полков, 11 орудий и 30 пулеметов, было взято до 5000 пленных, из них на долю наиболее пострадавшей 38-й дивизии приходилось до 1350 пленных из 27-й, 13-й, 25-й и 26-й дивизий, имевших потери до 40-65%.

2. Оперативный результат боевых действий 19-го кор-пуса мог быть еще значительнее, если бы командование 5-й армией могло добиться раньше столь необходимого взаимодействия 19-го и 5-го корпусов.

Командование 5-м корпусом формально отнеслось к по-лученной еще 26 августа задаче „оказать содействие 19-му корпусу ударом во фланг и тыл противнику", кроме того

[73]

сильно преувеличивало значение боев на своем левом фланге, в 7-й дивизии, и пришло на помощь 19-му корпусу только на пятый день сражения, 30 августа.

В то же время и командир 19-го корпуса ничего не сде-лал 28 августа для уничтожения 15-й австрийской диви-зии, беспечно маневрировавшей на стыке 19-го и 5-го кор-пусов.

Ответственным за несогласованность действий на стыке этих корпусов следует считать командующего 5-й армией, который, зная о разрыве между этими корпусами и по-лучив жалобу ген. Горбатовского вечером 27 августа, что „ожидаемого содействия 5-го корпуса" он сегодня не по-лучил, ограничился переложением своей ответственности на командира 17-го корпуса ген. Яковлева, передав ему управление тремя южными корпусами, т. е. 3/4 своей армии.

Как видно из распоряжений ген. Плеве, он придавал бо-лее важное значение обеспечению стыка 19-го и 25-го кор-пусов, куда последовательно были направлены Сводная кавалерийская, 1-я и 5-я Донские каз. дивизии, которые в конечном результате и не допустили полного окружения правого фланга 19-го корпуса и обеспечили выход его из тяжелого боя.

3. В результате второго дня сражения командир 19-го корпуса правильно определил, что главный удар австрийцы в дальнейшем будут наносить по правому флангу корпуса. Обход австрийцев следовало встретить организованным контрударом, что, повидимому, и имел в виду Горбатовский, сосредоточивая всю 38-ю дивизию у Волица Бжозовая.

Однако, необеспеченность положения на левом фланге заставила развертывать части 38-й дивизии и на стыке с 5-м корпусом, что привело к запаздыванию ввода пол-ков этой дивизии против обходного маневра австрийцев на правом фланге корпуса.

Кроме того, полки 38-й дивизии вводились в бой разно-временно, по частям, и после неудачи первого контрудара 29 августа в дальнейшем только удлинили правый фланг корпуса, к которому пристраивались и резервы, подходив-шие из 5-го корпуса, и даже дивизии армейской конницы.

Наиболее неудачным следует признать подход и дей-ствия 29-30 августа Сводной кав. дивизии, которая не только не стремилась выиграть фланг австрийцев, но огра-ничивалась ведением обороны на очень узком фронте, а по-том отошла.

[74]

Мог бы получиться иной результат, если бы действия Сводной кав. дивизии были организованы командиром 19-го корпуса как контрудар и направлены во фланг и тыл 2-го австрийского корпуса. Не приходится сомневаться, что слабый отряд Штера не только не вышел бы к переправе у Дуба, а, не имея артиллерии, должен был бы примкнуть где-либо западнее к частям 13-й австрийской дивизии.

В общем, командир 19-го корпуса, правильно определив направление главного удара австрийцев, не обеспечил это направление организацией мощного контрудара 38-й пех. и Сводной кав. дивизиями.

4. Подход оперативных резервов, направленных на пра-вый фланг 19-го корпуса, происходил медленно, в усло-виях неизвестности для 1-й и 5-й Донских каз. дивизий обстановки на правом фланге 19-го корпуса. В это время фронт 19-го корпуса, вследствие обхода 2-го австрийского корпуса, принимает форму дуги, растянутой на 25 км, при-чем продолжение обхода австрийцев могло привести к окру-жению 19-го корпуса.

Тяжелые условия обстановки на правом фланге 19-го корпуса требовали объединения управлением всей конницей в одних руках и постановки ей конкретной задачи для дей-ствий в тыл 2-му австрийскому корпусу. В действительности такого руководства не было ни со стороны командующего 5-й армии, ни со стороны командира 19-го корпуса, который ограничился передачей телеграммы ген. Плеве о подходе 4-й и 5-й Донских дивизий начальнику Сводной кав. диви-зии, который по своим личным свойствам требовал не ограничиваться по отношению к нему общими указаниями директивного характера, а давать точный приказ.

В конечном результате Сводная кав. дивизия в наиболее кризисный момент выхода 19-го корпуса из окружения перебрасывается на левый фланг южной группы корпусов, а действия 1-й и 5-й Донских каз. дивизий ведутся разроз-ненно и без целеустремленности.

5. Командование 4-й австрийской армии плохо организо-вало маневр обхода правого фланга южной группы корпусов

5-й армии и не сумело ни сбить, ни окружить 19-й кор-пус. Отмеченная выше осторожность и нерешительность действий 2-го австрийского корпуса и неиспользование своевременно подвижности 9-й кав. дивизии для захле-стывающего маневра на Тышовцы являются главнейшей причиной неудачи австрийцев. Обеспечение маневра с севера

[75]

могли успешно выполнить части 2-го корпуса, оставшиеся у Замостье.

6. 19-й русский корпус в период боев в окружении выявил достаточную стойкость, особенно полки 17-й диви-зии, фронтальные атаки против которых со стороны пре-восходных сил австрийцев успеха не имели. Эта дивизия, занимая позицию на широком фронте и переходя в частные контрнаступления, являлась как бы щитом, из-за которого маневрировали отдельные полки корпусного резерва, встре-чавшие короткими контрударами обходившие части австрий-цев.

Этот прием, при несогласованности действий австрийцев, до последнего дня сражения давал положительные резуль-таты и приковал к позиции 17-й дивизии большую часть сил австрийцев, не имевших возможности, из-за активности русских, выделить более значительные силы для обходных маневров на окружение.

7. Кризис сражения наступил одновременно 30 августа для обеих сторон. Австрийцы, растянувшись на широком 30-км фронте и, заняв Дуб, не имели во вторых эшелонах достаточных сил для развития успеха и производства более глубокого обхода правого фланга. Этим следует объяснить запоздалое подтягивание на левый фланг 2-го корпуса, в Миончин, 9-й австрийской кав. дивизии.

В несколько лучших условиях находился 19-й корпус, у которого в резерве оставался 39-й полк, прибывший из 5-го корпуса, и ожидался подход еще двух Донских диви-зий. Тем не менее, приходится согласиться с оценкой ген. Горбатовского, считавшего положение 19-го корпуса серьез-ным вследствие больших потерь, особенно в 38-й дивизии, усталости войск и недостатка снарядов. К этому необходимо добавить, что несколько замедленный темп подхода армей-ской конницы, отсутствие связи с нею и неумение большин-ства второочередных казачьих дивизий вести бой с пехотой не сулили командиру 19-го корпуса больших надежд на успех действий 31 августа на правом фланге корпуса.

8. Является вопросом: правильно ли поступил командир 19-го корпуса, отказавшись 31 августа от восстановления положения на левом фланге 17-й дивизии и выведший ее полки из окружения иа промежуточную позицию, на высоты западнее и юго-западнее Волица Бжозовая? Приходится признать, что решение ген. Горбатовского было правиль-ным, но несколько запоздалым. Растянутые в одну линию

[76]

полки 17-й дивизии стояли вплотную к изготовившимся к атаке 10-й и 26-й дивизиям 9-го австрийского корпуса и имели у себя на левом фланге всю 15-ю дивизию, одер-жавшую уже первый успех над 66-м полком. При недо-статке в снарядах и в патронах русские должны были действовать в дальнейшем только штыками. Соотношение сил на этом участке было не в пользу русских: 4 полка должны были противодействовать 12 австрийским, поэтому вывод из боя 17-й дивизии отвечал обстановке.

Этот отход на промежуточную позицию выгоднее было провести в ночь на 31 августа, что сорвало бы всю подго-товку наступления 9-го австрийского корпуса, дало бы время на укрепление позиции и создало бы сплошной фронт 17-й и 10-й русских дивизий, обеспеченный от обхода с юга.

Кроме того, отходя на более узкий фронт, 17-я дивизия могла бы вывести в резерв не менее полка.

Общее положение 19-го корпуса в результате такого преднамеренного отхода могло только улучшиться.

9. Выход из окружения 17-й дивизии 31 августа был выполнен не только с запозданием, но и менее удачно в тактическом отношении, чем это было осуществлено 27 августа при выходе из окружения той же дивизии и 1-й бригады 38-й дивизии,

27 августа, при создавшейся угрозе окружения обоих флангов, командир 19-го корпуса отводит в 11 час. без всякого промедления с южного, левофлангового, участка 66-й и 67-й полки к д. Дзеронжня и, развертывая их на высотах фронтом на восток и юг, создает прочный заслон против обхода с востока частями 27-й австрийской диви-зии. В то же время, с подходом 2-й бригады 38-й дивизии от Провале к Комарову, командир 19-го корпуса присту-пает к отражению обозначившегося окружения на правом фланге, направив для контрудара на Домброва 152-й полк с двумя батареями и оставив в резерве за правым флангом 151-й полк с батареей.

Такое прочное обеспечение обоих флангов корпуса поз-волило довести бой в окружении до благополучного ис-хода и вывести войска к п. Комаров.

31 августа командир корпуса направил все свое внима-ние на обеспечение только правого фланга, где ожидал главного удара австрийцев. Левый фланг корпуса и 17-й дивизии оставался необеспеченным ввиду наличия 6-км

[77]

разрыва между 65-м полком и 10-й дивизией, считая от восточной окраины Яновка до Крачева. Вывод 66-го полка в резерв и использование его для контратаки на Кора-лювку, произведенные по-батальонно и без поддержки мощной артиллерии, конечно, не могли дать нужного успеха и не обеспечивали ведения боя на западном уча-стке остальными полками 17-й дивизии. С началом отхода 66-го полка на высоту 133,1, что южнее Волица Бжозовая, тыл 17-й дивизии оставался открытым для свободного выхода 15-й австрийской дивизии.

Для продолжения борьбы на стыке 19-го и 5-го корпусов оставался еще 39-й полк, находившийся в Зубовице. Однако, развертывание его на правом фланге 10-й дивизии было равносильно возвращению 39-го полка в 5-й корпус, на что Горбатовский не мог пойти ввиду невыяснившейся обстановки на правом фланге корпуса. 10. На протяжении шестидневного сражения неодно-кратно были случаи, когда неналаженность работы тыла срывала работу боевых частей 19-го корпуса. Так было в бою у Тарноватки, когда нехватило артиллерийских снарядов, так повторялось ежедневно в период напряжен-ных боев на северном участке. Даже вновь подошедшая к Дубу Сводная кав. дивизия после двухчасового боя ссылалась на недостаток патронов и потому отошла на Зубовице.

Конечно, общего недостатка огнеприпасов еще не было. Но не была организована бесперебойная подача их войскам, что следует поставить в упрек штабу 19-го корпуса. В первые три дня боя артиллерийские парки не были еще эшелонированы в глубину вдоль военной дороги 19-го корпуса, а загромождали ближайшие тылы дивизий, нахо-дясь в районе Комарова, Волица Бжозовая и Снятыче. Все это приводило к тону, что 2-е и 3-е эшелоны парковых артиллерийских бригад приходилось посылать за снарядами и патронами через Сагринь в Грубешов, что требовало много времени.

Не было должного порядка и в размещении санитарных учреждений, которые тоже были все сгруппированы в районе Дуб, Снятыче, Зубовице и частично даже были захвачены противником.

В общем, все дивизионные учреждения, за исключением дивизионных обозов, а частично и корпусные тыловые учреждения, находились к западу от р. Гучва.

[78]

Поэтому, когда общая обстановка потребовала отвода всех обозов на восточный берег р. Гучва, понадобились ночь и весь день 31 августа, чтобы пропустить обозы 19-го и 5-го корпусов через единственную переправу у Ты-шовцы.

Не было порядка и в Тышовцы, где скопилось много обозов и дезертиров, что вынудило командира 19-го кор-пуса принять особые меры:

Если к этому добавить, что единственная телеграфная линия на Тышовцы часто портилась местными жителями, то следует признать, что охрана путей подвоза и всего тыла 19-го корпуса требовала особых мероприятий штаба корпуса.

11. Связь работала неудовлетворительно. Штаб 5-й армии, располагаясь далеко в Холме, не мог руководить тремя южными корпусами, имея один провод для связи, идущий на Тышовцы. Попытка децентрализовать управление и создать южную группу под начальством командира 17-го корпуса себя не оправдала как из-за недостатка в штабе 17-го корпуса средств связи и личного состава, рассчитан-ных только на управление одним корпусом, так и из-за неподготовленности к этой роли ген. Яковлева.

Было бы более правильным со стороны командующего 5-й армией для лучшего объединения действий южных корпусов переехать с оперативной частью своего штаба из Холма в Грубешов или, еще ближе к войскам, в Тышовцы.

Связь между частями 19-го корпуса и соседями работала также с перебоями. В результате о важных событиях в штабе корпуса узнавали с большим запозданием, когда уже нельзя было повлиять на происшедшее.

Так было во время медленного подхода 5-го корпуса, то же самое повторилось при подходе Сводной кав. и Донских каз. дивизий, связь с которыми осуществлялась или через конную летучую почту или же через централь-

[79]

ную телеграфную станцию в Тышовцы, Радиосвязь в частях 19-го корпуса и армейской конницы отсутствовала.

12. Управление войсками 19-го корпуса, ведшими бой на широком фронте в тяжелой тактической и сложной опе-ративной обстановке, предъявляло к командованию высокие требования. Начав сражение под Томашовом при невы-годной группировке сил, командование корпуса исправило положение уже на следующий день, сумев вывести корпус из окружения.

В дальнейшем штаб корпуса взял на себя руководство действиями на северном участке. Он сумел своевременно организовать на этом участке разведку, определил доста-точно точно группировку сил и даже намерения австрийцев на этом участке и подготовил достаточное количество сил для производства контрудара. В процессе руководства 17-й дивизией и подошедшими к правому флангу дивизиями армейской конницы командир 19-го корпуса не проявил необходимой жесткости и конкретности управления. Даже при напряженном положении со средствами связи эти ди-визии должны были оставаться под постоянным и непре-рывным руководством командира корпуса, ответственного за достижение общей цели действий - разгрома австрийцев, обходивших правый фланг корпуса.

Работа штабов дивизий, отмеченная выше, носила ха-рактер постоянного запаздывания в производстве пере-группировок и пренебрежения к разведке.

Выходом 19-го корпуса из окружения закончился первый этап наступления 5-й армии в пределы Галиции. Своими боевыми действиями в окружении, перегруппировками, отходами, боями с перевернутым фронтом и маневрирова-нием 19-й корпус выявил полностью оперативную значи-мость армейского корпуса, действующего изолированно на фланге против превосходных сил, в тяжелых условиях окружения.

[80]